Хозяйка трактира между мирами

Глава 9. Идем за покупками

Следующее утро началось с привычного ворчания: верный знак, что Грета поднялась не с той ноги. Я как раз отряхивала ладони от пыли отцовских счетных книг, когда до меня донеслось:

— А толку-то! Порядок навели, помощниц наняли, а крепкой хозяйской руки все не видно, — бурчала Грета. — Деньги бы перепрятать, пока целы.

Я спустилась на голос и остановилась за спиной стирающей что-то в тазу старухи.

Мина ойкнула, метнула на меня тревожный взгляд и исчезла в коридоре с охапкой чистого белья.

— Доброго утра, — сладко начала я. — Грета, голубушка, будь добра, выдай мне три злотых, что асессор заплатил за постой.

Та уставилась на меня, как на заговоривший ночной горшок.

— На что тебе деньги?! — подозрительно спросила она. — Лежат себе под полом, никому не мешают. Так спокойнее.

— А трактир в это время умирает, — терпеливо объяснила я. — Золото должно работать. Иначе через месяц мы будем кормить только крыс.

Грета недоверчиво прищурилась.

— Ты их на тряпки да безделушки пустишь! Ищи потом ветра в поле.

— Они и так пропадут, если будут просто лежать. А если вложить правильно, может, и крыс выселим.

Грета шумно вздохнула, закатила глаза, но все-таки полезла под половицу. Через мгновение в ее морщинистой ладони звенел кожаный мешочек.

— Вот, бери, расточительница! — драматично объявила и вручила мне золотые. Причем с видом, будто отдает свои «похоронные» последней вертихвостке.

Я приняла мешочек с благодарной улыбкой.

— Спасибо. Сегодня пойду в деревню и куплю продукты. Со скидкой, между прочим. Так что скоро сама увидишь, медяшка, пущенная в дело, кормит лучше той, что под половицей.

Грета что-то пробурчала про «нахальную молодежь» и «куда мир катится», но в глазах ее мелькнул проблеск интереса. Старухе было все же любопытно, чем закончится эта затея.

Я плотнее затянула шнурок мешочка за поясом и мысленно вычеркнула первый пункт из сегодняшнего плана выживания. Один маленький шаг, зато в правильную сторону.

Дорога в Верхний Брюлль заняла меньше часа. Деревня встретила нас с Миной запахом навоза, мокрой земли и недоверия. Особенно выделялась тетка Марта, широкая в кости, с вечно прищуренными глазами и руками в мозолях.

— Кого это опять черти принесли?! — хмыкнула она, вытирая ладони о засаленный передник и окидывая меня взглядом, будто я уже тянулась к ее курятнику.

— Добрый день, госпожа Марта, — расплылась я в самой безобидной улыбке и демонстративно потрясла мешочком с золотыми.

— Ну-ну, — еще сильнее прищурилась она. — Болтаешь, как Мина, вертихвостка рыжая, а мне потом разгребать просроченный товар.

— На этот раз я пришла сама. И не за подачками, а с деловым предложением. Вот, смотрите. — Не обращая внимания на грязь под ногами, я опустилась перед ее крыльцом, подхватила прутик и начала чертить схему по утоптанной земле.

— Вот ваши текущие продажи, скачущие, как козел по горам: то две корзины овощей, то ничего, то полтуши мяса, то три дня пусто. Вы вынуждены держать запас, рискуя, что он испортится.

Марта прищурилась, изучая мои каракули. Ее пальцы нервно постукивали по локтю.

— А теперь мой вариант, — продолжила я. — Четкий график: раз в три дня, меньшими партиями, но без провалов. Вы избавляетесь от риска, я — от головной боли.

— Откуда ты все про мои дела знаешь? Мина проболталась? — фыркнула Марта, скрестив руки на груди. — У этой девки язык без костей! Скажешь ей слово, а наутро вся деревня будет думать, будто мои куры яйца золотые несут!

Она язвительно усмехнулась, но в глазах мелькнул расчетливый блеск.

— Вот твой батюшка у Другона закупался, платил втридорога, —добавила торговка, — а мой товар, выходит, и ломаного гроша не стоит? Уж сколько таких, как ты, сладкие речи пели. Наготовлю яйца, творог, зелень, а в день расчета — ни души. Сиди потом, ломай голову, на какой пирог все пустить и кому остатки скормить.

Я не сбилась с мысли.

— Верно. А теперь представьте, что этот «пирог» уходит целиком. Каждые три дня. По фиксированной цене и с предоплатой.

— Откуда у тебя такая мудрость взялась? — проворчала Марта, разводя руками.

— Отец… был слишком доверчивым. Верил на слово, не торговался, а Другон этим пользовался. Цены брал с потолка, папа даже не перепроверял. В итоге переплачивал, а товар то недозрелый, то сгнивший.

Марта коротко хмыкнула, будто услышала что-то знакомое. Видимо, и ей этот Другон успел крепко насолить.

— Ишь ты, как заговорила... деловая.

— Я не обманываю, госпожа Марта. Просто знаю: стабильные заказы выгоднее редких и убыточных. К тому же готова заплатить часть прямо сейчас, если вы сделаете небольшую скидку за объем.

Пауза. Она почесала подбородок, размышляя, потом вязла мой прутик и медленно перечеркнула все расчеты. Поверх написала сумму в полтора раза выше, но я видела, что сделка состоится!

— Ладно, — сказала она. — Мелешь языком, как жернов по пшенице, слушать приятно. Дам тебе ящик овощей, два мешка муки, говяжью голяшку, головку сыра, масла, дюжину яиц и два бидона молока. По четыре пятых от обычной цены. Но! Чтоб через неделю в моих руках звенело серебро, а не пустые обещания!