Хранитель. Книга 2

Глава 13

Даже прибыв в Авилон, Пенелопа продолжала витать мыслями в уютном особняке в Дельфиниуме. Она старалась не думать о том, что следующая встреча с Адрио произойдет лишь весной, пыталась настроиться на лучшее. И с переменным успехом у нее это получалось. Однако ничто так не поглощало ее внимание, как работа. В покоях Пенелопы, а точнее на письменном столе, девушку ожидал приличного объема список дел, который подготовил Хранитель.

— В целом результаты положительные, — подытожила Пенелопа свой доклад, стоя в кабинете Ландора.

Хранитель молча выслушал и холодным тоном произнес:

— В некоторых случаях более чем. Однако вы кое-что забыли упомянуть.

— Что именно, Ваше Светлейшество? — спросила Пенелопа тоном, подчеркивающим сугубо рабочую атмосферу.

— То, что произошло с теми, кто напал на Евграфа. Вы узнали об их смерти раньше и не уведомили меня. Госпожа Пенелопа, сокрытие информации от Хранителя — не похвальное занятие. Как, скажите мне на милость, после этого доверять вашим словам, не вмещающим всей информации? Или, быть может, у вас есть достойное оправдание? — надменно добавил он, склонив голову набок.

— Да, есть, — уверенно заявила девушка.

— И какое же? — глаза Хранителя сверкнули.

— Специфика распределения обязанностей и, как следствие, сверхурочная работа.

Пока Ландор молчал в недоумении, Пенелопа принялась объяснять:

— Как вы справедливо заметили еще летом, при выполнении пустяковых дел и важных задач не должно быть допущено ни малейшей ошибки, чтобы вам не приходилось все проверять и в принципе выполнять чужую работу. Из-за большого количества проектов я вынуждена работать и в свой единственный выходной. Почти все свое внимание и время я посвящаю работе, а на другие вопросы внимание и память распределяются по остаточному принципу. В результате этого некоторая информация, не связанная с работой, теряется.

Хранитель молчал.

— …то есть вы забыли? — после паузы резюмировал он.

— Совершенно верно, — подтвердила Пенелопа.

«Забыла, что хотела подумать о том, как тебе преподнести информацию в будущем», — сразу же мысленно добавила, чтобы айпейрон не выдал ее ложь.

— За это прошу прощения. И, по правде говоря, я была уверена, что господин Анджей вам давно доложил о случившемся. Ведь это в его отделении произошло убийство.

«Как я и догадывалась, до тебя первое письмо главы не дошло, — подумала Пенелопа. — Ландор, виноват господин Анджей».

В конце концов, ситуация разрешилась. Пенелопа с гордо поднятой головой вышла из покоев Хранителя и направилась к лестнице. Спускаясь по ней, девушка продолжала удерживать свое сознание на нейтрально-вежливой ноте, но, попав в свою комнату, скинула завесу.

«Вот надменный хорек! А сам-то? Ты рассказал хоть что-нибудь о господине Артеме? Показания его родственников? К кому они привели? И как с этим связан господин Луар? Молчишь же!»

Когда эмоции стихли, Пенелопа плюхнулась на кровать, и вдруг в голове всплыл вопрос:

— Если Ландор узнал о Евграфе, то сохранил ли должность господин Анджей? Ах, нужно было спросить у Ландора! Хотя…

Девушка быстро встала с кровати и написала письмо человеку, с которым ее познакомил Адрио перед отъездом. Она решила не расспрашивать Ландора о господине Анджее.

*** *** ***

Перо дикой молнией скользило по бумаге, запечатлевая важнейшие характеристики айпейрона в виде кривых, косых сокращений на всякий вкус и цвет. Кира строчила как заведённая, упорно пытаясь угнаться за профессором и законспектировать как можно больше информации, тем самым жертвуя окончаниями и прочими время затратными вещами вроде длинных завитков у некоторых букв.

— …«является закономерностью» чего? — послышался тревожный шепот соседки.

— …«эмоциональной насыщенности», — ответила Кира, не отрываясь от письма.

— Спасибо, — и перо проворно вставило пропущенные слова.

— Госпожа Оливия, — позвал студент с задней парты, — не могли бы вы, пожалуйста, повторить, что было после... — и он запнулся о взгляд профессора — в ее серо-голубых глазах полыхнул морозный свет, как отблеск не отдыхающей катаны.

— Что вы не успели записать? — спросила госпожа Оливия тихо, но отчетливо.

— Третий пункт, — отозвался студент несмело.

Профессор продиктовала его и продолжила читать лекцию.

Когда пара закончилась, Кира отложила в сторону перо и, громко выдохнув, бессильно откинулась на спинку стула. Она хотела просидеть так вечно, но, к сожалению, последующие две пары никто не отменял. Девушка попробовала пошевелить кистью правой руки, и ее лицо исказила гримаса боли.

— Она зверь! — осуждающе прошипела соседка Киры по имени Эвика, когда профессор скрылась за дверью. Пятнадцатилетняя Эвика, обладательница кудрявых кремового цвета волос, была самая близкая Кире по возрасту. — У меня рука просто отваливается! — и принялась опасливо шевелить дрожащими пальцами.

— Не то слово, — согласилась Кира и тяжело вздохнула.