Хозяин её тела

Глава 1

Ещë минуту назад я был полностью погружен в процесс.

В живописи оно как, если вошëл в состояние потока, то оно могло держаться часами.

Если не сутками.

В зубах у меня была большая кисть. Так просто удобнее. В правой руке сразу три кисти. Одна совсем маленькая — колонок. Для мелких деталей. Ещë одна моя рабочая синтетика — со скошенным плоским сечением. И круглая мягкая белка. Чисто для души.

В мастерской воняло масляными красками, льняным маслом и чертовым уайт-спиритом, который мне всë-таки понадобился, хотя я его терпеть не мог.

И прямо в потоке, прямо в моменте, когда я искал нужный тон умбры натуральной, без которой я не видел ни одной своей картины, я, блядь, задался самым тупым вопросом.

А в какой момент я превратился в станок для создания однотипных картин и забыл о чувствах?

Голая натурщица стояла с полупрозрачной белой вуалью в руках.

Я выплюнул кисть на пол. Девушка вздрогнула.

— Ром? — Индира лишь повела глазами, но сама не двигалась. — Всë в порядке?

Я бросил в сторону кисти, что были в руке. Туда же полетела палитра. Пол тут же покрылся пятнами красок. Да и по барабану.

Завтра тут приберëтся Аля.

Я ей не разрешал трогать ничего, кроме пола и окон. Единственные две вещи в мастерской, что должны быть чистыми — это пол и окна.

Особенно, если это окна в пол, как у меня.

— Ром, не молчи, — она всë ещë не двигалась.

Она профессионал. Знаток своего дела. Модель, каких поискать.

Она стояла на подиуме в довольно неудобной позе. Ей приходилось стоять на мысках столько, сколько возможно. Затем отдых.

Руки в это время были подняты вверх, словно она тянулась к небу. При этом, они были немного расслаблены в кистях и локтях, создавая некий вайб балета.

Очень красиво.

Пальцы еë — это нечто. Образец утончëнности и грации.

Но если бы она была хороша только пальцами.

Эта живая скульптура привлекала много чем.

Во-первых, пропорциями. Раньше она была в балетной труппе. И хотела стать примадонной в Большом театре. Не сложилось.

Конкуренция и травмы дали о себе знать.

Но, как все знали, абы кого даже на самую никчемную роль в большом не взяли бы. А значит, девица прошла строжайший отбор по форме и пропорциям.

Во-вторых, волосами. Длинные, пышные, светло-русые и, что характерно, длиной до самой жопы.

Я с ними долго игрался, чтобы придать им выразительную форму, которая отражала бы задумку моего трëхсотого по счëту полотна.

Умирающая любовь, умоляющая солнце подарить ей новую жизнь.

Кстати, о любви, жопа у Индиры была первосортная.

Когда с Большим не сложилось, она тут же метнулась в зал и начала качать орех. И надо сказать достигла в этом потрясающих результатов.

Ноги, ляжки, косые мышцы живота, поясничные и спинные мышцы Вся эта зона у неë была проработана на пять с плюсом.

А я стоял и задавался вопросом: в какой момент я перестал что-либо чувствовать?

— Ром, ну что же ты молчишь?! — уже выходила из себя она.

— Тихо! — скомандовал я. — Я думаю.

— Я уж испугалась, что ты опять психанул, — занервничала она.

Талия просто сок.

Я подошел к ней вплотную. Блядь, как же пиздато пахла. Здесь было душновато, поэтому еë тело покрылось лëгкой испариной.

В сочетании с еë духами получался аромат морской волны с лëгкими цитрусовыми нотками.

Я вообще обратил внимание, что многие девушки, когда потели, пахли очень приятно.
Можно даже сказать, свежели. Словно их окропили родниковой водой. Индира не была исключением.

И, когда я оказался рядом, она начала волноваться сильнее.

— Ром, я... — она подбирала слова.

— Я же сказал, не двигайся, — прошептал я на ухо, — мне нужно исследовать твоë тело. Я не понимаю...

— Чего не понимаешь? — еë голос дрогнул.

Но не двигалась. Хоть я и видел, что устала. Икроножные уже подрагивали. Пальцы рук тоже.

— Я не понимаю одной простой вещи, — продолжал я, обходя еë со всех сторон, — Ты пиздатая. Просто охуенная. Всë идеально. Яркий утренний свет, моë настроение и твое точëное тело. Всë ровно так, как нужно. Но какого-то хрена чего-то не хватает.

— Блин, Ром, я уже устаю, давай перерыв?

— Нет! — отрезал я.

Может быть не хватало этого напряжения? У неë уже совсем сбилось дыхание. Поза сложная.

Может быть стоило, как раз, заставить еë дойти до предела?

— Ох, блядь, Рома! — возмутилась она. — Ноги скоро подкашиваться будут.

— Это мне и нужно.

Я вновь поднялся на подиум. Моë лицо было в пяти сантиметрах от еë лица.

Полностью голая, напряжëнная, вспотевшая. Но послушная. Блядь, какая же сладкая, послушная сучка.

Я провëл тыльной стороной ладони, едва касаясь, от подмышки до бедренных косточек.

Она аж вся задрожала, как лист на ветру.

— Ром, я так долго не простою, может запечатлишь этот момент? Пожалуйста.

Интересно, что заставляло еë подчиняться моим приказам? Она же могла просто расслабиться и всë. Опустить руки, переместиться с мыска на пятку. Делов-то.

Но она продолжала стоять, как хорошая девочка.

Грудь у неë была просто огонь. Эти набухшие розоватые сосочки. И ведь, когда подходил, они ещë не были напряжены.

Затвердели лишь тогда, когда я прикоснулся к ней.

И почему они все меня хотели?

Я иногда даже задавался вопросом: а не ради секса ли они все приходили?

С каждой из трëхсот переспал. По-любому, у них там был какой-то чатик в телеграме, где они обменивались впечатлениями.

Ну или у меня уже мания величия.

Индира дрожала ещë сильнее. Еë мышцы были на пределе и меня это заводило. В глазах девушки томная усталость.

Мне хотелось связать еë, чтобы не могла двигаться.

— Сейчас мы немного изучим тебя, — сказал я ей на ухо и с наслаждением обнаружил, как прозрачные волоски у неë на теле приподнялись. Мурашки пробежались везде от головы до пят, — Ты готова?