Храни тебя лес

Глава 8

- Куда мы идем? Ворота ведь в другой стороне.

Ян делает мне знак помолчать и продолжает двигаться вдоль стены, изучая ее с вниманием ученого-исследователя, пытающегося найти спрятавшегося в каменной кладке жука-древоточца.

Я тоже вглядываюсь в щербатые кирпичи. Вдруг мне повезет отыскать выцарапанный на них тайный код, показывающий путь наружу?

- Я могу как-то помочь? Скажи мне, что...

- Кажется, вот это подойдет, - Ян хлопает по стене ладонью и поворачивается ко мне. – Попробуй забраться.

Я в немом удивлении смотрю на него. Влезть на стену? Это какой-то изощренный план, недоступный моему пониманию, или шутка? Стена из кирпичей – это вам не проволочная ограда, которую с легкостью преодолеет и ребенок. Здесь, чтобы перебраться на другую сторону, нужно быть птицей или пауком – даже кошка не нашла бы, за что зацепиться на каменной поверхности.

Я тоже поглаживаю кирпичи рукой и интересуюсь:

- Как? У меня, знаешь ли, нет присосок на руках, крыльев или чего-то подобного…

Ян насмешливо закатывает глаза. Видимо, ничего другого он от меня не ожидал.

- Верно. Но посмотри, сколько тут щербин – совсем как не на физиономии главного садовника. Не стена, а сито. Здесь найдешь, за что зацепиться. Просто попробуй.

Я с глубоким сомнением вздыхаю и подхожу ближе. Попробовать, значит? Ну что же…
Стена и в самом деле покрыта ямами и трещинами, как будто какой-то психопат бил по ней молотком в отчаянной надежде вырваться из города. И, потеряв сестру, я даже могу его понять и посочувствовать.

Да что там говорить! Я даже поблагодарила бы неизвестного умалишенного, прояви он чуть больше активности и проделай в заборе мало-мальски приличную дыру. А так…

Вставив пальцы в выемки между кирпичами, я начинаю нащупывать опору для ног. Не сразу, но она находится, и я на дрожащих руках начинаю подтягиваться вверх. Отрывая одну ногу от стены, ищу новую трещину, и….

Грубый приютский ботинок скользит по кирпичу, будто тот покрыт маслом. Со сдавленным проклятьем я сажусь в лужу – в прямом и переносном смысле этого слова.

Ян не выглядит слишком расстроенным.

- Было бы странно, получись у тебя все с первой попытки, - замечает он, подавая мне руку. – Будем пробовать снова и снова. Утро еще далеко.

- Звучит оптимистично – ничего не скажешь…

Вторая моя попытка оказывается не лучше первой, третья – тоже. На десятый раз, когда ободрительные выкрики со стороны Яна сходят на нет и сменяются гробовой тишиной, я оборачиваюсь к нему и раздраженно предлагаю:

- Может, покажешь, как это делается? Ты ведь специалист в подобных делах.

Ян кажется застигнутым врасплох.

- Почему ты так думаешь? – медленно интересуется он.

- Брось, я же видела, как ты сидел на заборе. Не похоже было, что для тебя это в новинку.

Ян никак не комментирует последнее замечание (хотя в глубине души я надеялась вызвать его на откровенность). Вместо этого он подходит к забору и опускается на корточки.

- Вставай на мои плечи.

Я качаю головой.

- Нет, я не могу…

- Можешь. И должна. Сейчас у нас нет другого выхода, а научиться карабкаться по стенам ты сможешь немного позже.

Я продолжаю колебаться.

- Эм… А ты уверен, что у тебя хватит сил, чтобы…

- Вот сейчас и узнаем.

В тот момент, пока я выполняю указание приютского стража, моя голова занята математическими вычислениями. Я вешу пятьдесят два килограмма (последний медосмотр показал именно эту цифру). Плюс мой защитный комбинезон, который, по ощущениям, весит целую тонну (ладно, я немного погорячилась – килограмма три-четыре). Минус рюкзак (пять килограмм – я сбрасываю их на землю).

Одним словом, Яну придется тяжело.

- Хватайся за стену. Постарайся подтянуться. И, самое главное…. Не падай, пожалуйста.

Страж приютских обхватывает меня за лодыжки и начинает медленно подниматься. Кажется, его тело дрожит. Весь мир вокруг меня покачивается и ходит ходуном. Или же это кружится моя голова? Не могу понять.

Я панически упираюсь ладонями в стену и задерживаю дыхание. Ян встает в полный рост и замирает.

- Можешь залезть наверх?

Край стены теперь находится примерно на уровне моих подмышек. Я хватаюсь за него и тянусь, тянусь, тянусь…

Ян подталкивает мои ноги, и я оказываюсь на стене, хватаю ртом воздух и не могу надышаться. У меня получилось! Получилось! Такая маленькая победа – и такой непередаваемый восторг!

Я поднимаю голову и застываю.

Метрах в десяти от меня - снова Москва, но другая: в окнах домов нет ни света, ни стекол. Стены – почти такие щербатые, как забор, на котором я сижу. А люди…. Людей здесь попросту нет. Все примерно так, как я себе и представляла, с одним лишь отличием: растений тоже не видно. В отдалении еще виднеются несколько деревьев, но здесь, у самых ворот, все чисто. А как же зеленая гуща, на которую мы смотрели с крыши Маяка?

Рядом со мной пролетает какой-то округлый предмет, и я едва не падаю на землю. До меня не сразу доходит, что этот неведомый снаряд – всего лишь рюкзак, который Ян таким вот нехитрым способом отправил на противоположную сторону.

Надеюсь, он додумался не наливать воду в стеклянные бутылки.

Избавившись от груза, Ян начинает собственное восхождение. Я не ошиблась: в скалолазании он мастер. Медленно, целеустремленно, Ян взбирается наверх, невзирая на тяжелый костюм, дождь и довольно сомнительные опоры, за которые ему приходится хвататься (лично я с трудом находила их в этой темноте).

Оказавшись на самом верху, он с облегчением выдыхает и улыбается мне.

- Ух! Это было сложнее, чем обычно.

Я вопросительно приподнимаю брови.