Хозяин Седых холмов

ГЛАВА 14

Лезвие вошло в рыхлое тело лобосты, как нож в колоб масла. Речная ведьма взвыла и выгнулась дугой, запрокинув уродливую голову, а серая плоть её превратилась в месиво гниющей тины. Яр пнул останки сапогом, и зловонный сгусток плюхнулся в воду, словно коровья лепёха. Течение унесло лобосту в туманную даль.

− Молодец, наймит. − Глава торгового каравана − дородный лысеющий бородач, облачённый в красно-золотой кафтан и соболью накидку − вышел из укрытия и хлопнул Яромира по плечу. − Дело своё знаешь.

Ледорез стёр с клинка чёрную кровь.

− Не впервой.

− Не шибко ты учтив, − хмыкнул купец.

− Хочешь учтивости, зови холуев. − Яр сунул меч в ножны и, цепанув нанимателя плечом, прошагал к носу драккара [1].

Ладья неспешно скользила по водам Закатной. Туман клубился над рекой, сползая с заросших рогозой крутых берегов. Широкий парус тосковал по ветру, а жёлтое солнце на нём скорей нагоняло тоску, чем вселяло надежду: седмица минула, как седая пелена затянула небо непроницаемым пологом. В такую погоду нечисть особенно лезла на рожон. В первую ночь ладью атаковали лырги, на третий день пришлось сразиться с рыбоголовыми ластошлёпами, а позавчера из речной пучины вынырнула лохматая лупоглазая шишига-ревунья. Яр снёс ей голову. А теперь лобоста − здоровущая и чрезвычайно уродливая серокожая великанша с отвислой грудью и длинными ручищами − кинулась, едва почуяв человечину. Прикончить её оказалось непросто: вой тварины оглушал, а взгляд внушал такой страх, что кормчий чуть не сиганул за борт. Если бы один из купцов не подхватил кормило, ладья разбилась бы в щепы, налетев на острые прибрежные камни.

− Думаешь, Горыня добрался до Гильдии? − спросил Марий, когда они остались наедине. От влаги чёрные волосы призрака завились тугими кольцами.

Яромир кивнул, созерцая, как мутно-зелёные волны расходятся под килем. Конечно, добрался. Владивой дал слово, что проводит парня до Пустоши, а уж там и баран не заблудится.

Главное, чтобы добравшись, удержал язык за зубами...

− Удержит, − уверенно заявил Полумесяц. − Не сомневайся. Пятый молод и наивен, но гнили и подлости в нём нет.

− В нём, может, и нет... − тихо проговорил Яромир, устремляя взгляд туда, куда несла свои воды Закатная.

Слишком хорошо он знал, как Мастер умеет выспрашивать...

Марий пожал плечами.

− Если Горыня проболтается, узнаешь первым, − покойник криво улыбнулся. − Тебя прикончат раньше, чем спустишься по сходням: Гильдия беспощадна к предателям, сам знаешь.

Яр облокотился о перила и тяжело вздохнул. Да уж...

Минуты текли медленно, как смола по стволу.

− Думал, что будет, когда раздобудешь ключи? − Полумесяц встал рядом и опёрся о борт, покрытый толстым слоем воска.

− Думал, − глухо отозвался Ледорез.

− И что надумал?

− Моё дело.

Марий покачал головой, тряхнув тёмными кудрями.

− Опять выпустил колючки. Экий дикобраз! Завязывай с этим: я тебя насквозь вижу, забыл?

− И что видишь? − Яр повернулся и уставился прямо на друга.

− Хозяйка получит свободу и вернётся туда, откуда пришла, − шёпотом изрёк призрак, − а ты...

Он осёкся.

− Договаривай, − хрипло потребовал Яр.

− Будешь страдать, − закончил Полумесяц. Он глянул цепко, выжидательно. Вперился глазами в самую душу. Так, что стало не по себе.

Врать не имело смысла.

− Буду, − честно изрёк Яромир. − Но она будет счастлива. Это важнее.

Он посмотрел другу в глаза, и Марий кивнул. Коротко, но с таким пониманием, что слова не потребовались.

На душе стало легче.

− Как думаешь, здесь щуки водятся? − с завидной беззаботностью выпалил призрак и опасно перегнулся через перила. − Из них бы вышло преотличное заливное!

Яр криво улыбнулся. Вот же стервец...

Причал шумел. Холопы с грузами сновали туда-сюда по деревянным настилам: катили бочки, тащили тюки да ящики. Счетоводы сверяли списки, купцы громогласно спорили с угрюмыми мытниками [2], сходни скрипели, серебро звенело, и гвалт стоял такой, что уши закладывало.

− Бахамуту бы понравилось, − многозначительно изрёк Полумесяц, и Ледорез сморщился.

Да уж. Прямо торгашеский рай!

Чтоб не платить рыночную мзду, барыги начали сбывать добро прямиком в доках, и тесная речная пристань взорвалась криками.

− Гвоздика! Гвоздика! Ароматная гвоздика! Полстакана за золотник!

− Шелка! Тамук-тарханские шелка! Лёгкие! Тоньше паутины!

− Северный мёд!

− Воск!

− Пенька!

− Икра белорыбья!

− Мамонтовы шкуры!

− Бивни! Кому бивни! Свежие бивни!