Хозяин Седых холмов

ГЛАВА 5

Жеребец был могуч, высок и ладен. Чёрная грива блестела, гнедая шерсть лоснилась, под кожей перекатывались мускулы. Великолепное животное. Под стать седоку.

Горыня остался доволен выбором. То и дело гладил коня по шее, угощал вкусностями, увещевал ласковыми словами, когда тот упрямился, и периодически спешивался, давая роздых. Даже имя ему придумал. Буран. Хорошее имя. Подходящее.

Каурая восприняла жеребца равнодушно. Глядела, как на кусок навоза, и даже ухом не вела. Буран же проявлял к ней заметный интерес. Ровно до тех пор, пока она его не цапнула...

− В треть свечи к северу тропа. − Раскрасневшийся Горыня резко осадил жеребца, и Буран привстал на дыбы. − По первому взгляду надёжная, но разведать надобно.

Яромир кивнул и задал Каурой нужное направление. Как ни крути, приходилось признать − Горыня не Преслава, и пользы от него куда больше, чем мороки. Всё ж таки, он − наймит из первой пятёрки, а не сбежавшая из-под венца непутёвая княжна.

Пятый. Пятый воин...

− И всё равно от него надо отделаться, − проговорил Полумесяц, когда рыжий молодец, пришпорив коня, умчался вдаль.

− Он гнёт подковы голыми руками, − отозвался Яр. Каурую он пустил шагом: ни к чему лететь, когда кругом трясина.

Они ехали через болота весь день, и Ледорез уже одуревал от вони. Так пахнут яйца, если забыть их на солнцепёке.

− Полезный навык. Без него нынче никуда, − проворчал Марий.

Яр понимал скептический настрой товарища. Мастер прямым текстом сказал, что Горыня беспрекословно выполняет приказы. Вот только не уточнил, чьи именно.

Тухлые топи простирались до самого горизонта. Смрадные, унылые, заросшие болотником и серым мхом, они могли засосать беспечного путника в одно мгновение.

Мавкам бы здесь понравилось...

Каурая плелась вперёд, осторожно ступая по зловонной жиже. Она похрапывала, стригла ушами и всячески выражала недовольство происходящим.

− Думаешь, Ловкач бродит где-то рядом? − Марий нахмурился, вглядываясь в беспросветную серость.

− Не исключено, − ответил Яр, хотя на самом деле всерьёз подозревал, что Мастер отправил разведчика на обгон. Сам он поступил бы именно так.

− Даже если так, твой спутник сполна его заменит, − Полумесяц вздохнул. − Жалко. Горыня − хороший парень.

Ледорез смерил товарища тяжёлым взглядом.

− Я не собираюсь его убивать.

− Я тебя об этом и не прошу.

Яромир и Каурая фыркнули одновременно. Призрак покачал головой, но тут же вскинулся. Остановился и прищурился.

− Слышал?

Ледорез натянул поводья и напряг слух, но тщетно: бульканье болотного газа да чавканье торфяника под копытами − всё, что удалось уловить. Яр вопросительно глянул на друга.

− Будто вскрикнул кто, − проговорил Марий, всматриваясь в клубящуюся над трясиной дымку. − Может, выпь?

Яромир не ответил. Вдарил пятками, заставляя кобылу погрузиться в зловонную жижу по самые бабки, и двинул туда, куда умотал навязанный Мастером провожатый.

Туман стал плотнее. Влажный и вязкий, он поглощал звуки, набивался в лёгкие и мешал дышать. От давящей тишины по коже бежали мурашки, а под лопаткой противно покалывало. Тревога росла, скручивая кишки в узел. Каурая не упрямилась, но ступала медленно, с опаской и явно воспряла, когда жидкая грязь под копытами сменилась твердью.

Вот она, тропка. Спряталась, родимая, за камышами. Но где же...

− Погань... − выцедил Ледорез, различив во мгле знакомый абрис.

Из мутного белёсого марева показался Буран. Конь брёл сквозь туман, лениво перебирая голенастыми ногами. Седока в седле не наблюдалось.

Кричать и звать не имело смысла: голосом в Тухлых топях можно накликать такую беду, что мало не покажется.

Яр спешился. Меч покинул ножны с тихим шелестом. Идти по тропе Ледорез не рискнул: слишком уж подозрительной казалась ровная утоптанная дорожка среди зловонной трясины. Пятый хотел её проверить. Проверил, видать...

Сапоги промокли враз, топкое дно чавкало и норовило засосать, но Яромир не сдавался. Он взял от тропы к востоку − самому сердцу болотины − и не прогадал: Горыня обнаружился почти сразу. Точнее, сперва обнаружился его меч. Яр наклонился за блеснувшим в чёрно-липкой жиже клинком и смачно выругался: парень оказался прямо под ногами − гигантский грязевой пузырь проглотил его и утянул вниз. Физиономия молодого наймита пошла пятнами, глаза выпучились и покраснели, судорожно стиснутые губы сделались синими − слишком уж долго пришлось бедолаге сдерживать дыхание. Он дёргался, ёрзал и отчаянно лупил по осклизлому кокону кулаками, но становилось только хуже − пузырь тащил его на дно, как сом ягнёнка.

Медлить не имело смысла. Одним мощным движением Ледорез вспорол грязевую ловушку, и Горыня − чумазый, мокрый, вонючий и покрытый водорослями − выпростался на поверхность, жадно глотая воздух.

− Там... там... − бормотал он, хрипя и отплёвываясь. − Всюду кости! Я разведать хотел, спешился, и оно меня тут... ну...