Хозяин Миров. Книга первая. Весленовый тайник

Город, которого нет

Глава 5

«Город, которого нет»

-1-

На взлетной площадке Гейл ожидал последний и самый неприятный сюрприз этого дня.

Возле трапа стоял немолодой, среднего роста мужчина, с кривыми ногами. Он был закутан в черный плащ, плотно застегнутый на все пуговицы; и обут в совершенно нелепые туфли, начищенные до зеркального блеска. У него было худощавое, близкое к женскому, без изъянов лицо, длинный нос, невыразительные мутные глазки и довольно уродливая прическа, которую Гартузо обозвал «кучерявая смерть». Рот его был приоткрыт, оголяя крупные белоснежные зубы. Скорее всего, он пытался улыбаться, но выглядело это болезненно и крайне отталкивающе.

- Полковник! – козырнула ему Гейл. – Чем обязана?

- А я снова к вам, капитан.

О, как же она ненавидела этот елейный, пропитанный презрением ко всему вокруг голосок, от которого моментально увядали цветы, заходились безудержным плачем младенцы, и осыпалась штукатурка с потолков древних зданий.

 Без всяких церемоний он передал ей прозрачный электронный бланк.

- Очередное назначение? – спросила она безрадостно, глядя в документ.

- Увы-увы… - покивал он головой, изображая, как ему казалось сочувствие и понимание.

- Что ж, добро пожаловать на борт, - сказала она, а про себя подумала: «Придурок! Что б ты поскользнулся и шею свихнул, ну или пару зубов хотя бы выбил!

Все еще продолжая улыбаться, полковник Шольдо Мерскин проследовал за ней по трапу внутрь корабля. Злобные пожелания Гейл, к ее большому сожалению, в очередной раз не сбылись.

Они зашли в лифт. Гейл нажала, было, кнопку третьего этажа, где располагались каюты экипажа, но Мерскин пожелал проследовать до пятого и посетить ее каюту, ради приватной беседы. Отказать Гейл была не в праве, хотя ей очень этого хотелось. Молча кивнула в его сторону и нажала на кнопку повыше. Зайдя в каюту, она скромно присела в  кресло за столом и приготовилась слушать, хотя в ее понимании это больше походило на пытку - нечто вроде лоботомии без наркоза. Мерскин сел напротив, сняв  пальто и положив его на колени. Затем педантично стянул гладкие, кожаные, цвета сочного мяса перчатки и заговорил:

- Послушайте, капитан Брисс, я знаю, что у нас с вами были определенные разногласия. Разумеется, то, что случилось в системе Варктар, навряд ли когда-нибудь забудут полностью, если только, - он позволил себе омерзительно рассмеяться, - ваши эти колдуны, Цу-Те там какой-нибудь или Рун-Мар, не проделают очередной фокус-покус и не сотрут эти воспоминания из умов всех обичаван.

- Не думаю, что это в их власти, - безразлично отозвалась Гейл. – Извините меня, полковник, но я бы предпочла обойтись без предисловий. У меня предстартовая проверка и еще надо отправить пару отчетов перед отлетом.

- Конечно-конечно, - расплылся Мерскин в очередной отталкивающей улыбке. – Я всего лишь хотел вас спросить о цели миссии.

- Все детали в бортовом журнале.

- Мне это, разумеется, известно, капитан. Я вас спрашиваю, о том, о чем там НЕ написано. Я в курсе от кого вы только что прибыли и процентов на девяносто уверен в тематике вашей беседы.

«Надо же, какие высокие цифры! – думала она, глядя с презрением ему в лицо. – Ну! Что ты еще выкинешь?»

- Что-то не так, капитан? Вы молчите? Вам нечего сказать?

- Так точно, нечего!

Он прокашлялся, причмокнул губами, пару раз вздернул тонкими бровями и снова заговорил:

- Что ж, я не буду ходить вокруг да около, а скажу прямо. Моему начальству не нравиться, что офицер флота, да еще и к тому же капитан боевого фрегата, якшается с приверженцами этой… старой религии. Если хотите знать, исключение этих двоих, о ком я упомянул ранее, из верховного совета Мегса - дело решенное, так что их покровительство вам и вам подобным скоро и вовсе сойдет на нет. Учтите, капитан, что запоздалый выбор правильного пути и правильной стороны - есть неотъемлемая, я бы даже сказал, необходимая составляющая нового порядка; и порядок этот, уж поверьте, будет установлен в самое ближайшее время. Я уверен, капитан, что ваши преданность и надежность будут оценены новым правительством тем выше, чем скорее вы поймете и осознаете всю несостоятельность той веры и тех старых убеждений, на которых зиждутся текущие устои. Мегс загнивает и события, что сейчас в нем происходят – есть результат естественный и закономерный. Нельзя вскрыть гнойник и избежать последствий. Эта… болезнь… как думаете, сколько времени пройдет, прежде чем эпидемия достигнет Сэты? А сколько еще совет будет ждать, не предпринимая ничего на счет этих белых стражей? Может, когда они постучат в дом этого остолопа Марону и вынесут ему мозги? Может тогда совет засуетится и сделает хоть что-то. Отправить корабль на поиски какого-то придурка на краю вселенной…о да! Это просто гениально! При всех наших разногласиях, капитан, вы не станете отрицать всей глупости этого приказа, и не можете не согласиться со мной, что верховный совет Мегса – это сгусток престарелой и закостенелой материи. За исключением нескольких членов, имеющих исключительную ценность для нормальной жизнедеятельности союза, совет представляется мне той самой частью гниющего организма, которую стоит отрезать в первую очередь. Я повторюсь, капитан, чем быстрее вы осознаете свое положение и встанете, наконец, на правильную сторону, тем лучше для вас и для вашей команды.

Все время, пока Мерскин говорил, Гейл не смотрела на него. Средним пальцем правой руки она собрала крошки, непонятно откуда взявшиеся на столе, согнала их в кучку и машинально стала двигать из стороны в сторону. Мерскин следил за ее действиями и восторга у него они, разумеется, не вызывали. Когда он закончил свою речь, Гейл метнула в его сторону быстрый, взгляд, сказав лишь:

- У вас все, полковник?

           Лицо Мерскина скривилось в гримасе роженицы в кульминационный момент. Краска уродливыми пятнами залила его лицо. Крылья  увесистого носа запульсировали, будто две маленькие помпы. Он молчал довольно долго, решая в голове какую-то сложную задачу. Челюсти его постоянно шевелились, но слов слышно не было. Наконец,