Хозяин Аинлира

Глава 1.

Платье путалось в ногах, затрудняя движение, а из ран, полученных в результате падений, сочилась кровь. Дыхание сбивалось, и слезы застилали глаза, затрудняя обзор. Она бежала изо всех сил, на пределе возможностей, каждая клеточка её тела кричала от усталости. Сердце колотилось в груди, наполняя её страхом и ужасом, ведь позади неё раздавались шаги преследователя. Где-то совсем рядом находилась дорога, и она надеялась, что вскоре увидит проезжающую мимо карету или проходящего путника, которые могли бы её спасти. Нужно лишь добежать, успеть, и, несмотря на то что воздух казался недостаточным, а бок колол от боли, она не могла позволить себе остановиться. Он был слишком близко!

Будь проклят этот мрачный замок с его зловещими обитателями, будь проклято это место и этот мужчина, который теперь преследовал её. Люси, задыхаясь от бессилия и страха, молилась о спасении, но к сожалению сегодня ей суждено было умереть. Она слышала его тяжелое дыхание, а также хруст сухих веток под его ногами. И вдруг, как будто невидимая сила сбила её с ног, она упала лицом в мох, не в силах сдержать крик, который вырвался из её уст.

Когда она обернулась, то увидела, как огромные крылья взмахнули всего в метре от неё, заставив её волосы взлететь от порыва ветра. Вдруг вокруг воцарилась тишина, задыхаясь она быстро поднялась, глядя вверх. В ушах гудело, щеки пылали от страха и напряжения, изо рта вырывался пар, и ей казалось, что легкие вот-вот разорвутся от недостатка воздуха. Внезапно что-то пронеслось над кронами деревьев, и в этот миг её нервы не выдержали: она закричала, зовя на помощь так громко как только могла, будто вся её душа вырывалась наружу.

Он изменился. Его внутренний огонь пылал, жаждя овладеть ею, и она понимала, что убежать не получится.

Истошный крик раздался посреди ночи, но вскоре стих, как будто его поглотила тьма. Одинокая карета, скрипнув, остановилась. Старый кучер, тяжело вздохнув, закурил папиросу, и, дернув поводьями, поспешил покинуть это проклятое место.

***

Дождь хлестал нещадно. Порывы ветра трепали пожелтевший пергамент, едва державшийся на ржавых гвоздях старой, потрескавшейся доски объявлений. Молодой человек, с густыми, вьющимися каштановыми волосами, мокрыми от проливного дождя, быстрым шагом приблизился к доске. Вода стекала с его лица, смешиваясь с каплями, скатывающимися с его мокрого плаща, темного, почти черного цвета. Резким движением он сорвал листок, буквально вырвав его из цепких объятий ветра и ржавчины. Быстро пробежав глазами по тексту, он зажмурился, морщась от ледяных струй дождя, пытающихся проникнуть под его мокрый плащ. Его лицо, освещенное лишь тусклым светом фонаря, выражало беспокойство и тревогу. Осмотрев пустую улицу, он трусцой побежал к ожидающей его карете, которая стояла, словно черный лебедь, на фоне серых, мощеных улиц.

Он резко распахнул дверцу, нырнув в теплое, сухое лоно экипажа, на мгновение почувствовав себя в безопасности. Быстрыми движениями он стянул с себя мокрый плащ, вода с которого хлынула на дорогой ковер кареты и принялся читать.

«Пропала молодая девушка. Волосы белые, как свежевыпавший снег, платье темно-синее, родинка над верхней губой, среднего роста, голубые глаза. Имя Люси. Месяц назад её видели в церкви Святой Анны, а затем она наняла экипаж и исчезла в неизвестном направлении».

— Еще одна, — пробормотал молодой человек. — Уже третья за два месяца… Какой ужас. Этот город пожирает людей…

Напротив него, погрузившись в свой мир, сидела его младшая сестра, Кэтрин. Её длинные, каштановые волосы, были собраны в элегантную прическу. Она, поглощенная книжкой в изящном переплете, накручивала локон на палец, абсолютно не обращая внимания на своего брата и его очевидное волнение.

— Кэтрин, — раздраженно позвал Даниэль. — Когда-нибудь твоя увлеченность книгами приведет тебя к беде.

Девушка на секунду оторвала взгляд от книги, лизанув кончик пальца, перевернула страницу и продолжила читать.

— Это как понимать? — спросила она, не отрываясь от чтения.

— Ты не замечаешь, что происходит вокруг. Ты даже не посмотрела, кто сел в карету. А вдруг это был не я? А какой-нибудь злодей, что девушек похищает!

— Ерунда все это, — ответила Кэтрин, её голос был спокоен и даже немного безразличен.

— Ерунда, — хмыкнул Даниэль. — Вот, посмотри! Еще одна жертва!

Он положил листовку рядом с сестрой, и перевел взволнованный взгляд на прохожих, мелькавших за окном экипажа, по деревьям, которые изгибались под напором ветра.

Они уже пару месяцев гостили у своей тетушки Мэри в её роскошном особняке в самом центре Борвеша, города, который теперь казался им неприветливым и неуютным. Дни, проведенные в великолепном доме, теперь омрачались тревожными новостями и отвратительной погодой.

Карета, сверкая лакированными боками, въехала на широкую подъездную аллею, окаймленную вековыми дубами. Их темные, мокрые ветви склонялись над дорогой, ощупывая прибывшие кареты в их уютную аллею. Карета плавно остановилась перед величественной белоснежной лестницей, кучер с подчеркнутой галантностью отворил дверцу, почтительно предлагая руку леди Кэтрин. Ее изящная рука, облаченная в перчатку цвета слоновой кости, легко коснулась его ладони.

— Благодарю, — ответила Кэтрин. С едва заметной улыбкой, она стремительно выскользнула из кареты, не дожидаясь своего брата, который, в отличие от нее, проявлял более сдержанную спешку. Он благодарно кивнул кучеру, отдавая ему пару блестящих серебряных монет.

— Кэтрин! — крикнул Даниэль вслед сестре, надеясь, что она все же подождет его. Однако Кэтрин, казалось, еще больше ускорила шаг, стремясь поскорее оказаться внутри теплого и уютного особняка.

Войдя в просторный холл, Кэтрин приветливо улыбнулась гувернантке и сразу же сбросила с плеч свое мокрое манто.

— Ах, спасибо, дорогая Шарлин! — проговорила она. — Отвратительная погода! Ужасно наскучивает. Каждый день одно и то же.

В этот момент, словно вынырнув из ниоткуда, появилась тетушка Мэри — женщина небольшого роста с седыми волосами убранными в прическу, внешность ее была обаятельная, а улыбка доброй. Она стояла на пороге библиотеки, куда спешила Кэтрин.