Хозяйка заброшенного замка. Хранительница очага

Глава 1.7

Я к такому готова не была. Вскрикнув, отшатнулась, но оступилась и начала падать. Острые зубы клацнули возле лица, в нос ударило смрадное дыхание, от которого в горле тут же встал ком. Я выставила перед собой дродащие руки, пытаясь удержать беснующееся чудовище. Оно все старалось дотянуться до меня, из пасти брызгала пеной слюна.

Некого было позвать на помощь: я помнила, что стоит привлечь внимание, как меня закроют там же, откуда с таким трудом вышла.

Упираясь изо всех сил в плечи твари, чувствовала, что долго я так не продержусь. Нужно срочно что-то сделать.

Огненный дар отозвался легко. Я лишь отстраненно подумала, что в ближайшее время не смогу даже костер разжечь с помощью магии. Но какое это имеет значение, если ставка здесь — моя собственная жизнь?

Жидкое пламя пронеслось по жилам и замерло крошечными искрами на кончиках пальцев. Мне стоило лишь подумать, как они разрослись, обхватывая ладони и вгрызаясь в тело существа.

Остро запахло паленой плотью. Тварь завизжала и с усилившейся яростью попыталось достать до меня. Возле лица щелкнули острые зубы. Я зарычала, вкладывая столько сил, сколько вообще имела. Не сдамся так просто. Ни за что.

Не знаю, чем бы кончилось дело и кто в итоге победил. Но где-то сбоку мелькнула светлая тень. Я ощутила легкий толчок, и существо отбросили от меня к стене.

Думать над тем, что произошло, не стала. Резко повернулась на бок, рывком поднялась на ноги и ухватилась за поручень, пережидая внезапное головокружение.

Посмотрев в сторону, куда отлетело чудовище, увидела знакомую рыжую и ушастую фигуру. Огонек, который удивительным образом будто увеличился в размерах за минувшие сутки, стоял над поверженным врагом, сомкнув пасть на тощем горле, и тяжело дышал.

— Огонек, — тихо позвала его, даже не пытаясь перекричать шум во дворе. Голос дрожал, меня трясло от пережитого. Хотелось уйти отсюда как можно скорее. — Идем!

Фоксар фыркнул, отпустил существо и подошел ко мне, запрокинул голову и посмотрел на меня умными янтарными глазами. Снова показалось, что он хочет что-то сказать: перед глазами быстро замелькали картинки. Я отчаянно замотала головой.

— Не пойму сейчас тебя, прости, — выдохнула и кивнула в ту сторону, откуда он пришел. — Мы сможем убраться отсюда подальше?

Огонек как-то совсем по-человечески тяжело вздохнул и отчетливо кивнул. Я прикусила губу, построившись, чтобы пропустить его вперед. На морде фамильяра остались темные следы от черной крови жуткого существа, которое едва меня не убило. По спине пробежал озноб, в горле встал ком. Я упрямо мотнула головой. Сейчас не время об этом думать. Может, потом, когда окажусь достаточно далеко отсюда, в безопасности и уверенная в том, что ни лорд Абаракс, ни его люди не смогут меня достать, я подумаю об этом. Позволю себе пережить все эмоции, что сейчас кипели в груди, требуя выхода.

Но в данный момент есть более важные дела. Например, выйти из осажденной чудовищами крепости незамеченной и уйти как можно дальше в лес.

Плохо помню, как шла за Огоньком вдоль стен к заветной калитке. Пригибалась к земле, боясь, что кто-то заметит — или стража, или зубастые твари, которых во дворе замка все еще оставалось предостаточно. Ползла на четвереньках или по-пластунски там, где не следовало идти в полный рост. Пробиралась в узкий лаз следом за фамильяром, обдирая бока и почти застряв задом.

В этот момент туман в сознании немного прояснился, и я не могла не посмеяться от комичности ситуации. Сбежать из темницы и одолеть чудовище, чтобы в итоге застрять, как небезызвестный медведь, в чьей-то норе.

— Огонек, у нас, кажется, проблемы, — шепнула фоксару.

Лисенок фыркнул, вернулся ко мне и, схватив за воротник рубашки, потянул на себя. Делал он это чисто по-звериному, рывками, отчего ткань в какой-то момент опасно затрещала.

— Тише, тише, стой, — зашипела я, испугавшись, что тогда еще и без одежды останусь. — Сейчас попробую сама.

Фоксар снова фыркнул — в этот раз скептически, — но все-таки отошел в сторону. Сел на землю, обвил лапы пушистым хвостом и принялся наблюдать. Я закатила глаза. То же мне представление нашел.

Сзади у изгороди, через которую мы как раз и пробирались сейчас, послышался какой-то шум. Я округлила глаза, замерла, напряженно прислушиваясь. Ощутив чье-то прикосновение к ноге, приглушенно вскрикнула и вылетела из лаза, словно пробка из бутылки.

— Эй, кто там?! — закричал незнакомый мужской голос.

Я зажала рот руками, притаившись за стеной, и даже дышать боялась. Огонек пристроился рядом. За изгородью что-то зашуршало, потом послышалось характерное журчание.

Прикусив губу, посмотрела на Огонька, с трудом сдерживая нервное хихиканье.

— Что здесь? Нора что ли? — из лаза вылетел камень и покатился вниз с холма. — Надо закопать. А то лисы всех кур унесут.

Так, размышляя вслух, он ушел.

Мне все еще не верилось, что удача здесь не подвела, и меня не заметили. При том, что почти наступили.

— Идем дальше, Огонек? — едва слышно прошептала фамильяру и погладила по мягкой голове.

Отсюда крохотную калитку, сделанную прямо в крепостной стене, было видно прекрасно. Но имелась одна существенная проблема: между ней и изгородью, за которой мы прятались — пустое и прекрасно просматриваемое с высоты пространство.