Хозяин маски

Дыханье смерти

         Глава 1
Светало.  Двое  суток тряски в карете было что-то… Без приключений не обошлось, как и всегда: в начале пути сломалась карета, потом, не подумайте, что я капризная, мне не понравился длинный и сложный путь, поэтому по-моему приказу его сократили, и это как всегда «вылезло мне боком». Путь, который мы должны были преодолеть за день, закончили через двое суток. 
  В окне мелькали кроны сосен, а туман, блуждающий по утрам, превращал, увиденное  в сказку.  
Я как и другие родственники, узнав о кончине Лауры Викенс( моей тётушки), спешила проститься с нею и провести в последний путь. Но если на чистоту, то большинство приезжих собираются, чтобы узнать завещание, кому,  же всё достанется, а некоторые даже делают ставки, ведь претендентов не мало… 
Лаура Викенс - графиня больших владений, заполучивших от покойного мужа- графа Джона Викенса. При жизни у этой семьи детей не было, поэтому наследниками становились двое племянников: я и Христофор Викенс, а также заполучить графское родовое имение хотел и брат тётушки – Кэмэрон Рэдвен. Мерзкий тип, хочу сказать, хоть и мой родной дядя, а главное славится своей харизмой, алчностью, скупостью, ничего никогда от него не выпросишь, не вытянешь, а коварства у него не занимать, всегда, от каждого его движения ждешь какой – нибуть подставы. 
Тётушка всегда была великолепной женщиной, даже при шестом десятке лет она оставалась красавицей. Боевая и смелая Лаура сумела стойко перенести смерть мужа сохраняя при этом самообладание, всегда умела справится с разными проблемами и ситуациями, выходя из них победительницей. Больше всего тётушку интересовали лошади, охота, в общем, все развлечения, которыми было непристойно заниматься женщинам её круга, вышей аристократии, и как ни странно это всё она привила мне. 
Когда мне было десять лет, погибли  мои родители при государственном перевороте, поэтому тётушка Лаура оформила на меня опекунство. Целых пять лет я прожила в графстве, потом четыре года обучалась в «Пансионате благородных девиц»  самом популярном в наше время учебном заведении королевства. Но всё- таки, полученные от тётушки знания мне пригодились куда больше. Уже четвёртый год я живу в столице и занимаю должность фрейлины королевы- Розетты Монпьеро.  
 Карета ехала, медленно покачиваясь: всё – таки по дорогам лесной чащи не разогнаться. Сидящая напротив меня камеристка о чём-то думая, тихо сидела, сливаясь с обстановкой. Я достала зеркальце, чтобы поправить выбившуюся прядь причёски и макияж. Из той стороны стекла на меня смотрела девушка с бледным лицом, красными глазами, на которые спускалась чёрная вуаль. Чёрная шляпка,  обрамленная камнями, предавала особую элегантность, а тёмно-красная помада ну никак не вписывалась в образ «смертной белладонны», но мнение других меня мало когда- либо интересовало.  
Из наружи доносились голоса, поэтому я попросила служанку приоткрыть окно… 
- …я ведь говорил… 
- Да не каркай ты, Глухин!- крикнул второй. 
- Чево каркай? Как будто ты не слыхал,  что здесь творится?! 
- Он прав: не слышите, вон все птицы смолкли… Не странно ли? 
- И ты туда же? Что вы вообще за чушь несёте? 
Ситуация стала мне не нравится, так как было не понятно чем напуганы солдаты из моей охраны, неужели тем, что птицы смолкли, так такое бывает… 
- Капитан! В чём дело? – Я всё-таки не выдержала. 
-Всё в порядке, госпожа. Не о чём не беспокойтесь, я Вас уверяю, то те оболтусы так болтают: понаслушиваются  всяких сплетней и теперь страшат друг друга. 
- Я надеюсь на вашу благоразумность, капитан.- Закончила я и назад высунулась из окна. 
- Вы чё творите? – Начел греметь капитан на своих солдатов -  совсем спятили что ли? 
-Не беспокойтесь, леди. С нами отряд солдат, нам нечего боятся - заверяла меня камеристка. 
- Вот этого я и боюсь…- пробурчала я. 
Я снова взяла своё зеркало и смотрела на саму себя, притом мысленно я себя закаляла от предстоящей суматохи и всего прочего, что можно ожидать в обществе жадных акул. 
В один миг зеркало выпало у меня из рук, карета быстро начала набирать скорость, притом снаружи доносились крики. Тряска настолько била сильна, что Дуня полетела на меня, придавив своим телом. Тут мне подумалось:  хорошо, что не взяла с собою Нори, этой толстой коровы, как я её называла за глаза. 
Карета ещё сильнее пошатнулась, в результате чего, мы с Дуней перелетели из одного угла в другой, и остановилась. Снаружи послышались, звуки метала, перепуганная служанка начала визжать, а я метнулась к двери, но тут- же наткнулась на преграду: меня жестоко затолкали внутрь. Служанку, продолжающую визжать, вышвырнули на улицу, после того как определили, кто им нужен. Ну, конечно же я, кто ж ещё?!  Дверь продолжали держать снаружи, чтобы я не вырвалась, а я не останавливаясь, дубасила дверь. В голове молниеносно начали проносится ужасные мысли. Я начала вспоминать всех своих врагов ( а их было не мало), вспоминать страшные истории о здешних обитателей... 
 Вдруг дверь резко распахнули, и я полетела к чьим-то ногам.  На секунду я замешкалась, а потом вскочила на ноги. 
- Вы что творите? Отпустите меня немедленно!- Я замахнулась на стоящего напротив, но меня тут- же схватили за запястья и одним движением забросили назад в карету. 
Он закрыл за собою дверь, так как будто отрезал нас из происходящего, того, что творилось за окнами кареты, а творилось там немалое: по звукам и крикам было понятно, что там настоящая резня, и я понимала, что мои солдаты явно проигрывают, и теперь явно пришел мой конец. Я остудила пыл и начала трезво рассуждать о сложившейся ситуации, а то, что меня пришли полишить жизни, не было и сомнений.  
Передо мной сидел один из разбойников, как я поняла, из каменным выражением лица. Чёрноволосый, как тот ворон он злобно сверкал глазами. Теперь и подтвердились слухи о шайке бандюг, слава о которых ходила и за территориею графства. После неких соображений я поняла, что сулит мне всё это, поэтому стало ясно, что уже нечего терять, можно и рискнуть… 
- Чего умолкла, дар речи потеряла? Или ты про себя так молишься? И правильно делаешь, – он наиграно понимающе кивнул – молись, может, и спасёшь  душу свою грешную. 
-Заткнись…- прошипела я, хотя была прекрасно наслышана, на что способны люди этой масти. Брови его резко взметнулись, а взгляд чёрных глаз был направлен на меня. – Говори! Кто тебя сюда прислал? 
-Я вижу, тебя в детстве часто по голове били, раз несёшь чушь  всякую.  За базаром следи, кукла! 
- Ты плохо слышишь или тебе всё-таки повторить? – я прекрасно понимала, что лезу на рожон, но это бы была не я, поступив иначе. 
Он резко кинулся ко мне и, схватив одной рукой за горло, начел давить, притом хриплым голосом говоря мне следующее: 
- Смелость почувствовала? Или ты не знаешь, с кем говоришь?- я начала громче хватать ртом воздух, притом руки мои были свободны, и я смело вытащила с волос свою незаменимую заколку с острым наконечником.  
- Это ты не знаешь, гнида, с кем связался! – я вонзила иглу в его шею, притом стараясь совладать с дрожью в руках. Алая кровь струйкой побежала по моим рукам и его одежде. 
- Ты всё-таки не поняла с кем играешь, девочка- прогремел он над ухом и вывернув мою руку уколол меня саму. Громкий визг наверно слышали и снаружи. Теперь кровь бежала и по моей груди. 
-Отпусти! Не то пожалееш! 
-Ух, ты?! Да ты мне ещё и угрожаешь? 
Как же тошно, в таком омерзительном положении я себя ещё никогда не ощущала. Перед глазами резко все поплыли и начало темнеть.  Его слова начали доносится ко мне сквозь туман,  я чувствовала как тело слабнет,  но я хотела жить...  
- А теперь слушай меня сюда, ты…жалкая девица!- он больно сжал мои губы пальцами- Выбирай, что тебе по душе: перерезать горло, застрелить, удушить или утопить? 
Мда… Никогда мне ещё таких услуг не оказывали… 
-Может, посоветуешь, что безопаснее? 
-А тебе не всё равно где смерть  искать?  
- Как видишь не всё равно…- и что есть сил я двинула его, и не теряя времени рванула из кареты. Мне хватило обвести всё глазами, чтобы увидеть бой, половину своих солдат истекающих кровью и остальных, которые сражаются за свободу своей госпожи. Не теряя времени начала бежать, но поняв, что с такими темпами я быстрее схлопочу пулю бросилась, еле перебирая ногами,к коню стоявшему возле дерева.  
- Стой, мерзавка! 
Да, он меня нагонял,  но всё, что он успел, это сорвать с меня сапог и выстрелить. Конь гнался не различая камней, кустов, деревьев, колючих веток, которые царапали мне лицо и руки. Позади слышались выстрели, обернувшись я увидела, как за мной женётся разбойник также на коне. На миг наши взгляды встретились и я чётко услышала выстрел, а потом свист пули, после чего конь начел валиться.  
- Ай! – конь больно привалил мою ногу, но мысль о том, что следующая пуля для меня, заставила с силой вырвать её и бежать дальше. Я специально бежала в хащу, где бы не мог пройти конь, в то же время сама себя загоняя в тупик.  
- Стой! Остановись… Дура! Там обрыв… 
Но было уже поздно, да я бы и так его не послушала. В тот момент я была похожа на загнаного зверька,  который отчаянно ищет выход.  
В какой то миг земля стала уходить из под ног. Тут я услышала свой разносящийся эхом крик, и поняла, что лечу в бездну при том раня до крови своё тело. И всё же я зацепилась за какие-то корни и держась, висела на них. Потом опять, ломая ногти, я летела в пропасть. И опять,  уцепившись за выступивший корень я висела и пыталась хоть как-то совладать с собой.  
О Господи, что происходит? Только сейчас я поняла, в каком сложном положении оказалась. Я боялась опустить голову вниз, чтобы не сорваться и  не разбиться о скалы.  
Впервые в своей жизни я встретилась с собственной смертью понимая, что её уже никак не избежать, хоть как ни старайся, и мне как никогда захотелось жить. Жалкие горькие слёзы заполонили глаза, а горький ком застрял в горле, губы начали предательски подрагивать и я пребывая в панике старалась очистить свою голову от ненужных мыслей, которых оказалось немало, например: сколько минут мне жить осталось… 
Внизу текла огромная река, но мелкая: мне отсюда было видно огромные камни. Я пыталась себя хоть как-то контролировать, но мысль о том, что я сейчас упаду, разобьюсь об эти камни, а потом меня унесёт река – ну никак не придавала оптимизма в этой ситуации, наоборот, чувствовала себя загнанным зверьком. Хотя… Родственникам будет значительно более удобней: не надо будет дважды собираться на похороны, а тётушкины наследники лишатся конкурента, даже если и завещание записано на меня, то ведь я не имею потомков… О Боже! У меня даже нет потомков! Я ещё такая молодая – но поток моих прощальных мыслей приостановил крик, доносившийся сверху над обрывом. 
- Держись! – я медленно подняла голову, руки уже затекли и вот грозились уже выпустить этот несчастный корень. Сверху был разбойник, который протягивал мне длинную ветвь, но  всё- же мне стоило сильно дотянуться, чтобы вцепится в неё. Между стволом протянутой ветки и моими пальцами было значительное расстояние и, чтобы достичь своей цели, мне понадобилось сделать следующее… Взяв всю свою силу в кулаки и царапаясь носками о скалу я подпрыгнула и вцепилась в « спасительную соломину». 
- Сможешь?  
Я пыталась выдавить из себя хоть что-то,  но в результате я трепыхаясь  открывала рот и хриплым голосом шептал « нет». 
- Ладно, тогда держись крепче… 
И я почуствовала, что меня начели тянуть на верх. Надежда на спасение всё же появилась, но постепенно начала угасать, как мои вспотевшие от страха руки начали соскальзывать. 
- Послушай! – я постаралась закричать – Мне тяжело, я не могу больше! 
- Я сказал, держись крепче! – было ответом мне. 
В какой- то момент своего барахтанья я поняла, что  лечу, а онемевшее тело не чувствует боли и только подсознательный крик, собственный крик меня отрезвлял. Я видела под собой бушующую реку, которая всячески пыталась заглушить мой визг, но расстояние между нами всё уменьшалось и уменьшалось… 
Наверное, только благодаря тётушкиным методам, постоянным  тренировкам моё тело само среагировало, но не слишком удачно, хочу заметить. Я обеими руками цеплялась за обросший мохом камень, который выпирался из этой проклятой скалы, притом я чувствовала, как ломаются мои ногти, медленно вырываясь с кожей. Нет, слёзы котились теперь уж не от страха, а от невыносимой боли, притом во мне боролись два голоса: отпустить всё и умереть, разбившись о камни, или же продолжать себя тиранить и всё равно после умереть. 
- Ты живая?- где-то послышалось, но уже снизу – Отзовись! Как тебя там…от…ты меня слышишь? 
- К несчастью, да…- прохрипела я. 
- Как тебя угораздило то? 
Это он так мне сочувствует или жалеет, что ещё живая и ему придется возиться с моим телом. Звук собственных скребущихся ногтей был невыносим, а боль уже давно стала привычной, просто отзывалась нытьем во всём теле.  
-Слушай меня сюда! – начал он громко говорить.- Сейчас ты опускаешь руки и падаешь вниз, а я тебя поймаю… Постараюсь поймать – бурча себе под нос добавил он.  
У меня небыло и возможности посмотреть в низ.  Мне уже было все-равно.  Я хотела умереть,  чтобы избавить себя от этих ужасных мучений.  
Я только и успела крикнуть « Я падаю!» перед тем как тело окончательно предала меня.  
И, махнув на всё рукой, я опять почувствовала себя подбитой птицей. Благо, полёт был не долгим, и я всё-таки не достигла холодной реки. 
Разбойник схватил меня за руку, едва сам не полетев за мною, но всё же удержал, а как вытащил, то бросил меня тяжело дышащую на землю.  
Господи… Как же я благодарная Тебе за вновь подаренную жизнь… Я снова могу пощупать землю! Как легко становится после того, как ты ощутил дыхание  смерти, которая всё-таки не завладела тобою. После всех этих нахлынувших эмоций меня начала бить дрожь и потекли холодные как сталь слёзы. Дальнейшее я запомнить не смогла, так как в глазах всё поплыло и  померкло. 
Может быть, на первый взгляд, нам жизнь кажется такою красивой женщиной, характер и действия которой, меняются через её настроение. Наступает время, и мы грустим,  кого - то обвиняя в своих неудачах, проблемах, и почему- то обвиняем её, жизнь.  Любим хвастаться своими достижениями перед другими, говоря, что нам везёт, что нам улыбается Фортуна и боимся сглазить, или страшно обвиняем тех, кто по нашему мнению уже сглазил. Но мы не ценим одного, самого дорогого – это очень короткую бесценную жизнь, которую нельзя купить, нельзя подарить или оставить в завещание. Мы не относимся к ней бережно, не дорожим, но замечаем её лишь тогда, когда она проносится очень быстро у нас перед глазами. А когда нам посылается шанс из небес, начинаем ли мы её по- новому ценить?! 
  Очнулась я от страшного холода, который жесткими клешнями окутывал мою грудь. 
- Ты что творишь? – фыркаясь и отплёвываясь визжала я обнимая саму себя питаясь хоть как- то согреть верхнюю часть тела. 
- Что тебя не устраивает? – он ещё и возмущался. 
-Не устраивает то, что ты меня с головой держал в воде! 
- Но ты  же пришла в сознание – я уже было открыла рот для нового потока обвинений, но меня приостановили жестом руки и продолжили – ты вон руки вымой. 
Опустив глаза на свои руки,  я онемела. 
- О, нет… - ногти были до крови поломаны, некоторые даже вообще свисали с мясом, на самих руках было большое количество ран, а от моего прежнего платья и вида в целом не осталось и следа – Нет! Нет! Только не это? 
-Неужели ногти - это залог женской красоты? 
-Отстань - нервно выпалила я моча дрожащие руки в реке. 
- Но-но. Не забывайтесь леди, что Вам ещё предстоит пройти « прекрасный путь» к виселицы или как уже пожелаете. Поэтому Вам нужно отмыться, приодеться, чтобы настроение не испортить. 
-Кому...? – Застыла я, так, как эти его слова и выражение лица наталкивали на, совсем другого рода, мысли. Но разбойник ничего не ответил, посчитав, что я додумаю ответ сама. – Да как ты смеешь? – моему новому приливу возмущений не было предела – Ты хоть знаешь, кто я? 
 Я попыталась подняться на ноги, но тут- же бессильно подкосилась на землю. Подумать только, а я даже и представить не могла, что может быть и такой исход ситуации. Как мне поступить мыслей особых не было: всё-таки я не в том положении, чтобы что-то изменить.  Успокойся, девочка, наигралась и хватит. Статус тебя не спасёт, поверь. И ещё… - он нагнулся ко мне ближе и моя кожа сьержилась от нахлынувшего страха – скажи спасибо, что таким способом позволил тебе ещё насладится жизнью, прими всё в удовольствие и не спорь. 
- Лучше умереть сразу, чем испытывать на себе такие поблажки – внутри я постаралась успокоится, а вот внешне била такая дрожь, что зубы отбивали чётко каждый стук сердца.  
Что же делать? Теперь я по-настоящему забила тревогу, так как особо остро ощутила на себе весь исход ситуации. То, что ждало меня впереди я никак не могла допустить, поэтому принимать какие-то решения нужно было, не мешкая, сейчас.  
- Послушай…- я всё же сумела подняться и теперь, опирая дерево, пыталась присмирить дрожь и связать слова, - ты же знаешь… 
- О-о-о, я знаю эту интонацию – он подошел ко мне и издевательски меня испытывал: на сколько  же меня хватит – хочешь попытаться меня подкупить? Ну, попробуй. – И, сложа руки, уставился на меня. 
- Чего ты хочешь? Денег? Чего?- Я пыталась найти то место, что ему нужно, но каждый раз, называя новою услугу, я натыкалась на каменную стену его недовольства - …ну послушай, я не последний человек в графстве, а если ты меня отпустишь и  всё удачно сложится, то стану и хозяйкой графства, а связи с государством, думаю тебе не помешают. 
- А ты не высоко берёшь, «хозяйка»? – Он подошел ещё ближе от чего я умолкла – связи… От чего так мелко взяла, или боишься, что если возьму больше, то сгребу всё? Ну, чего молчишь, предложения закончились? 
Мерзкий тип. Думает, что король ситуации? Хотя…  Да, в данный момент он им и есть. Проблемка… 
Некоторое время мы молчали: каждый думал о своём. Я перебирала все варианты, которыми могла воспользоваться, а он… 
- А теперь слушай меня внимательно. Всё выше перечисленное остаётся в силе – он предвидел моё возмущение и протест по этому поводу, поэтому не давая мне вставить слово, заговорил далее – да –да и это ещё не всё… Ты делаешь так, чтобы у моих людей не возникло проблем с органами правопорядка, и чтобы все двери были передо мною открыты. Все, без исключения. 
Больше всего меня выводила его довольная рожица: так и хотелось расцарапать всё лицо, но, увы, такой возможности у меня не было. Во – первых, мои ногти немножко, вернее очень сильно повреждены, чтобы это провести. А во- вторых, в ответ бы мне сломали руку, а то и хуже – пристрелили. 
 Больше всего меня не устраивали его условия. Это надо иметь столько наглости, чтобы я его ублажала, как короля. И не думаю, что он на этом остановится… 
- И правильно делаешь, что не думаешь – добавил он. 
О нет! Я что же мыслю вслух? Дожили…  Но радует лишь то, что я осталась жива, а то что они берут такую плату… Так это лучше чем пойти по руках противных разбойников, а потом самой застрелится от жизни такой. 
Мне подали сюртук,  сжалился всё- таки, наверное что-то человеческое у этого тирана осталось. Я только сейчас смогла рассмотреть, каким красивым был пейзаж вокруг. Золотисто- красные листья медленно падали с деревьев и тихо ложились возле меня, деревья были как в сказке, а шумящая внизу  река гармонировала с солнечными прощальными лучами, которые на первый взгляд казались тёплыми, но, увы, они больше не грели. Можно было ещё долго любоваться этой  красотой, но не в моём случае. 
- Зачем меня спас, всё-таки - немного спустя заговорила я, смотря как он разводит костёр – неужели не смог смотреть на мои страдания? 
Что вопрос ему не понравился, было видно сразу, но он всё- таки ответил, не отрываясь от своей работы. 
- Давай ты не будешь набивать себе цену. Сострадание здесь вообще не причём, обычная осторожность, – я всё же сделала вид, что не поняла – посмотри вниз. С какой  скоростью и силой движется река, если бы ты в неё свалилась, то б тебя никто от туда не выловил, а нашли бы тебя, какие- то люди не понятно где. Обязательно это всё долетит и до уха твоих родственников, а уж обязательно подумают на меня… 
- От чего же? Может я гуляла и свалилась нечаянно в обрыв?! 
-  Нет,  такой версии они не припустят, так как в этом лесу я хозяин и без моего ведома ничего не происходит. И, знаешь, я не хочу, чтобы после всего этого возобновили охоту на моих людей, а тогда будет страдать и  элита. 
Не знаю, может он таким способом набивал себе цену или пытался устрашить, но я решила, что лучше будет мне промолчать. Пока что здешние порядки я знаю не очень, но это пока... 
Посидев немного у костра,  я уже не могла трезво мыслить. Тело начало таять, а вместе с ним я начала ощущать острые боли. Они пронизывали меня насквозь как тонкие мелкие иглы. Я упала на землю и начала громко орать. Даже, слегка растерявшийся,  спутник начал трясти меня,  призывая прийти в сознание. 
Боль оглушила с новой силой,  а горькие слезы пытались хоть как-то облегчить страдания. Затушив костер,  разбойник  понял, что мешкать нельзя, водрузив меня  нп спину начал тащить меня обратно. Путь был не коротким, учитывая то, что добрались мы сюда сначала на конях, а потом в бегах. Бредя по лесу большую часть дороги, я пыталась молчать, сцепились зубы,  я терпела, боясь что он может просто меня пристрелить лишь бы не мучалась.  
Всё – таки с горем по - полам мы добрались до моего помятого экипажа где нас встретили непонимающими взглядами, как разбойники, так и мои солдаты. Притом, они все без исключения смотрели именно на меня, а точнее, на мой внешний вид. Представляю какая я сейчас, наверное, на оборотня или ведьму похожа. 
- Эй! А как же…- крикнул один, наверное, догадался, что в моём новом образе и есть та самая барышня – красавица. 
- Это она? Что ты с ней сделал? – воскликнул другой, на вид огромный, притом очень устрашающий.  Мда… Ребятам и объяснять ничего не придется: сами всё додумают.  
Когда разбойник подводил меня к карете кто – то не выдержал: 
- Рэм! Что это всё значит? – Подбежал к нам один из разбойников. Видно он тоже не ждал такого исхода операции.  
- Рэм?! – Проговорила я уже ступая на подножию кареты и обернулась к нему. И глаза вовсе не чёрные, а странные, как и само имя – синие, как бушующая река, в которую я норовила сегодня упасть. 
- Так все успокойтесь! Всё потом. – Крикнул он своим, а потом уже обернулся ко мне – Что тебя удивляет? 
- Да ничего, просто имя у тебя какое - то странное… - действительно, впервые такое слышу. 
- Нормальное имя – по- моему он немного обиделся, но виду не подал - слишком гордый. 
- Но…так дела не делаются… - попытался ещё кто-то там возразить, что я досталась только главарю, а про остальных он как- бы не подумал, но под угнетающим взглядом разбойника решил промолчать. 
 Я же, в свою очередь, залезла на сидение кареты и теперь с трудом понимала, как мне сегодня крупно повезло, что мне удалось избежать двойной смерти да и еще расправы самого жестокого и страшного человека графства, а то и всего королевства( по крайней мере я была этому наслышана). 
Статли! Вспомнила! Точно, его фамилия была именно такой, помню мне тётушка, как- то писала о таком – Реме Статли, которого опасаются все, даже важные люди нашего государства. 
- Ты знаешь, что делать?- Это он так со мной прощается – В ином случае, если решишься обойти наши условия тебе же хуже – по выражению его лица было чётко видно, что он действительно не шутит, и что попробуй его ослушаться, как не заметишь,  как тебе перережут горло.  
- Повторять не надобно! – Выплюнула я и захлопнула дверцу у его перед самим носом. Может, это было рискованно с моей стороны, но ничего уже не поделаешь: извинятся я не пойду.