Хозяин Сумрачной долины

Глава 4. Путешествие в Долину

Позабытые стынут колодцы,
Выцвел вереск на мили окрест,
И смотрю я, как катится солнце
По холодному склону небес,
Теряя остатки тепла...

"Дракон"

Пришла пора отправляться в дорогу. Из наставлений ведуньи, Тали знала, что сначала придется долго плыть по реке, потом пройти лесом через селение берведов. А уж после выйти на равнины, где раскинулись богатые Волчьи Земли.

Дальше нужно перейти Цветущие луга и, наконец, подняться на холмы, с которых открывается вид на Сумрачную долину. Кузнец думал лишь о том, как убьет ее зловещего повелителя, а Тали хотела увидеть родину матери и избавить от бед свою землю.

Нея осталась с Кристой. Старая женщина посоветовала Тали проститься с матерью. Ведь не известно, когда они увидятся вновь - и увидятся ли вообще? Нея еще спала, когда родные покинули знакомый лес.

И одна только Криста знала, что несчастная женщина уже не проснется. Никто еще безнаказанно не покидал Сумрачную Долину. Все рожденные там, должны были найти последнее пристанище в ее холодной земле. А те немногие, кто все же осмеливались уйти, уносили с собой печать древнего проклятия, пусть и невидимую для человеческого глаза.

* * *

Прошло много дней. Берведы радушно встретили путников и даже обменяли нехитрый кузнечный инструмент Арема и пару серебряных блях на послушную старенькую лошадку с тележкой. Впереди было еще несколько становищ кочевников и небольшой городок, но Арем выбрал самую короткую, хотя и нелегкую лесную дорогу.

В каждом поселении, где приходилось останавливаться на отдых, Тали лечила людей, успокаивала их тревоги, помогала советами. Так, в Лосте она смогла предупредить беду, надвигающуюся на семейство пекаря, помогла немолодой женщине родить здорового, крепкого малыша.

Уже два раза успела обновиться луна, когда путники подошли к подножию холмов, за которыми пряталась Сумрачная долина. Тали впервые увидела на горизонте багровое солнце, закутанное в плотные завесы тумана.

За последнюю серебряную бляху Арем смог найти проводника. Это оказалось делом нелегким, лишь после долгих уговоров один седовласый охотник согласился указать тропу через покрытый снегом Дикий перевал.

Закутавшись в шерстяные накидки, Арем и Тали два дня пробирались вслед за тощей фигурой старика через снега и ветра невысокого горного кряжа.

— Дальше я не пойду. Вам осталось спуститься в долину по этой каменной стежке вдоль ущелья. Да хранят вас Боги! Хотя вы очень странные люди. И что вам надо в обители вечного мрака? Там угнездился лишь страх.

— Мы хотим его одолеть, - ответил Арем.

Когда дрожа от холода, Тали спускалась к замерзшей реке, невольно вспомнились слова Кристы: «Вечная зима и тоска…».

Тали и не подозревала, что за мрачными холмами царит такой жуткий мороз. На берегу стояло несколько хижин из камней и глины. Арем немедленно постучал в двери ближайшего домишки. Послышался испуганный шепот, но двери остались заперты. Кузнец грозно пообещал выломать засов, и лишь тогда им отворили.

Бедно и неуютно было в этом жилище. Трое худеньких ребятишек прятались за корзиной с ветхим тряпьем и весь вечер боязливо таращились на высокого мужчину и его стройную спутницу. Все расспросы Тали о господине Сумрачной долины остались тщетны.

Хозяин хижины – невзрачный, щуплый человечек, только сильнее вжимал голову в узкие плечи и закрывал лицо руками.

— Прошу вас, милые гости, не спрашивайте ни о чем. Вы пришли издалека, может, скоро покинете нашу землю, а я и дети мои останемся здесь в великом горе, если хотя бы словом вдруг прогневим Повелителя.

Рыбак зажал себе рот ладонью и даже закатил глаза так, что показались желтоватые с красными прожилками белки. Однако, успокоившись немного он охотно поделился рецептом приготовления кушанья из сушеных кикреев.

В долине кикреями называли рыбок с тускло блестевшей, легко отстающей от кожи чешуей. Уха из них как раз варилась в котле, когда уставшие путники потревожили рыбаков. Но Тали не смогла проглотить даже кусочка скользкой рыбешки с широко разинутым, как от лютой боли, безгубым ртом.

Измученные нелегким спуском в долину, гости начали укладываться на ночлег. Вскоре Арем и рыбаки уже спали, а Тали еще долго прислушивалась к вою ветра за стенами лачуги. Похоже, начиналась метель.

Девушка закрыла глаза и вдруг, словно наяву увидела перед собой суровое мужское лицо из книги ведуньи. Взгляд требующий, подчиняющий, и в то же время полный безысходной печали. Или пресыщенно скуки.

— Я жду тебя. Ты все равно вернешься ко мне, - в стоне метели послышался хриплый голос.

— Да, я вернусь. Я приду к тебе уже очень скоро. Потерпи еще немного. Я знаю, как долго ты ждал, - пробормотала Тали, поднимаясь с постели из потертых шкур.

Стараясь не потревожить спящих, она тихо выскользнула за дверь. Словно стая перепуганных белых ворон, налетела метель. Порыв ледяного ветра сбил с ног, засыпал комьями снега, оглушил свистом.

С трудом переводя дыхание, Тали сильнее запахнулась в свой теплый дорожный плащ и упрямо двинулась вперед, в темноту.

Она не знала куда идет, старалась не замечать, как цепенеет от холода тело. Словно наваждение охватило душу, в ушах все еще раздавался чужой властный голос. Наконец, совсем обессилев, она упала на снег. И только тогда поняла, что ушла далеко от хижины и лежит совсем одна посреди белого поля, по которому вовсю бушует стихия.

Внезапно сверху послышался громкий скрежещущий хохот. Подняв тяжелую голову, сквозь хлопья снега Тали сумела разглядеть в небе над собой большое темное существо. Тотчас что-то больно ударило в спину и подняло над сугробом, словно она была легкой тряпичной куклой.

Мысли Тали спутались в пестрый колючий клубок, - она едва слышала жуткий смех странного создания ночи, хлопанье крыльев, далекий вой метели.

Показалось, что земля и небо поменялись местами: где-то внизу блестели чистые звезды, а высоко вверху можно было различить черные башни города. Сквозь забытье она видела то старую Кристу, то молодую Нею, то благодушных стариков у очага. Было почти тепло и совсем не страшно.