Хозяйка замка дракона

Глава 4

Казалось, это было худшее из того, что вообще можно было придумать, чтобы избавиться от меня.

— Больше полувека мы не посылали наших юношей и девушек Хозяину гор в дар, — хмуро процедил кузнец.

— Но в последние годы зимы стали суровее, а лета засушливее, — заметила его жена, с печатью усталости на лице.

— Захочет ли Хозяин гор в дар такую девицу? — усмехнулся кто-то с голосом знойно-безразличным.

— Точно, она же порченная, еще и колдунья, — насмешливо согласился кто-то другой.

Они говорили обо мне, как о распутной девице, чьё имя едва могли вымолвить без презрения.

— Чудовищу разве важно порченная её жертва или нет? Главное — испить кровушки, — ехидно лепетала Верея, её глаза искрились тьмой и желанием власти.

Её слова словно обретали магическую силу. Объединённые слухи и шёпоты вокруг превращались в едкую бурю обсуждения: большая часть желала моей казни, другие тихо колебались, мечтая уйти от ответственности.

— Заприте её в сарае, — приказал староста, и гул толпы немедленно стих. — На рассвете отправим её в заблудшие земли. Пусть Хозяин гор сам решит, достойна ли она жизни за обращение к темным силам или нет.

Двое бугаев тут же схватили меня под мышки и поволокли в ветхий сарай, пахнущий забытыми оберегами и пылью веков.

— Нет! Это всё неправда! Отпустите! — кричала я, но больше никому не было дела до моей правды.

Толпа расходилась, гул разговоров стихал, оставляя после себя только холод и предвкушение неминуемой ночи.

В тот момент я уже не думала о справедливости, лишь о том, есть ли у меня хоть крошечный шанс на спасение.

Меня завели в холодный сарай, в котором стены трещали под тяжелым эхом дыхания зимней ночи, и бросили какое-то старое шерстяное одеяло.

— Сиди тихо, — рявкнул один из бугаев, и дверь захлопнулась так сильно, что весь снег упал с крыши.

Я, одолеваемая страхом, бросилась вперёд, отчаянно колотя по старому дереву, пока ладони не побагровели от синяков и не стали болеть.

— Прошу, отпустите! Я ни в чём не виновата! — шептала я, переходя на хрип.

Но моя мольба не нашла опоры в темноте.

Осознание неминуемой гибели медленно, тяжело, как осенний прохладный туман, прокрадывалось в каждую клеточку, в каждую мысль. Но где-то в глубине души ещё теплилась искра надежды: может, это всего лишь кошмар, и скоро наступит рассвет,

Но эти надежды были бесплотны, лишены смысла, как забытая история.

Я опустилась на пол, подбирая к себе то самое брошенное одеяло, чтобы укрыться от ночного холода, который пронзал кости. Возможно, было бы легче, если бы он погубил меня сейчас, ведь по легенде змей из темного замка забирал не просто жизнь, но и душу.

— Стоило послушать меня утром, — донесся до меня голос тети Годаны.

— Матушка, это вы? — прошептала я, и в сердце снова зажглась слабая искра надежды.

— Не называй меня так, — фыркнула она.

— Зачем вы пришли? Посмеяться надо мной? — зло прошипела я.

— Может, я тебя и не любила, как дочь или невестку, но я никогда не желала тебе такой участи, дитя.

— Для вас я была просто удобной сироткой, выполняющей ваши поручения, — грустно усмехнулась я, и в этих словах отдавала тенью всех моих обид.

— Я дала тебе кров, поила и кормила, не прося ни гроша.

— И я благодарна вам за то, что протянули руку помощи тогда.

Она молчала долго, так долго, что мне стало казаться, будто она исчезла в тумане ночи.

— Ты не заслужила того, что сотворил с тобой мой сын, но мнение людей уже не изменить, — прошептала тетя Годана, словно я была уже мертва. — Хорошо, что у вас нет детей, тогда все было бы иначе, — добавила она с едкой ноткой ехидства.

Эти слова вскрыли старые раны, как холодные клинки, коснувшийся моей души. Я желала ребенка, но судьба не подарила мне шанса услышать детского голоса, не позволила увидеть улыбки на маленьких устах. Три раза с трепетом под сердцем я ощущала свое чадо, и трижды они покидали меня, как туман на рассвете.

Год назад, когда я едва не погибла, истекая кровью, Радим охладел ко мне. Возможно, именно тогда он нашёл утешение в объятиях Вереи, молодой и красивой девушки, что могла бы подарить ему заветного наследника.

— Жаль, что в тебе так и не открылся дар матери, — прошептала свекровь, и я вдруг осознала истинную причину ее «доброты».

Такая «я» была никому не нужна...

Я слышала тихие шаги свекрови, удаляющиеся от меня. Она просто ушла, оставив меня одну в этом пустом и холодном сарае. А мне предстояла долгая ночь наедине со своими отравляющими мыслями, в ожидании своего конца.