Хозяйка заросших угодий

Глава 1.1

— Лена, давай обойдемся без вот этих твоих типичных драм, и хватаний за пузырек с валерьянкой, ладно? Мы с тобой взрослые, современные люди, в конце-то концов. Я всё тщательно продумал. Загородный дом остается мне. А ты аккуратно собираешь свои вещи и совершенно спокойно переезжаешь в нашу старую двушку на окраине города.

— Что ты сказал? — я тяжело сглотнула глядя на своего мужа.

— Я что, должен двадцать пять раз повторять одно и тоже?! Виолетточка беременна. Ей нужен свежий воздух, природа, чистая экология, пение птиц по утрам, а не выхлопные газы загазованного мегаполиса! Да и мне на природе, знаешь ли, работается куда легче и продуктивнее. Мой бизнес требует тишины и концентрации.

Я молча, не мигая, смотрела на человека, с которым прожила в законном браке тридцать два года. Мой благоверный супруг Эдуард, или по-простому Эдик, стоял у свежевыкрашенной кованой калитки. Он нервно теребил в холеных руках ключи от новенького внедорожника, и нервно поглядывал на меня.

Чуть позади него, пугливо, но невероятно цепко озираясь по сторонам, жалась та самая Виолетточка. Девица лет двадцати пяти, не больше. Эдакая силиконовая кукла: с губами, до боли похожими на две перекачанные гиалуроновой кислотой сардельки, нарощенными ресницами, создающими эффект постоянного удивления, и взглядом испуганной, но очень хваткой мыши, присматривающейся к куску элитного сыра.

Она меланхолично, как корова на лугу, жевала жвачку и с откровенным, совершенно нескрываемым брезгливым недоумением рассматривала мои идеальные, выровненные по ниточке грядки с клубникой.

Вот такой меня ждал грандиозный, просто феерический сюрприз к вечеру. Супруг привез показать своей новой малолетней пассии её будущие владения. Прямо на всё готовенькое.

— Ой, Эдик, — вдруг подала голос кукла. Он у нее оказался тонким, писклявым и невероятно раздражающим, как жужжание комара над ухом в три часа ночи. — А вот эти страшные кусты с сухими вениками мы же уберём, да? Я видела в журнале, сейчас модно, чтобы просто идеальный рулонный газон был, белые камушки насыпаны, туи в ряд и качели-кокос. А то тут прямо колхоз какой-то! Я в земле ковыряться точно не буду.

Я медленно повернула голову в сторону этого юного дарования, свято верящего, что рулонный газон растет сам по себе и не требует ни полива, ни регулярной стрижки.

— Эдик, — мой голос прозвучал на удивление ровно. — Ты, должно быть, что-то кардинально перепутал в своих гениальных финансовых и жилищных расчетах. Этот дом я приводила в порядок своими собственными руками. Я сюда вложила три десятилетия своей жизни. Свое здоровье, нервы, все свои школьные премии и отпускные. Каждая яблоня, груша здесь посажена лично мной. Ты хоть раз за эти годы обычную лопату в руки брал? Ты же даже не знаешь, с какой стороны к ней подходить, чтобы по лбу черенком не получить! Твой максимум — это пожарить шашлыки и раздавать ценные указания, размахивая шампуром!