Хозяйка Забытой Академии

Глава 12. А ночи здесь тихие

В свертках, которые мы с госпожой Кинази принесли со склада, оказалось все необходимое для обустройства нормального быта – от подушки и зубной щетки до штор и комплекта свечей и артефактов.

Опять поразилась тому, насколько ответственно отнеслись к заселению сюда студентов. Что же произошло, почему сейчас тут такая запущенность и откровенный бардак?

Не могут люди или маги просто взять и забыть про целое учебное заведение, на которое, судя по добротности вещей и наполненности склада, денег было затрачено немало.

Нет, если бы это была частная лавочка, то могло быть такое. Умер владелец, а наследники про предприятие и думать не желают, оно потихоньку ветшает и хиреет. Но Академия – учреждение бюджетное, а там за каждую копейку отчет просят. На Земле так точно, и не думаю, что тут как-то иначе дела обстоят.

Но это не моего ума дело, от меня что требуется?

Хм… Действительно, а что от меня-то требуется? То есть, чем завхоз на Земле занимается, я знаю, но тут я так ничего и не подписала, с приказом не ознакомилась, должностной инструкции в глаза не видела. То есть, получается, на птичьих правах поселилась. Захочет ректор прогнать – и возразить нечего будет. Тем более, что со мной хлопот больше, чем пользы. Еще и на руках пришлось носить, а лорду Готье это, наверное, неприятно было, раз он женщин не любит. Хотя я антипатии никакой не заметила вроде бы…

Под эти мысли я заправила кровать, сходила в душ и переоделась в принесенную целительницей сорочку. Вешать шторы и разбираться с остальными вещами и артефактами не стала. Велено спать, значит спать.

Закрыла дверь и собиралась задуть свечи.

– Ты чего это, спать собралась, что ли? – услышала за спиной.

– Господин Ниримаске, вы меня напугали, – сообщила призраку.

На самом деле испугаться я не успела, потому что как раз о хранителе и думала. Хотелось его про лорда ректора расспросить и про академию. Просто то, что я видела, у меня никак в голове не сходилось с тем, что мне говорили, и это не давало покоя. Привычка дурная – разбираться с непонятным до конца, меня поэтому еще не любили, что слишком въедливая.

– Не нежная барышня, Темная как-никак, – заявил призрак, устраиваясь на стуле и оглядывая мое пристанище. – Вот и женского уюта не создала, теплого гнездышка не свила. Как же ты птенчиков высиживать будешь?

– Извините, господин Хранитель, но о птенчиках мне думать рано. И гнездышки, вы правы, не мой профиль.

– Дурная ты девка, Карина. О птенчиках надо постоянно думать. Они же такие, чуть отвернулся, уже из гнезда выпали. Вот например, сегодняшние твои знакомцы – ты спать улеглась, а что с ними, знаешь? Оставила бедненьких одних без присмотра да без материнской заботы. А они с тоски может с башни сиганули, – продолжал нести ахинею хранитель. – Или чудище страшное их доедает уже, а тебе и дела нет, лежишь почиваешь.

– Не понимаю я вас, уважаемый Ниримаске, какие птенцы, какое чудище? – спросила я, невольно думая, что хранитель, наверное, что-то сообщить хочет, но какой-то странный способ для этого выбрал.

На игру похоже, типа квеста, что мы в училище проводили. У нас организатор внеучебной деятельности дама в возрасте, но с фантазией, и ей нравилось что-то такое в народном стиле организовывать, чтоб с загадками, поговорками и непременно в кокошниках. А еще она свадьбы проводила, и после всех этих “птенцов” я ждала чего-то типа “Ясный сокол наш пропал, видно, он в беду попал” или “Ну-ка, добры молодцЫ, возьмем в руки бубенцы”. Я такие фразы не понимала и загадки разгадывать не умела, поэтому просто спрашивала, что от меня требуется сделать.

– Я говорю, ты адептов, что за тобой хвостом ходят, в подвале заперла. И они там непременно натворят что-нибудь, тем более, что сегодня магия повсюду, – пояснил хранитель.

– Не запирала, – покачала я головой.

– Вот дурная, – вздохнул призрак. – Ты завхоз, так? Склад твоя ответственность. Запереть его хотела?

Подумал и кивнула. Хотеть-то ведь не преступление.

– Ну вот магия и отозвалась на твое желание. Пять оболдуев в подвале кукуют и мысли всякие думают. А адептам лучше вообще не думать, все целее будут, поверь. Иди, открывай горемычных. А то разнесут замок по камушкам и жалкого склепика не оставят, – призрак чуть ли не подталкивал меня к выходу.

Пришлось, чувствуя свою вину и ответственность, одеваться и идти в коридор. Там не было темно, как я думала, стены мягко светились и в ночи Академия казалась даже уютнее, чем днем.

– А о каких чудовищах все говорят? – спросила хранителя, что безмолвно летел то рядом, то чуть впереди.

– Какие чудовища? – призрак очень натурально изобразил удивление.

– Вот и я хотела бы знать, какие, – призналась. Из-за того, что я “тормоз по жизни”, как говорил мой брат, до меня только сейчас дошло, что надо бы взять какое-то оружие. Или сообщить кому-то, что студенты в подвале. Да хотя бы ректору! Или другим преподавателям. – Надо позвать кого-нибудь, – сообразила, наконец, остановилась и начала оглядываться, выбирая дверь, в которую можно постучать.

– Думаешь? – призрак изобразил задумчивость. – Ну, давай ректора позовем, вот его дверь. Стучи, если не боишься.

Хранитель завис у одной из дверей и уставился на меня. Я постояла в нерешительности, потом подошла, хотела занести кулак, но неугомонный призрак тяжко вздохнул.

– Что не так? – спросила.

– Ректор сейчас не один, – вздохнул призрак и глазки потупил.

Опустила занесенную руку. Подумала. Подняла и решительно постучала.

Увидеть мужчину с кем-то не хотелось, но я решила, что мне нет до этого дела. Я же не в любовницы к нему набиваться пришла, а по делу. Мало ли, что сейчас тут тихо и безлюдно, но все про чудовищ говорят, вдруг они за углом караулят.

Никто не ответил. Постучала еще раз, результат тот же.

– А он точно у себя? – спросила. – Может, случилось что?

– Не, просто на дверях защита стоит, тебя не слышит никто, – сообщил хранитель. – А дети там уже подкоп, наверное, роют. Прямиком на кладбище.