Хозяин. Жаркий отпуск

1

Агата

Я сижу в пустой комнате и смотрю в пустоту. Больше я никогда не услышу папин смех. К сожалению, он долго болел, и увы болезнь забрала его.

— Агата, хочешь я поеду с тобой? — спрашивает меня в трубку Наташка, моя соседка по общежитию.

— Да, было бы не лишним.

— Я сегодня у Лешки ночую, ты мне пришли адрес тогда.

— Договорились. Встретимся завтра у нотариуса.

Я выключаю телефон и поворачиваюсь к дородной женщине, хозяйке квартиры, которую снимал папа. Она смотрит на меня без капли сочувствия. Папа умер всего две недели назад, а когда я ей позвонила и сказала об этом, она попросила забрать вещи и освободить квартиру. Как можно скорее. И мгновенно же забыла, до какого срока папа заплатил ей. Ей было важнее найти скорее новых жильцов.

— Мне долго еще ждать?

— Нет, вот. — Я протягиваю ключи.

Мне теперь даже съехать на лето из общаги некуда. У меня нет денег, чтобы снять квартиру. Придется попроситься к кому-то из девчонок, искать комнату, снимать с кем-то вскладчину.

Поднимаю тяжелую сумку и выхожу из квартиры. Денег на такси тоже нет, придется колупаться на междугороднем автобусе.

Доезжаю до общаги и сразу ложусь спать. Меня тут же вырубает от усталости и грусти.

Утром я быстрее собираюсь на встречу.

— Ты обещала мне адрес или нотаритус перевес встречу? — говорит Наташка.

— Наоборот, просил приехать на час раньше.

— Зачем?

— А я почем знаю! — я натягиваю платье и кое-как провожу расческой по волосам. — Я вот уже собираюсь. Сейчас скину адрес.

— Давай, увидимся.

Спустя час я стою возле входа в здания с надписью на двери «Нотариус» и жду подругу. Оживленная центральная улица, мимо проносятся дорогие иномарки, расхаживают красотки и мажоры. Золотая молодежь.

И как у папы вообще хватило денег чтобы заплатить нотариусу, который находится в самом дорогом районе столицы?

Рядом останавливается черный люксовый внедорожник. Из-за руля выходит какой-то накачанный мужик в дорогом костюме и стильных очках. Застегивает пуговицу на пиджаке и подходит к пассажирской двери. Открывает и из проема показывается обнаженная лодыжка. Мужчина подает девушке свою лапищу и спустя несколько секунд появляется вся она. Ну точно топ-модель. Пухлые губы ярко накрашены, фигуристая, в коротком платье. Он берет ее за руку и направляется мимо меня к офису нотариуса. Они проходят мимо меня даже не обращая внимания.

Вот такие могут себе позволить услуги нотариуса в этом районе. И я еще раз думаю, откуда у папы средства.

— Ты видела его?! — ко мне подлетает запыхавшаяся Наташка.

— Кого? — не понимаю я.

— Как кого! Только что перед твоим носом прошел сам Герман Белов.

— А это кто?

— Ну ты темная! Он входит в топ-100 самых богатых холостяков столицы. У него свой бизнес, правда говорят не совсем легальный, есть там несколько сомнительных компаний. Все такие его отец бывший бандюган, ныне сидящий, а от отца ему досталось в наследство несколько кампаний, — подруга делает многозначительный взгляд. — Но это не отменяет того, что все девицы города за ним бегают. Ты видела его бицепсы? Видела эту фигуру? Он наверно в спортзале торчит каждый день, — щебечет она.

Я смотрю на закрытую дверь. Да, мужик красивый был, мощный я бы даже сказала. Высокий, выше меня на голову. Не поспоришь.

— В следующем году ему исполняется тридцать семь, вот бы охомутать такого! — смеется Наташка.

— Пойдем, а то опоздаем, — тяну подругу за собой.

— Только вот никто пока так и не смог завоевать сердце этого качка. Он меняет девиц каждый месяц. Еще ни одной не удалось задержать дольше. — Наташка склоняется ко мне и шепчет: — Даже есть подпольный тотализатор в телеграмм, где ставят ставки, на сколько дней дольше продержится новая подружка. И знаешь что?

— Что? — спрашиваю я, поднимаясь по лестнице к кабинету нотариуса.

— Еще не было ни одного выигрыша, с каждой он прощается ровно в срок.

— Потаскун он значит, а не холостяк. Я бы за таким никогда не стала бегать.

Я стучу в дверь и захожу в кабинет. За мной идет Наташка и врезается в спину, потому что я замираю. Перед нотариусом сидит тот самый мускулистый красавчик, тот самый холостяк столицы и потаскун, о котором мы только что говорили с подругой.

— Агата, ты чего встала?

Подруга обходит меня, снимает солнечные очки и присвистывает, увидев Германа Белова. Он ухмыляется, глядя на нас, застывших в дверях. И рассматривает. Медленно скользит взглядом сверху вниз. А мне становится трудно дышать от того, как он смотрит. И смотрит он не на подругу, а на меня. В нос попадает запах его туалетной воды, по коже разбегаются мурашки.

— Проходите, Агата Андреевна.

Я закрываю дверь и прохожу. Замечаю, что на диванчике за дверью сидит та самая изящная модель.

Что вообще здесь происходит?

Я закрываю дверь и сажусь на стул рядом… с Германом. Мои голые коленки практически прижимаются к его широко расставленным ногам.

Неужели нотариус не мог побольше офис себе снять? Тут так тесно.

Я стараюсь натянуть платье, чтобы прикрыть колени, но у меня ничего не выходит. Я только наоборот задеваю рукой бедро мужчины и меня от этого бросает в пот.

— Приступим. Знакомьтесь Агата, это Герман Викторович. Он теперь за вами присматривает, — говорит нотариус.

Что?!

— ЧТО?! — спросили мы с Наташей одновременно. Я даже со стула подскочила, задевая этого Германа и чуть не спотыкаясь об него. А он в свою очередь, чтобы не дать мне свалиться на него, придерживает за бедро и медленно ведет ладонью вниз. Его прикосновение обжигает, но оно такое нежное. Герман убирает руку. И меня больше заботят слова нотариуса.

— Что значит присматривает? Я совершеннолетняя!

— Да, но ваш отец составил особое завещание.

— Какое еще особое? — я падаю обратно на стул. Юбка разлетается и задирается. Я тяжело дышу.

— Герман Викторович обязан присматривать за вами, пока вам не исполнится двадцать один год.