Хозяйка замка Мотт - энд - Бейли

Глава 8

Когда Мари уходит, комната погружается в тишину, разрываемую лишь раскатами грома, шумом дождя и завыванием ветра.

Я не спешу начать разговор. В упор смотрю на Жакотт. Обстановка в комнате напряжённая. Но мне этого мало. Хочу ещё больше её раскалить.

Девушка и так уже заметно волнуется. Служанка нервно теребит край фартука и смотрит куда угодно, но только не на меня. Взгляд её мечется из стороны в сторону и утыкается в пол, но проходит пару секунд и она вновь начинает обследовать комнату.

Когда вижу, что она начинает часто-часто моргать, понимаю - пора, иначе расплачется. Решаю не рубить в "лоб", а начать издалека.

— Откуда ты, Жакотт? — Громко произношу, а девушка вздрагивает, но через пару секунд берёт себя в руки.

— Из баронства, госпожа, — тихо отвечает она. — Местная я.

— Давно работаешь в замке?

— Так уж несколько лет, — вздыхает.

Я понимаю, что не особо то девушка рада прислуживать в замке.

— Не тяжело? - увидев непонимающий взгляд Жакотт, объясняю. — Молодая совсем. Тебе бы учиться, а не горшки за господами таскать.

— Что вы, госпожа! — Восклицает она. — Совсем не тяжело! Да и мамке нужно сподмоч. Нас в семье семеро, — объясняет она. — Всех одеть, обуть и накормить нужно.

"Ох уж эти средневековые времена," — качаю головой.

Вместо того, чтобы радоваться счастливому детству, учиться и познавать мир, они должны впахивать с ранних лет, чтобы не умереть с голоду.

— Сколько тебе лет? — Спрашиваю я, но Жакотт не успевает ответить.

В проходе появляется щупленький мужичонка с заспанным, помятым лицом и козлиной бородкой. На нём серая, не первой свежести рубаха и чёрные широкие штаны. На ногах кожаные сапоги, а в руках молоток.

— Не извольте гневаться, ваша милость, — говорит зычно, кланяется, да так и застывает в поклоне.

— Чего тебе? — Спрашиваю скорее для формальности. И так понятно зачем пришёл.

— Так это... — он выпрямляется, чешет бедро молотком, затем указывает на дверь, — Мари сказала надо дверь подлатать.

Благосклонно киваю. Мужичок теряет ко мне интерес и начинает кружить возле двери.

Понимаю, что дальнейший допрос придётся на какое-то время отложить. Взгляд лениво блуждает по комнате и натыкается на камин. Странно, что в такую погоду он не раззожён. Да и в комнате сыро. Не мешало бы её просушить. Не дай бог София простынет!

— Жакотт, а не могла бы ты развести огонь? — Указываю взглядом служанке на камин.

Её ответ обескураживает, заставляет задуматься.

— Так барон не велел до первых снегов тратить дрова. Говорит ни к чему лишнее расточительство.

Неужели дела в замке обстоят настолько плохо, что у них даже нет дров для отопки господских помещений? Спрашиваю об этом служанку и получаю категоричный ответ.

— Ну что вы госпожа! — Жакотт машет руками. — Просто наш господин очень экономный и бережливый!

Скупой он, а не экономный... — думаю про себя. — Жадный до дрожи...

Уныло вздыхаю. Интересно, а в этом замке есть хоть что-то, чем может руководить госпожа? Ну, помимо слуг конечно...

— Готово, ваша милость! — Слышу голос слуги от двери. — Позвольте уйти?

Оцениваю взглядом проделанную работу, довольно киваю и взмахом руки отпускаю его.

Мужичонка кланяется, пятится к выходу, а затем спешно сбегает.

Хм... Забавный!

Снова смотрю на Жакотт. На чём мы там остановились? Сколько ей лет? Впрочем, это уже не важно... Важно другое - наши отношения с бароном.

— Как ты думаешь, Жакотт, барон вернётся ночью? — Спрашиваю с напускным безразличием.

Девушка неожиданно густо краснеет. Меня крайне удивляет её такая реакция. Не с проста это... Ой, неспроста. Приподнимаюсь в кровати и удобно усаживаюсь.

— Говори! — Требую я, но девушка продолжает молчать и лишь стыдливо отводит взгляд. — Жакотт, кто я? — Решаю сменить тактику.

Девушка вскидывает голову и ошеломлённо смотрит на меня.

— Баронесса Катарина Осборн? — С трудом выдавливает из себя.

Удовлетворенно киваю.

— А значит хозяйка замка и твоя госпожа? — Уточняю.

Служанка бледнеет и непонимающе хлопает глазками. Чувствую, как в груди закипает злость. Надоело играть в кошки мышки. Пора показать, кто здесь хозяйка!

— Немедленно рассказывай всё, что знаешь! — Приказываю ей и угрожающе добавляю. — А станешь и дальше молчать, прикажу выпороть и выгнать из замка!

Девушка ахает и скукоживается от моего взгляда. Ей понадобилось всего-то пару минут, чтобы оценить ситуацию и сделать правильный выбор.

— Его милость не вернётся сегодня! — Выпаливает она.

— Откуда знаешь?

— Так никогда не возвращается. Если только под утро...

— Но где он проводит ночи?

— В таверне, госпожа, — девушка снова краснеет, но всё же продолжает. — Последнее время барон часто остаётся там ночевать. Поговаривают, его милость напивается до такой степени, что не в силах вернуться домой.

Ещё лучше... Оказывается мой супруг ещё и любитель выпить!

В мозгу что-то щёлкает... "В последнее время?" Значит, раньше барон напивался и возвращался домой?

— Раньше? Раньше — это до каких пор? — Спешу подтвердить свою догадку.

— Пока у вас не вырос живот, — глухо произносит Жакотт. — До этого времени барон всегда возвращался домой... Возвращался и бил вас...

Становилось понятно откуда заживающие синяки. Но свежие... как появились чёткие свежие отметины, если барон уже давно не ночует в замке?

— Последнее время барон сдерживал свою злость, но... — Жакотт мнётся и вновь замолкает.

— Договаривай! — Прикрикиваю на неё. — Что "но"?

— Иногда он приводил в вашу комнату блудниц из таверны. А когда вы пытались прогнать их, его милость зверел и жестоко бил вас.

Внутри меня всё перевернулось от ненависти. Гадкий ком тошноты подкатил к горлу.

Мерзкий ублюдок! Мало того, что он пил, бил свою беременную жену, так ещё и таскал девок в их супружескую кровать?