Хозяин могил

В доме у незнакомца.1

— Не надо. Я умоляю вас. Не надо, — она попыталась прикрыть живот руками, но в неё тут же прилетел очередной удар грязного тяжёлого кроссовка. Раздался хрип, вдохнуть не получалось, живот пронзила дикая боль.

— Ты решила, что ты имеешь право мне отказать? Огрызаешься, зубы показываешь? Рехнувшаяся идиотка, — вновь удар, который вызвал новый слабый хрип. — Знай своё место.

— Не надо... — в глазах темнело. Мокрый асфальт обжигал холодом, перед лицом маячили чужие ноги, иногда раздавался хриплый мужской смех. Пахло потом, перегаром. За спиной на ветру качалась железная сетка.

Тело ощущалось как один огромный сгусток боли, глаза мокли от рефлекторных слёз, хотя её слёзы их веселили. Грязные волосы разметались вокруг. «Почему? За что?» — звенело в голове. «Я просто отказалась спать с ним. Я не хочу с ним спать, я лучше умру». Что-то горячее подступало к горлу, одна рука полностью онемела и не шевелилась.

— Сдохни, — в конце концов сплюнул мужчина, развернулся и пошёл прочь. Вслед за ним пошли остальные.

Она не могла позвать на помощь, лишь продолжала тихо хрипеть. Ветер носил по пустым улицам мелкий мусор и банки от энергетиков. Кое-где просматривались силуэты забитых мусорных баков, наружные блоки кондиционеров — и ни одного прохожего. Хотя, какие прохожие в три часа ночи?

Никаких. Даже если кто-то всё-таки проходил бы — кто рискнул бы подойти и защитить девушку от нападок шестерых человек?

Да никто.

По бледному лицу стекали слёзы. Лучше пусть так, чем изнасилуют. Лучше в самом деле умереть, чем спать с кем-то из них. Наверное... ожидаемый исход для официантки, которая работала в ночь в третьесортном баре. Рано или поздно это должно было случиться. Над городом раскинулось тёмное беззвёздное небо — только к нему не было сил повернуться.

«Наверное, я так тут и умру», — мельком пронеслось в гаснущем сознании.

Через пару секунд девушке показалось, что она услышала шаги. Впереди, из-за ближайшего поворота, вышел высокий мужчина, который явно направлялся в другую сторону, но остановился, увидев её. Рассмотреть его не удалось — мир вокруг застилала пелена слёз, да и разум едва сохранял попытки осмысления происходящего.

Незнакомец, недолго думая, направился к ней. Вскоре возле своего лица официантка увидела чёрные начищенные ботинки, затем почувствовала, как холодные сильные руки взяли её под спину и подняли над землёй.

Глаза с дрожащими ресницами, наконец, полностью слиплись. Всё вокруг растворилось в вязкой тьме.

* * *

Она пришла в себя в какой-то странной комнате. На узкой кровати с мягкой, тёплой подушкой, напротив которой было небольшое окно, за которым висела мутная круглая луна. Стало не по себе: в ту ночь, когда её избили, небо освещало всего три четверти спутника. Сколько прошло времени? Чёрт его знал. Слегка побаливала голова, хотелось есть. Чуть покачивались гардины, на подоконнике стоял небольшой милый фикус.

Девушка попыталась сесть, но тут же обнаружила, что была совершенно голой. Она рефлекторно прижала к себе одеяло, стиснула зубы и нервно посмотрела по сторонам. Тьма. Тишина. Сердце глухо билось под рёбрами, дыхание сбивалось. Спутанность после сна постепенно вытеснял страх.

Она помнила всё очень фрагментарно. Помнила, как иногда сквозь боль видела над собой силуэт мужчины в медицинской маске. Над ним — круг белых ламп. Какие-то капающие звуки, непривычное тепло в пальцах. Звон металла. Запах антисептика. Потом всё это снова гасло, растворялось.

«Меня спас какой-то мужчина», — как итог пробормотала официантка и вновь осмотрела комнату. Зрачки постепенно привыкали к темноте.

У изголовья стояла маленькая прикроватная тумба в стиле лофт; в том же стиле были и полки, что висели на стене. Видно, хозяин любил интерьер без изысков и простой минимализм. У тёмной двери стоял деревянный шкаф — как и ожидалось, с тёмным металлическим каркасом. Возле него — табурет с чёрными квадратными железными ножками, на котором лежала джинсовая сумка.

Девушка присмотрелась, затем нервно выдохнула. Похоже, это её сумка. В ту ночь, когда её чуть не убили, она вышла на улицу с сумкой. И тогда вслед за ней пошли озлобленные, оскорблённые преследователи.

Как ни странно, ничего не болело. Ни рука, которая, судя по всему, была сломана, ни живот, ни ноги, которым тоже досталось. Не было видно ни шрамов, ни бинтов.

«Интересно, я у него дома?» — подумала девушка и встала, нервно заворачиваясь в одеяло. «Похоже на… дом. На маленькую спальню. Интересно, кто он. Он спит?». Ей, вроде, было любопытно увидеть своего спасителя, а вроде — тревожно. С одной стороны, незнакомец, похоже, правда спас её и даже выделил ей комнату. А с другой… официантка обнаружила себя полностью голой. Что он с ней делал, пока она была без сознания? Каковы его намерения теперь? Что он ей скажет?

Попросит денег за свою помощь? Или, может, что-то помимо денег?

Девушка съёжилась, подошла к двери, замерла и прислушалась. Как назло, пришла в себя ночью — нельзя послушать его шаги. Или, если повезёт, его голос. Сколько ему лет? Часто он подбирает на улице людей, которые находятся при смерти?

Как и ожидалось — тишина. Официантка вздохнула, после чего тихонько подошла к своей сумке.

Всё как обычно: старенькая тушь, дешёвая помада, толстая книга, спутанные наушники. Правда, сколько бы девушка там ни рылась — она не могла найти телефон. «Я его в баре, что ли, забыла?» — пронеслось в голове. «Или его вытащил он? Твою мать. Не помню». Кулаки сжимались сами собой, вновь подскочил, казалось, едва успокоившийся пульс.