Хозяин серебряного леса

Глава 4. Дом колдуна

Это был странный дом.

Когда я переступила порог, и старик Килби зажёг свечи, у меня дух захватило. Чёрная до этого комната вспыхнула белыми сполохами и искрами, потому что тут везде было серебро – серебряный стол, стулья, серебряные тарелки и миски на столе… На стенах поблескивали зеркала, хотя комнату, похоже, использовали как кухню и прачечную – тут лежали дрова, у стены поблескивала серебряными краями поставленная на бок огромная лохань, больше похожая на ванну, в которой мылись «дочки» Толстого Торстена по субботам. Правда, та лохань была деревянной…

Непривычно среди всего этого серебряного великолепия смотрелся железный закопченный котелок в камине.

Ну и ещё лохмотья колдуна смотрелись нелепо.

Если уж у тебя столько серебра, мог одеться поприличнее. Даже слуга у него выглядит богачом…

- Ты голодна? – спросил колдун.

- Н-нет, - ответила я с усилием, оглядываясь по сторонам.

- Килби приготовит ужин, а я пока покажу тебе твою комнату, - колдун легко, как зрячий, подошёл к лестнице, ведущей наверх, и начал подниматься.

Я медлила, и колдун это сразу понял.

- Идём, не бойся. Ты ведь хочешь избавиться от рабского браслета? – он поднял руку, показывая мне ключ и, по-моему, опять усмехнулся.

- Иди уже, - недовольно буркнул Килби и добавил: - Свечку возьми.

Послушно взяв свечку, я пошла следом за колдуном. Мне показалось, будто к каждой ноге привесили по серебряной гире – с таким трудом я поднималась по ступеням.

На втором этаже всё было таким же серебряным и блестящим. Да что там! Даже перила на лестнице были из серебра!

- Вот здесь будет твоя комната, - колдун указал на дверь слева. – Килби живёт там, - он указал на дверь справа, а моя комната здесь, - он толкнул центральную дверь и вошёл.

Я топталась на месте, не зная, что мне делать дальше.

- Заходи, - позвал колдун. – Мы не ждали гостей, поэтому возьми постельное бельё, подушку и одеяло.

Осторожно переступив порог, я снова огляделась.

И тут всё в серебре.

Комната была большой, в ней была кровать под балдахином, который сейчас был приподнят. В углу стоял стол, на нём – книги, серебряный бокал и серебряный колокольчик. В другом углу - очаг, возле которого валялись пара серебряных поленьев, а в очаге были сложены настоящие, деревянные.

Колдуну, в моём понимании, полагалось иметь в комнате какие-нибудь волшебные предметы, человеческие черепа, но тут ничего подобного не было.

- Ты видела, как я превратил стол в серебро? – спросил меня хозяин комнаты и поставил серебряную трость у стены, а сам прошёл к креслу с серебряными подлокотниками и сел.

Как-то очень легко прошел и очень уверенно сел.

- В-вы н-не с-с-с… - я пыталась выговорить «не слепой», но язык не слушался.

Колдун некоторое время терпеливо ждал, потом улыбнулся и покачал головой:

- Слепой. Просто я довольно долго живу здесь и знаю, что где стоит. Но ты не ответила. Видела, как я превратил стол в серебро?

- Д-да, - обречённо выдохнула я.

- Это потому что всё живое, к чему я прикасаюсь – люди, деревья, растения – всё становится серебряным. Камни не превращаются в серебро. И железо. Они неживые.

- Угу, - согласилась я.

Он и меня хочет превратить в серебряную статую? Но хотел бы, так превратил бы там, как превратил трактирщика, его жену и остальных…

- Всё, к чему я прикасаюсь, становится серебром, - повторил колдун и заговорил медленно и чётко, будто говорил с ребенком. – Превращается независимо от моего желания. Однажды я обнял очень дорогого мне человека, моего друга, который спас мне жизнь. И он превратился в серебряную статую. Я этого не хотел.

- Т-те с-статуи в л-лесу… В-вы т-тоже о-о-о… - я силилась сказать, но не получалось.

- Нет, их не обнимал, - колдун усмехнулся углом рта, но усмешка получилась мрачная. – Я даже не знал, что эти люди зашли в лес. Наверное, они попали под серебряный дождь, поэтому стали такими. Иногда из-за меня идёт серебряный дождь. Когда мне особенно тоскливо. Дождь тоже превращает в серебро всё живое. И это тоже происходит против моей воли. Потому что мы не можем управлять своим сердцем и не можем запретить ему грустить. Но ты не услышала меня? Всё, к чему я прикасаюсь, становится серебром. Независимо от моего желание. Всё и все, - он выделил это голосом.

Всё и все… Всё и все… Ну, ясно. Я это видела сама…

Тут что-то словно щёлкнуло у меня в голове. Я невольно дёрнула рукой, и горячий воск пролился мне на руку. Правда, боли я почти не заметила, потому что меня поразила внезапная мысль: я-то не превратилась. Я не стала серебряной болванкой. А ведь прикасалась к колдуну сегодня днём, в лесу. Когда приняла его за бродягу и хотела увести из леса.

- А-а к-как ж-же… - я боролась с проклятым заиканием и наконец-то с трудом выговорила: - А я?!.