Хозяйка замка на скале

Глава 5

Пока я осваивалась в замке, мои козлодраки захватывали ферму Кайдена.

Прошло еще несколько дней и среди коричневых, рыжих и черно-белых шкур коз появились яркие, волшебные пятна. Мои козлодраки больше не прятались в зарослях. Теперь они вовсю хозяйничали среди обычных коз сильно выделяясь на их фоне, словно напомаженные аристократы в окружении простолюдинов.

Роззи важно вышагивала, словно проверяя стадо, а Задира устроил догонялки с белым как снег козленком, напару они ловко перепрыгивли через спинки задремавших коз. Граф восседал на верхней полке в сарае, с высоты наблюдая за своими владениями, а Тихоня нашел самое солнечное место и растянулся, грея брюхо.

Я сидела на низкой скамейке, с гребнем в руках и с теплым, мурлыкающим комочком на коленях. Это был Шустрик, который на пять минут забыл о своей гиперактивности. Я водила гребнем по его боку, и между тонкими зубьями оставалась мягкая, переливающаяся шерсть. Я собрала уже приличный пушистый комок, и он лежал рядом, сверкая на солнце перламутровыми искорками.

— Не шерсть, а загляденье, — пробормотала я себе под нос, перебирая пальцами невесомые волокна. — Теплая, мягкая... и смотри, как переливается. Из такой бы носки связать. Не снимала бы всю зиму!

Кайден, как часто бывало в последнее время, находился неподалеку, чинил плетеную изгородь возле своего дома. Он отложил молоток, подошел ко мне и присел на корточки рядом. Его пес, по кличке Дым, видимо, прозванный так из-за серого окраса, тут же устроился у его ног.

— Носки? — Кайден горько усмехнулся. — Из шкуры козлодраков, дорогая моя, не вяжут носки. Когда-то давно из нее делали доспехи для королей и мантии для первородных архимагов.

Я замерла, не веря своим ушам.
— Что?

— Шкура козлодраков ценится на вес золота, а то и дороже, — уточнил Кайден. — Говорят ее не пробить простым клинком, она держит тепло в лютый мороз и прохладу в зной. Говорят даже, что она может гасить слабые магические атаки. При этом легкая как пух. Многие мечтают заполучить такую.

Я смотрела то на него, то на беззаботно резвящихся зверьков. Шустрик спрыгнул с моих колен и помчался к Задире, а у меня в руках остался лишь маленький клочок его волшебной шерсти.
— Их... их из-за этого убивают? — прошептала я, и все внутри похолодело. Перед глазами появилась та клетка на постоялом дворе, испуганные глаза волшебных существ.

Кайден кивнул и его лицо помрачнело.
— Охота на них в Крантосе запрещена указом короля лет пятьдесят назад. Но браконьеры... они всегда найдут лазейку. Соблазн слишком велик. Шкура взрослого козлодрака на черном рынке стоит состояние.

Я сжала комочек шерсти в кулаке. Гордость за то, что спасла их, смешалась с леденящим ужасом.
— Но это же безумие! Таких прекрасных существ... Зачем убивать, если можно просто... состричь шерсть? Использовать шерсть, а не шкуру! Это же выгоднее, шерсть отрастет снова!

Кайден покачал головой. Человеческая, и не только, жадность существует во всех мирах, и ее невозможно искоренить.
— Теоретически, да. Практически... — он указал на Графа, который, почувствовав наш взгляд, гордо вскинул голову, и его маленькие рожки блеснули перламутром на солнце. — Попробуй подойди к дикому козлодраку с ножницами. У них не только рожки есть. Хвосты с острыми шипами и крылья не для красоты. Они кусаются, бодаются, а самые сильные могут и магическим зарядом шарахнуть, если жизнь под угрозой. Их невозможно приручить. Я о таком еще не слышал. Но у тебя, похоже, это вышло.

Его последние слова многозначительно повисли в воздухе. Он смотрел на меня не как на чудаковатую барышню, а как на уникальное явление. Редкость похлеще козлодраков.

— Обычно они никого к себе не подпускают, Агата. А ты... ты для них своя.

Я сидела, не в силах вымолвить и слово, и смотрела на своих питомцев. На Роззи, которая терлась бочком о мою ногу. На Задиру, который с разбегу запрыгнул на спину мирно жующей козе. На Шустрика, носившегося как угорелый. На сонного Тихоню и величественного Графа.

И вдруг в голове что-то щелкнуло. Озарение ударило с такой силой, что перехватило дыхание.

Ужас отступил, сменившись нарастающим, почти пугающим волнением. У меня в руках был не просто клочок шерсти. У меня в руках была золотая жила. Неиссякаемая и уникальная.

Никто не мог просто подойти и начесать эту шерсть. Но я могла сделать то, что не могли другие. А значит, у меня не было конкурентов. Я могла производить то, за что богачи и маги были готовы платить большие деньги. Пряжа для аристократов… Что уж там, для королей!

Вот он, желанный путь к финансовой независимости. К свободе. Возможность заработать золото и уехать куда угодно, купить свой дом, жить, не оглядываясь на Дейна, на леди Дракстон, на унизительное содержание и положение... Все это было возможно. И ключ к этому здесь, под рукой, в виде пяти пушистых, блеющих созданий, которые меня обожали.

Я разжала ладонь и посмотрела на переливающийся комочек шерсти. Это была не просто шерсть. Это будущая первая нить. Первый шаг к свободе.

И я полна решимости схватиться за нее обеими руками.

— Кайден, у тебя случайно, не найдется ножниц, и… прялки?

Я не смотрела на фермера, мой взгляд был устремлен в пространство, и видела я свою прекрасную счастливую жизнь в компании с чудесными козлодраками. А что, достойные спутники для бывшей жены дракона.

— Ты всерьез собираешься этим заниматься? — удивился Кайден и я повернулась к нему. Он хмурил темные брови, а взгляд внимательно изучал меня.

— Почему бы нет? В замке полно сквозняков, и я хочу теплые носки из этой чудесной шерсти, и шаль…

Не стала говорить о своем внезапно возникшем бизнес плане. Мне очень нравился Кайден, но мы не так долго знакомы, чтобы я могла доверять ему на сто процентов.

— Не самое подходящее занятие для леди, — заметил он покачав головой.

— По-моему очень благородное, — возразила я, решительно поднимаясь. Если он мне не поможет, придется насесть с этим на леди Дракстон. Мне и так придется ей как-то объяснять свое внезапное желание сесть за прялку, ведь я не смогу столько времени проводить на ферме, мое маленькое производство все равно придется переносить в замок. Но мне бы не хотелось рассказывать ей откуда я взяла такую чудесную шерсть.