Хозяйка трёх лордов: Как не стать пешкой в чужой игре

Глава 2. Маски и зеркала Малой Голубой гостиной

Тильда ушла, оставив меня наедине с оглушительным эхом её слов: «супруги», «связующее звено», «долг». Я снова опустилась на край кровати, чувствуя, как остатки сил покидают меня. Три мужа. Это было не просто шокирующе, это переворачивало все мои представления о мире и о себе. Алиса Ветрова, убеждённая сторонница моногамии (хотя и не имевшая особого успеха даже в ней), теперь должна была играть роль жены для троих. Мой внутренний феминист бился в истерике, а прагматичная часть сознания холодно шептала: «Адаптируйся или умри».

Я глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Паника – плохой советчик. Сейчас мне нужна была ясность ума и способность наблюдать, анализировать. Я – реставратор, привыкла по крупицам восстанавливать прошлое, видеть скрытое за слоями краски и времени. Теперь мне предстояло реставрировать чужую жизнь, или, точнее, строить свою на её руинах, используя лишь обрывки информации.

Тильда упомянула, что я люблю исследовать руины, как и моя… то есть, Лияры… покойная матушка. Это было единственной тонкой ниточкой, связывающей меня, Алису, с этой новой реальностью. Моя страсть к истории, к древности, нашла отражение и здесь. Но эта же страсть, похоже, и привела Лияру к её «нервному потрясению». Что она могла найти в тех Белых Скалах?

Мысли о предстоящей встрече с «мужьями» вызывали смесь страха и… странного, почти болезненного любопытства. Воин, поэт, интриган. Какие они на самом деле, за рамками кратких описаний Тильды? И как мне вести себя с ними?

Я вспомнила просьбу пользователя – быть гибкой. Это был дельный совет. В мире, где я – чужая, слабая и дезориентированная, прямолинейность и отстаивание своих «земных» принципов могли стоить мне слишком дорого. Мне придётся носить маски. Разные маски для разных людей. Для сурового воина лорда Райвена – возможно, маску уважительной и немного испуганной после болезни жены, не перечащей, но и не заискивающей. Для обаятельного лорда Кейдена – может быть, образ хрупкой и нуждающейся в заботе женщины, чуть более открытой, но всё ещё слабой. А для лорда Дариана, хитрого и опасного… здесь нужна была особая осторожность. Возможно, маска полной растерянности и потери памяти сыграет мне на руку, заставив его на время ослабить бдительность, счесть меня неопасной. Да, «амнезия» – мой главный козырь на данный момент.

Время до полудня тянулось мучительно медленно. Я съела немного безвкусного печенья, запив его всё тем же травяным отваром, который принесла Тильда. Он действительно немного успокаивал, но и вызывал лёгкую сонливость, что сейчас было совершенно некстати.

Ближе к назначенному часу в дверь постучали, и вошли две молодые служанки, те же, что приносили воду утром. Одна, та, что с испуганными глазами-пуговками, несла на руках ворох одежды, вторая – шкатулку с гребнями и шпильками. Их звали Лина и Мира, как я выяснила, задав несколько осторожных вопросов, стараясь, чтобы мой тон был мягким, но не слишком фамильярным. Лина, веснушчатая и робкая, кажется, немного расслабилась, когда я улыбнулась ей. Мира же оставалась молчаливой и сосредоточенной, её движения были точными и почти механическими.

Платье, которое они принесли, было тем самым светло-зелёным из переливчатого шёлка, которое упоминала Мара-Тильда. Оно было невероятно красивым: сложный крой, облегающий лиф, расшитый серебряной нитью и мелкими жемчужинами, длинные, струящиеся рукава и широкая юбка, которая должна была мягко колыхаться при ходьбе. Под него полагалось несколько нижних юбок и корсет.

Процесс одевания превратился в пытку. Я привыкла к джинсам и свободным свитерам, а тут меня затягивали в корсет так, что дышать стало трудно. «Красота требует жертв, госпожа», – тихо пробормотала Мира, затягивая шнуровку с безжалостной эффективностью. Я лишь криво усмехнулась про себя. Чьей красоты? И каких жертв?

Пока Мира занималась корсетом, Лина осторожно расчёсывала мои (Лияры) длинные золотистые волосы. Они были густыми и немного спутанными после болезни. Прикосновения гребня были приятными, успокаивающими.

– Госпожа, какую причёску вы желаете сегодня? – робко спросила Лина, её пальцы перебирали шёлковую прядь. – Может быть, «Лунную косу»? Или «Водопад сирены»? Лорд Кейден говорил, что вам очень идут распущенные локоны, украшенные живыми цветами…

Упоминание лорда Кейдена и его предпочтений снова резануло слух. Эта Лияра, похоже, действительно жила, чтобы угождать своим мужьям. А я… я не была уверена, что смогу так.

– Что-нибудь простое, Лина, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал мягко. – Может, просто убрать волосы от лица, чтобы не мешали. И… никаких цветов сегодня. Я ещё слишком слаба для них.

Лина удивлённо моргнула, но кивнула. Мира же, закончив с корсетом, бросила на меня быстрый, изучающий взгляд. Кажется, моя просьба о «простоте» немного выбивалась из привычного образа госпожи Лияры.

В итоге мне сделали несложную причёску: волосы были частично собраны на затылке красивой заколкой из серебра с зелёными камнями (очевидно, под цвет платья и кольца), а остальные локоны свободно ниспадали на плечи. Макияж был лёгким, почти незаметным: чуть подкрашены ресницы, немного румян на бледные щёки, капля ароматного масла на губы. Даже в таком «простом» виде я выглядела как сошедшая со страниц сказки принцесса. И чувствовала себя совершенно не в своей тарелке.

Когда приготовления были закончены, я посмотрела на своё отражение. Из зеркала на меня смотрела бледная, хрупкая красавица с огромными, тревожными глазами. Маска была надета. Осталось только сыграть свою роль.

Тильда появилась на пороге, как раз вовремя. Её строгое лицо чуть смягчилось при виде меня. – Вы прекрасно выглядите, госпожа. Хоть и бледны. Лорды ожидают вас в Малой Голубой гостиной. Вы готовы?

Я глубоко вздохнула, собирая всю свою волю в кулак. «Готова ли я? Чёрта с два я готова к такому! Но выбора нет». – Да, Тильда. Я готова. Проводите меня.

Путь до Малой Голубой гостиной показался мне вечностью. Мы шли по длинным, гулким коридорам, стены которых были украшены гобеленами, картинами в тяжёлых рамах (сюжеты в основном батальные или мифологические, с обилием полуобнажённых тел и довольно откровенных сцен, отчего я невольно смутилась) и оружием – скрещёнными мечами, щитами, старинными арбалетами. Высокие сводчатые потолки были расписаны сложными узорами. Под ногами – каменные плиты, местами прикрытые коврами. Окна были узкими, стрельчатыми, с цветными витражами, отбрасывающими на пол причудливые блики. Всё дышало стариной, богатством и… какой-то скрытой угрозой. Этот дом, или дворец, был красив, но холоден. Он давил своей монументальностью.