Храни тебя лес

Глава 6

Когда я добираюсь в другой конец города, на улицы опускается ночь. Темнота и непогода играют мне на руку – помехи в виде случайных прохожих больше нет. Мой потрепанный вид наверняка вызвал бы у людей множество вопросов. Дело не только в испорченном платье, которое теперь напоминает обычную мокрую тряпку. Кажется, с моим лицом тоже что-то не так. Во всяком случае, от картежников, нашедших приют на лестнице Маяка, я получаю не очередную хохмочку, а исполненный беспокойства вопрос:

- Эй, малыш…. Все в порядке?

Я рассеянно киваю, не обратив внимания на новое прозвище, которым меня наградили.
В порядке…. Лучше и быть не может….
В голову одна за другой лезут жуткие истории – одни из тех, что люди передают друг другу полушепотом, как будто сказанное тихим голосом становится ложью. О солдатах, погибших во время зачистки территорий. О работниках теплиц, получивших ранения из-за оплошности стражей. А еще… о том случае, произошедшем одиннадцать лет назад, который остался в людской памяти под названием «Бойня в закусочной» - по заголовку истерической газетной статьи, красочно описавшей все подробности кровопролития. Одна маленькая елочка. Двенадцать убитых. Здание кафе с заколоченными окнами, превратившееся в молчаливый склеп, к которому в годовщину траурной даты родственники погибших приносят свечи.

Я помню все эти рассказы – они хранятся в моей памяти на манер хлама, который хочешь, но не можешь выбросить из дома, потому что он не пролазит ни в дверь, ни в окна. Я слишком слаба, чтобы разломать его на части. И слишком напугана, чтобы вписать в эти рассказы нового персонажа – свою собственную сестру.

Дома для городской элиты, расположенные в центре города, вновь сменяются кособокими хибарами, и я понимаю, что близка к цели. Поворот, еще один, и вот, прямо передо мной, не более, чем в ста метрах – освещенный мутноватым фонарем пропускной пункт. Я останавливаюсь, затаившись в тени нежилого ветхого дома, в самом центре огромной лужи.

И что дальше?

Ворота, ведущие за пределы города (двери в ад, как многие их называют), накрепко закрыты. Охранник, спрятавшийся от дождя в крошечной будке, то ли спит, то ли клюет носом над книгой – издалека не разглядишь. Ключ от ворот наверняка спрятан в его кармане.
Я не могу вернуться, но и идти дальше нет никакой возможности. Как же мне поступить? И что сделала Лиля, когда была на моем месте?

Еще раз покосившись на будку, я отлипаю от дома и, воровато озираясь, подхожу к стене. Пара метров кирпичной кладки, возвышающаяся надо мной – хлипкая преграда между людьми и деревьями, довольно пустяковая защита, если растения всерьез захотят уничтожить нас. Несерьезная для флоры, но надежная, когда хочешь удержать в черте города непослушных ребятишек или дурочек вроде меня.

Я провожу ладонью по кирпичам, а потом в сердцах ударяю о стену кулаком. Как обидно, что нельзя превратиться в кого-то другого! Будь я деревом - исполинским тополем с многометровыми корнями или даже обманчиво-грациозной яблоней – эта стена не продержалась бы передо мной и минуты. Я бы разрушила ее, разобрала по кирпичику, разметала в….

- Что случилось?

Этот голос едва пробивается сквозь шум дождя, и в первое мгновение кажется мне чем-то вроде миража. Я в недоумении озираюсь по сторонам, пытаясь высмотреть во мраке знакомую фигуру.

- Не там ищешь, Роза. Посмотри наверх.

Я поднимаю голову, и моя челюсть отвисает.

- Ян?!

- Привет! – страж приютских, устроившийся на заборе с таким беззаботным видом, словно это всего лишь скамейка в парке, машет мне рукой. – Что ты здесь делаешь?

Я тупо смотрю на него. Ян вымок так же, как и я – рубашка липнет к телу, по лицу стекают струйки воды. Но не это главное. Важнее, что в своем белом (гм, ну пусть уже немного грязноватом) одеянии он выделяется на фоне темного неба, как мишень. А ведь где-то там, за его спиной, затаилось целое полчище убийц, только и ждущее удобного момента, чтобы отправить кого-нибудь на тот свет!

- СЛАЗЬ НЕМЕДЛЕННО!

Ян чуть подается назад. На один безумный миг мне кажется, что он вот-вот упадет, рухнет прямо в смертоносные объятия веток и лиан, но потом Ян выпрямляется и кивает в сторону будки.

- Ты волнуешься из-за охранника? Брось, он уже десятый сон видит!

Мое сердце колотится, как бешеное.

- Я волнуюсь за тебя! Спускайся!

Кажется, до него, наконец, доходит. Страж заметно сникает и оглядывается назад.

Я в нетерпении притопываю ногой. Господи, да что он там увидел?

Спустя несколько секунд Ян, подняв тучу брызг, приземляется рядом со мной. Я тут же напускаюсь на него.

- Совсем с ума сошел? Ян, ты хоть понимаешь, что это не шутки? Одно дело – запретная территория, а другое…. Ты ведь даже защитный комбинезон не надел, умереть хочешь?

Я выдыхаюсь и замолкаю. Ян смотрит с вежливым безразличием, терпеливо дожидаясь, когда поток моего красноречия иссякнет. Вряд ли хоть одно слово из произнесенных мной достигло его разума.

- Зачем ты пришла?

Этот вопрос, такой простой и короткий, возвращает меня к реальности. Я в отчаянии смотрю на стену из кирпичей. Как глупо! Испугавшись за чужого, почти незнакомого мне парня, я забыла о собственной сестре. Забыла о том, что собиралась совершить примерно то же самое, за что только что отчитывала Яна.

Страж приютских следит за моим взглядом и складывает руки на груди.

- А что насчет тебя? Может быть, это ты решила умереть?

Я отшатываюсь от него.

- О чем ты? Я просто….

- Вышла погулять? Захотела подышать свежим воздухом перед сном? Роза, да ни один дурак не поверит в эти глупые отговорки!

Я отступаю еще на шаг. Этот новый Ян совсем не похож на смешливого парня, угощавшего меня днем мороженым. Подарившего Лиле редкого жука. Предлагавшего мне свою помощь. ЭТОГО человека я не знаю, и на короткое мгновение он пугает меня (пожалуй, даже больше Олега).