Хозяин драконьей горы

Глава 2

Господин Бедовый не шел, а летел. Я еле поспевала за ним. Хорошо, что мы двигались не по коридорам для слуг, там бы я точно отбила себе все ноги. При этом секретарь еще успевал разговаривать на бегу:

— Кошкина, значит. Вот Белолипецкого знаю, Чернобородого тоже. А Кошкиных — нет. Из какого вы города, госпожа?

— Из Старого Оскола, — ответила я. Мое сердце ушло в пятки, когда секретарь вспомнил о моем отце. Белолипецких все знали. Отец торговал ювелирными украшениями, дорогими тканями. Все наши покупатели имели замки или усадьбы. Вот отец и стремился не только крутиться в кругу аристократии, но и принадлежать ему.

— Не помню. Магазины держите или на рынок доставляете товар? — продолжал расспрашивать господин Бедовый. Мы теперь поднимались по широкой лестнице с позолоченными перилами, на стенах висели зеркала в золотых рамках. Я увидела в одном свое отражение: выглядела вроде прилично, несмотря на то, что побывала в сугробе и сначала бежала по одной лестнице, теперь по другой. Щеки мои пылали от жара, глаза блестели. Приключение я себе устроила, конечно. Скорей бы до тетушки Инессы добраться.

— Магазин есть, а торгуем кожаными изделиями: ремнями, сумками, кошельками, — ответила секретарю. Он на ходу достал белоснежный платок и протер блестевшую от пота лысину.

— Не слышал. Так, госпожа Кошкина, — господин Бедовый неожиданно остановился, и я чуть не влетела в его спину, успела схватиться за перила. — Я вас проведу к экономке Марфе Степановне. Дам распоряжение, чтобы выделила вам гостевую комнату, а завтра вечером отправила вас вместе с музыкантами. Они едут как раз в Златоустье и довезут вас до портала.

— Спасибо, — я сердечно поблагодарила секретаря. Он снова стал подниматься, но теперь медленно. Лоб у господина Бедового блестел от пота. Сам секретарь дышал глубоко, чтобы восстановить дыхание. Меня, пусть и слабенько, защищали магические амулеты, они все же берегли мои силы. А вот у господина Бедового я разглядела только три перстня-амулета и все.

— Пришли, — сказал секретарь, выйдя с лестницы в коридор, и мы направились к двери с черной блестящей ручкой. Это единственное, что отличало дверь от других, а здесь их было с десяток, если не больше. Секретарь без стука открыл дверь и вошел первым. Я шагнула следом в небольшой кабинет, в котором приторно пахло женскими духами с ароматом ландыша. Вдоль стен стояли шкафы, заполненные толстыми папками. За письменным столом сидела худощавая женщина в черном платье, белоснежный воротничок незнакомка наглухо застегнула, грудь у нее была почти плоская. Волосы цвета соли с перцем убраны в тугой пучок. Марфа Степановна оторвала взгляд от кипы бумаг и недовольно взглянула черными глазами сначала на секретаря, а потом на меня. Господин Бедовый быстро передал просьбу князя Драконова экономке и только собрался выбежать из кабинета, как звонкий голос Марфы Степановны остановил секретаря:

— У меня нет свободных комнат, и я ума не приложу, где разместить госпожу Кошкину, — экономка поджала тонкие губы.

— Вы умная женщина, Марфа Степановна, и я уверен, что-нибудь придумаете. Меня ждет граф, а вам я доверяю, как самому себе, — господин Бедовый попрощался со мной и выскочил в коридор.

— Да уж, и что прикажете с вами делать? — сурово спросила экономка и тут в моем животе громко заурчало.

— Сначала поесть, — сказала я, ничего лучше не придумав.

Марфа Степановна буквально запыхтела, всем своим видом показывая, как не вовремя я появилась. Если экономка думала, что перед ней стоит тихая девица, то ошибалась. В папенькином доме работало больше тридцати слуг и уж командовать ими я умела. Здесь придется пойти на хитрость. Деньги любят все, даже такие чопорные дамы.

— Моя маска обшита настоящим жемчугом, — я сняла маску и положила на стол. — Вы мне комнату, двадцать золотых, ужин, еще теплый плащ, ботинки и шерстяные чулки для путешествия до Златоустья. Я вам такую красоту. Договорились?

— Хм, — Марфа Степановна вела себя, как опытный торговец. В том, что она потребует еще что-нибудь, я не сомневалась. — Столько всего вы хотите получить, госпожа Кошкина, и за такую малость. Несколько жемчужин… Прибавьте к ним золотые браслеты и ожерелье. Ваши украшения будут у меня в безопасности, и вы всегда сможете за ними приехать и выкупить.

Я выросла среди купцов и часто бывала на рынке, поэтому знала людей. Знала, когда в них просыпается жадность или азарт, знала, когда стоит поднять цену или наоборот, немного опустить. Вот и сейчас я ловко подводила экономку к нужному решению. Еще немного — и Марфа Степановна угодит в ловушку.

— Я должна вам признаться, — я перешла на шепот, и женщина слегка нагнулась вперед, чтобы меня услышать. — Мой отец не такой состоятельный, каким хочется показаться. Все мои украшения — подделка.

— О, — лицо Марфы Степановны вытянулось.

— Смотрите, золото никогда не станет так гнуться. — Конечно, а вот наполненный магией амулет — вполне. Я сжала широкий браслет и мои пальцы продавили металл, но, когда я убрала их, украшение снова стало гладким. — Видите? А вот на маске жемчужины настоящие, одна только стоит, как хорошая породистая лошадь. А их здесь больше двадцати.

Это было правдой. Или почти… Пусть цена жемчужин была немного меньше, но об этом Марфе Степановне знать не стоит. Вон как у нее глаза загорелись, и она буквально вцепилась скрюченными пальцами в мою маску.

— И почему я должна вам поверить? Вдруг и ваши… жемчужины всего лишь стекло, — тихо произнесла экономка, но глаза ее выдавали. Она хотела, чтобы маленькие камешки не оказались побрякушкой. И я сказала женщине, что она хотела услышать.

— Это подарок от постоянного покупателя. Смотрите, — я попыталась взять из рук экономки маску, но она держала крепко. Я настаивать не стала. — Потрогайте жемчужины, они все шероховаты и немного отличаются размером.

— Да, так и есть. — восторженно воскликнула Марфа Степановна и тут же постаралась собраться. — Госпожа Кошкина, я знала, что жемчужины настоящие, а вот в остальных украшениях сомневалась. Но, так или иначе, все что я предлагала, это только для вашего удобства. Будет вам комната и ужин, и все, что вы просите.