Хранитель и Виринея

Глава 6

Антон с Агапией долго решали, как освобождать Виринею. Мужчина предлагал невероятные планы захвата замка, виденные им в разных фильмах, на что женщина презрительно хмыкала, посматривая на него, как на умалишённого.

«Конечно, — думала она, — если бы Антон был маленькой шавкой, он бы без проблем пробежал мимо охраны. Огромный волк незамеченным пройти уже не сможет». В конце концов она определилась.

— Жди меня утром, — быстро проговорила она, — пойдёшь в образе старьевщика, я с ним договорюсь, он не пойдёт завтра по улицам. Но придётся тебя, конечно, как-то под него переодеть.

— Хочешь на меня личину набросить? — заинтересовался тут же Антон.

— С ума сошёл, — Агапия не выдержала и всё же высказалась, — откуда в твоей голове всякая всячина? Магию использовать ни в коем случае нельзя, там тебя разом считают. Ты что думаешь, что князь лопух? Тем более, тебя его люди видели рядом со мной, сейчас знаешь какой там переполох? Они же явно охрану усилят.

— Это-то, как раз понятно, а вот как мы мои размеры будем скрывать, если они меня ждать будут? — мужчина придирчиво осмотрел себя.

— Ножки скриви, да плечики ссутуль, — рассмеялась Агапия. — Пока меня нет, репетируй давай, будешь, как в заезжем цирке выступать. Смотри по лесу не шастай, нечего тебе с ними встречаться. Пусть поуспокоятся маленько.

Она ушла, оставив его одного. Антон, скривив спину, походил туда-сюда на полусогнутых ногах, было жутко неудобно и ему это не понравилось.

— Эх, — вздохнул он, — Лешок бы с этим быстрее справился. Мне же сейчас чтобы незаметным стать, придётся попотеть.

****

День тянулся, словно резиновый, выходить из сторожки он не стал, мало ли что. Боялся, не выдержит и полезет с кем-нибудь из прихвостней князя отношения выяснять.

Последние ночи он спал спокойно, тело, обычно к ночи меняющее свой облик, оставалось прежним, словно волк куда-то исчез, и это тревожило Антона. Он привык, что рядом с ним всегда незримо присутствовал друг, а теперь он пропал, не сказав куда.

Сумерки скрасили дневные реалии, погрузив всё вокруг в тёмно-серые тени. В груди нарастало беспокойство, как будто где-то одинокая душа ждала встречи с ним и куда-то манила его.

Антон всё же вышел из сторожки, аккуратно прикрыв дверь. Ночь ещё не совсем спеленала мир чёрными простынями, и потому сквозь деревья ещё можно было разглядеть близлежащее пространство. Их голоса он услышал, когда они были далеко, и, крадучись, пошёл им навстречу.

— Девка-то, долго не продержится, — сетовал один из идущих.

— Да и не велика потеря, — отозвался второй, — ещё одну пришлют.

— Как пришлют, когда по дворам новорожденных ещё не собирали?

— Что ты пристал, что да как? Не нашего это ума дело! Князю видней. Иди молча, да сопи в дудку. Кто нас спрашивать–то будет? — рявкнул на него собеседник.

Сколько-то они шли не разговаривая, а Антон осторожно крался за ними, стараясь оставаться невидимым. Тело двигалось легко, несмотря на свои размеры он скользил между деревьев почти неслышно. Куда они идут, он уже догадался.

— И всё же жаль девку, она моим малым столько раз помогала, — снова не выдержал жалостливый.

— Слушай, заткнёшься ты или нет? Вот пожалуюсь на тебя князю, посмотрю тогда, кого ты жалеть начнёшь.

Мужчина обиженно замолчал, не пытаясь больше заводить разговор. Как и предполагал Антон дошли они до пещеры и замерли перед колючим кустом.

— Смотри, — прошептал тот, кого Антон обозвал «жалостливым», — а куст-то на месте.

— И что? Демьян сказал, что такое вполне возможно, Агапия же тут ещё крутится.

— Демьян, Демьян, — пробурчал мужик, — этот Демьян вообще странный.

— Тебе-то что? — снова взвился второй. — Делай давай то, что тебе сказали.

Жалостливый вздохнул, и вытащил бутылёк из тёмного стекла. Открыв его, осторожно протянул руку и вылил тягучую жидкость на пышный зелёный куст. Зашипев при соприкосновении с зеленью, жидкость быстро впиталась, через несколько минут куст сжался, ветки упали, листва почернела.

— Вот, — указал на куст «недовольный», — а ты Демьян, Демьян, — передразнил он собеседника. — Как бы ты сейчас заходил в пещеру без него? Топай давай, — толкнул он своего напарника, — а то и к утру не управимся.

Они осторожно зашли в пещеру и пропали в её недрах. Антон прокрался за ними следом. Эти двое зажгли факел и теперь осторожно шли к центральной части.

— Агат искать надо, куда интересно она могла его засунуть?

— А если ещё что найдём? — уточнил «жалостливый».

— Всё заберём, там разберёмся надо или нет, — скомандовал «недовольный» всем собеседник. — Ищи давай, не отвлекайся.

— Факел-то один, как я буду в потёмках искать?

— Вот безмозглый, что второй-то не взял?

— Так его не было, один был только.

Они препирались несколько минут, потом всё же отправились высматривать агат. Антон замер на входе в просторную часть пещеры и стал наблюдать за этими двумя, что хозяйничали в чужом «доме». Внутри заворочался зверь, и Антон обрадовался, услышав его. Тело привычно выгнулось и вскоре огромный волк, глухо ворча, лёг и стал наблюдать за похитителями. Они перерыли всё что могли, раскидав её немногочисленные вещи, и перевернув всё верх дном.

— Ничего! Эта тварь, всё спрятала! — набросился «недовольный» на подельника, словно тот обо всём знал и не сказал ему.

— А я-то тут причём? — пытался оправдаться тот.

— Да ты вообще всегда ни при чём, давай всё барахло в кучу и подожжём.

— Ты что ополоумел, тут же духи?! — отшатнулся «жалостливый».

— Тащи, говорю! — приказал второй. — Пусть от этой твари ничего не останется, ей всё равно это уже не пригодится, — довольно хохотнул он.

Как только они стали стаскивать всё в кучу, волк медленно встал, шерсть поднялась дыбом, он зарычал, и мужчины обернулись на рык.

— Волк, здоровый какой, — просипел внезапно севшим голосом «жалостливый», — Фрол говорил, что видел Вислава, а ты не верил, — лихорадочно зашептал он.