Хозяйка замка Тортоса

Глава 12

Откровенно говоря, средневековый мажор меня подбешивал.

И своей надменностью, и тем, что он чуть ли не в глаза назвал меня старухой! Ну и главное – фактом того, что дядюшка приподнес мне такой сюрприз, обкашляв свадьбу с Бернаром за моей спиной.

А еще Эрменгарда добавила негатива к моему настроению, чуть ли не в ладоши от счастья захлопав с заднего сиденья условного такси. Я прям затылком ощущала ее восторженные эмоции: «красивый, богатый, рыцарь, латы, конь»...

Блин, как прям тупенькие девы в моем времени: «крутой, состоятельный, бизнесмен, прикид, тачка»... И ведь ни разу не задумается, овца эдакая, что ее мажорчик никто без своего реально крутого графа-покровителя! Нет, пофиг, что парень сам в жизни ничего не достиг, главное - «при бабле»! А, точнее, при мараведи, как в это время и в этом месте называли испанские и португальские золотые монеты.

Но, если разобраться, в целом всё было не так уж плохо. Дядя подтвердил, что за̀мок мой – а дальше я уж найду способ разъяснить женишку кто тут батя!

Кстати, Рамон с Бернаром удалились в главную башню, наименее пострадавшую при осаде – полагаю, обмыть продажу меня, и разобраться кто сколько и кому при таких раскладах должен. Я же осталась предоставленной сама себе – и отправилась осматривать свое новое владение.

Которое, к сожалению, выглядело не очень...

Разрушения, причиненные камнеметными машинами, были значительными. Помимо основной пробоины в стене, сводящей на нет все защитные функции за̀мка, я обнаружила, что раздолбанные ворота, скорее всего, починить не получится. И дело даже не в том, что по ним прилетело несколько камней из дядиных катапульт, которыми был завален весь двор вперемешку с осколками поврежденных стен. Просто сами доски изрядно прогнили, хотя изначально были довольно толстыми. То есть, качественно починить ворота не получится, их только под снос. Грустно, ибо работы предстояло много...

Насчет объема работ то же самое касалось и одной из угловых башен, обрушившейся примерно на треть. Если даже удастся починить стену и ворота, к этой развалине идет прямо сказочный подъезд для осадной башни. Если у наших потенциальных врагов найдется грамотный инженер, искушенный в осадах, то он, конечно, первым делом займется именно этим углом крепости...

Признаться, я слегка приуныла...

А потом до меня дошло!

Нет, мой дядя не был отъявленной сволочью. Для своего времени его даже наверно можно считать в определенной степени благородным – меня спас от притязаний противного графа Альфонса, обеспечил защиту и нормальную жизнь. Не безвозмездно конечно, но даром и в мое время мало кто будет впрягаться за кого-либо.

Граф Рамон Беренгер был деловым человеком, который в мое время, думаю, сделал бы головокружительную финансовую карьеру. Вот и сейчас, как мне показалось, он реализовывал свой очередной бизнес проект. А именно: занять побольше денег у жениха своей племянницы, которому и без того нехило задолжал – а после оставить нас обоих в полуразрушенном замке, на который, скорее всего, вскоре нападут сарацины. Тем более, что у нас тут их принц в плену содержится. Соответственно, после фактически стопроцентного взятия Тортосы, меня и Бернара мавры казнят. И тогда дядя одним выстрелом убивает двух зайцев: становится законным владельцем моих земель, и огромный долг выплачивать не нужно. Прекрасный, мать его испанскую за ногу, план! Надежный как старый советский будильник!

Я аж зажмурилась, когда осознала, что происходит...

Очень бы мне хотелось ошибиться в своих предположениях, но уж слишком чётко сходились все звезды в этом ни фига не благоприятном для меня созвездии фактов... И ведь ничего не скажешь дядюшке о своих предположениях, только его «справедливый» гнев на себя навлечешь. И помочь никто не сможет, ибо никому не нужна я в этом жестоком мире...

Кроме себя!

- А ну-ка соберись, тряпица! - негромко прорычала я самой себе под нос. – Как-то ты больно быстро решила, что у местного средневекового графа хватило мозгов обхитрить и подставить тебя, доктора наук образца двадцать первого века. Мы тут еще подергаемся, подумаем, что можно сделать. И сделаем! Да так, что все местные рыцари офигеют. Правда, Эрменгарда?

Услышавшая мои мысли, виконтесса вновь сжалась от страха в углу заднего сиденья моего сознания. Сейчас она умывалась ментальными слезами, и, как мне показалось, на всякий случай пристегнулась. Была бы ее воля, она б вообще в условный багажник залезла от страха, или же вообще выскочила из «такси», в которое по иронии судьбы подсела безумная водительница...

Но Эрменгарда даже представить себе не могла, насколько чокнутая дама поселилась в ее теле. Когда меня загоняют в угол, я становлюсь очень опасной зверюшкой, типа хрестоматийной крысы, готовой вцепиться в горло любому противнику.

И со сменой тела в моем характере абсолютно ничего не поменялось!