Хозяин пустыни

1 Алисия

Проснувшись, я понимаю, что не сама. Рядом с кроватью пять крепкими вооруженных охранников, и я понимю, что этот день вряд ли будет одним из приятных.

Вторжение охраны вызвало у меня ступор, а не беспокойство: в принципе я не сделала ничего плохого, ну разве что съела лишнее шоколадное пирожное за обедом. Хотя вряд ли кого-нибудь, кроме меня, волнует, что моя юбка станет теснее. А значит, все это — просто ошибка.

Я осторожно седаю, придерживая покрывало у плеч, включила лампу на ночном столике и от вспыхнувшего яркого света моргю.

Так и есть, крепкие охранники в форме. Я нахмурилась, заметив, что они положили руки на оружие. Ничего хорошего это точно не предвещает.

Я неврно откашлялась, а затем посмотрела на того, на чьем мундире оказалось больше всего нашивок.

— Вы уверены, что не ошиблись комнатой? — уточняю.

— Алисия Маккаллен?

Черт! Любопытство с беспокойством исчезли, и мне накоеец становится страшно.

Только охранникам я испуга не показываю. Даже если мир вокруг меня рушился, мне всегда удавалось держаться так, будто все было идеально.

Она поднимаю подбородок и попытаюсь говорить уверенно, чтобы они не заметили, как я дрожу.

— Да, это я. Чем могу быть вам полезной?

— Принц Селим желает немедленно видеть вас.

— Принц Селим?

Разумеется, я его видела. Как личный помощник принца Надима, я была знакома со всеми членами королевской семьи. Селим редко приезжал в город. К большому неудовольствию своего отца, он предпочитал жить в пустыне.

— Зачем я ему понадобилась?

— Я не могу вам сказать. Вы пройдете с нами? - вежливый ровный тон.

Возможно, охранник меня и попросил, однако она чувствую, что отказаться мне никто не позволит.

— Конечно. Пожалуйста, оставьте меня на пару минут, чтобы я могла одеться, - или сбежать к черту.

— В этом нет необходимости, — сообщает охранник. Он бросает мне халат, лежавший в изножье кровати, а затем жестом приказывает остальным отвернуться.

Только не показать как я зла. Им то мои потуги что комариный писк.

Запахнув полы халата, я завязываю пояс и одеваю подходящие под цвет нежно-сиреневые домашние туфли, отделанные тонким шелком.

— Это безумие! — пробую воззвать к разуму охраны. — Я не сделала ничего дурного.

Для принца Надима я была хорошим помощником. Отвечала за его встречи, обеспечивала четкую работу офиса. Вечеринок в своей комнате не устраивала и королевское серебро не воровала. Срок действия паспорта еще не закончился, к другим сотрудникам я относилась дружелюбно и налоги платила исправно. Зачем же принцу Селиму, которого я почти не знаю, понадобилось меня вызывать? Причин для этого…

И тут я замираю, серце делает кульбит от неприятной догадки. Начальник охраны махнул рукой, потребовав не останавливаться. Я продолжаю идти следом, но внимания на то, куда меня ведут, уже не обращаю. Причину я вычислила, и все выглядело очень серьезно.

Месяц назад, в момент слабости, я отправила отцу электронное сообщение. Мне не следовало о нем вспоминать, и я должна была понимать, что совершаю большую ошибку. Когда я получила от него ответ, то было уже поздно что-то менять. Новость о том, что дочь живет в королевском дворце «Эль Дехария» привела отца в восторг, и он немедля прилетел в гости.

«Он всегда доставлял одни неприятности», — с горечью подумала я, когда меня завели в лифт и нажали на кнопку подвального этажа. На самом деле во дворцах нет подвалов… там темницы. Я достаточно неплохо знала историю «Эль Дехария» и понимала, что от темниц не стоит ждать ничего хорошего.

Двери открылись, и я увидела перед собой необычный длинный коридор с каменными стенами и настоящими факелами в железных держателях. Освещение, правда, исходило от расположенных на потолке электрических светильников. Воздух в прохладном коридоре был тяжелым, словно пропитался многовековым страхом.

На коже выступили мурашки, и я пожалела, что вместе с халатом не завернулась и в одеяло. Украшенные перьями домашние туфли на высоких каблуках громко стучали по изношенному полу. Я пристально смотрела в спину идущего впереди охранника. Это позволяло мне чувствовать себя в относительной безопасности, поскольку перспектива увидеть что-нибудь другое пугала еще сильнее. Мысли о том, что за закрытыми дверями могли оказаться плети и орудия пыток, приводили меня мягко сказать в ужас. Я ждала, что вот-вот услышу пронзительные крики, но не переставала надеяться на то, что кричать буду все-таки не я. Мучительная тревога сковала горло, и стало тяжело дышать. Отец точно что-то натворил. Я была в этом уверена. Осталось узнать насколько все плохо, и как это в очередной раз на мне отразится.

Охранник подводит меня к открытой двери и жестом приглашает войти. Я распрямляю плечи, делаю глубокий вдох в надежде, что он будет не последним, и захожу в комнату.

Удивительно, но комната оказывается совсем не такой уж страшной. Она была больше, чем я представляла. На стенах висят гобеленовые ковры. В середине стоит вырезанный из дерева игральный стол и где-то полдюжины стульев…

Посмотрев на заваленный картами стол, я внимательно обвела взглядом помещение в поисках отца. Родитель стоит в углу, изображая беззаботность. Но мне хватило одного взгляда на Еда Маккаллена, чтобы узнать правду. Мой в общем то милый и красивый отец-картежник нарушил обещание никогда не брать в руки карты.

Даже загар не смог скрыть его бледности, и длинные светлые волосы теперь не выглядели стильно. За один вечер из успешного человека он превратился в неудачника.

— И что на этот раз? — спрашиваю, не обращая внимания на то, что мы в комнате не одни. Я хотела знать, как далеко все зашло.

— Все в порядке, Алисси. Ты должна мне поверить, — И, будто пытаясь доказать, что невинен как дитя, он поднял руки. — Всего лишь товарищеская схватка в покер.

— Но ты не должен был прикасаться к картам. Ты сказал, что завязал и не играл уже целых три года.