Хранитель маяка

Судьбы хранителей

Увлеченные рассказом слушатели с грустью взглянули в сторону окна, где медленно начали опускаться сумерки, что предвещало скорое завершение вечера. Мелодия звуков дождя, сопровождающая повествование таинственного жителя их городка, словно уловив намерения старика завершить изложение своей жизни на встрече с прекрасной девой, прекратилась. Юные слушатели со вздохом поднялись со своих мест и, поблагодарив уважаемого старца, покинули комнату.

Впечатлённые дети, сопровождаемые более взрослыми слушателями, всю дорогу обсуждали те моменты, которые поразили их больше всего. Остановившись на склоне, ведущем к их домам и откуда открывался лучший вид на маяк, они задумчиво уставились на него, словно пытаясь разглядеть женский силуэт под башней, на которую обрушивались мощные волны, хотя прекрасно понимали, что увидеть её им не суждено. Многие, услышав рассказы старика, пытались также засвидетельствовать мистическое проявление в реальности, но только старику были известны тайны её пришествия из потустороннего мира.

За окном уже совсем стемнело, когда пожилой мужчина грустно взглянул на тлеющие угольки в камине. С каждым мгновением угольки мерцали всё слабее, словно решаясь потухнуть в следующую секунду. Старик вздохнул и, опираясь на свою сухую трость, медленно поднялся с места. Выйдя из теплой гостиной в просторную прихожую, где повеяло прохладой, он заметил, как дом опустел после ухода детей, и как было бы чудесно, если бы время двигалось чуть медленнее. Ведь в таком случае, вероятно, у них было бы больше возможностей для совместного времяпрепровождения.

Пройдя в комнату, чуть менее просторную, чем гостевая, он зажёг свет и, постукивая по деревянному полу, направился к столу, на котором стояли высокие стопки древних книг. Их обложки и страницы были изношены от многолетнего использования, тем не менее, они не утратили своей значимости. Более того, эти книги были последней надеждой мужчины на спасение дорогого ему человека.

— Снова изучаешь старые записи, пропуская ужин? — послышался расстроенный голос любимой внучки из прохода в комнату.

— Лучшая пища — это пополнение знаний, — проговорил старик, не поднимая головы, бегая глазами по строкам пожелтевшей страницы.

— Но не для твоего истощенного организма, — вздохнула внучка, подходя к столу и хватая книгу. — Доктор точно сказал: нужно больше отдыхать и хорошо кушать.

Позволив внучке забрать книгу, он поднял свои глаза и взглянул на неё. Она была младшей из его внуков, за исключением правнуков. У неё были правильные черты лица, светлые волосы и живые, яркие глаза. К моменту своего двадцатипятилетия она стала всё больше походить на свою прабабушку в юности, но едва ли он мог сказать, что она была точной её копией. В чертах лица девушки и в том, как она с юных лет проявляла мудрость, несвойственную, на его взгляд, её возрасту, он видел живое воплощение своего давнего призрачного друга.

— Попроси Хелен принести ужин в мой кабинет, — со вздохом проговорил он, осознавая, что внучка, вероятно, с этим не согласится. — Я отужинаю тут.

— Дедушка, ужинать будем в столовой, — сказала внучка тоном, не допускающим возражений. Старик другого и не ожидал, характером она пошла точно в него. — Разве ты не желаешь провести со мной время?

Внучка вернулась в дом всего неделю назад, впервые после двадцатилетнего отсутствия. Дом принял её как долгожданную гостью, даже, можно сказать, как будущую хозяйку. С её приездом дом изменился, ушла печать одиночества и отречения от остального мира. Она едва ли не сразу принялась за украшение фасада и озеленение территории вокруг дома. Хотя менее чем через неделю наступила осень, к удивлению окружающих, цветы, которые должны были остаться на зиму, распустились, а трава, ожидаемая лишь в следующем году, действительно позеленела.

Соседи были озадачены её внезапным появлением, но вскоре стали замечать состояние уважаемого ими старика, который на протяжении почти семидесяти лет охранял сердце их удалённого городка. Мужчина преклонного возраста начал сдавать по здоровью, и, несмотря на то что рядом с ним чуть ли не круглые сутки были служащие его дома, присмотреть за ним было некому. Эту роль на себя взяла его загадочная младшая внучка. Лишь ей непонятным образом удавалось уговорить старика поесть где-нибудь за пределами его кабинета, а также не засиживаться слишком долго на обдуваемой ветрами террасе дома.

Сидя в столовой с окнами, открывающими вид на современный городок, сохранивший свою загадочность, что привлекала его в молодости, он, смотря на мерцающие огоньки уличных фонарей, все больше погружался в ностальгию о былых временах, чему не был особо рад, считая, что так пропускает настоящее и не видит будущее. Именно поэтому столовую он посещал гораздо реже, чем остальные комнаты своего огромного дома, расположенного вдали от городской суеты, рядом с успокаивающим морем, где время, казалось, застывало.

— Дети тебя очень любят, — сказала девушка, не зная, с чего начать разговор. Она заметила уставший и грустный взгляд дедушки, устремленный в сторону окна и хотела отвлечь его. — Похоже, твои рассказы их впечатляют гораздо больше, чем сказки, которые читают им родители перед сном.

— Сказки в их возрасте кажутся им выдумкой взрослых, которые сочиняют их ради развлечения и пробуждения воображения маленьких детей. Вымышленные персонажи теряются на фоне настоящих людей, которые говорят, что реальность может оказаться гораздо более многогранной, чем кажется на первый взгляд, — ответил ей старик, принимаясь за пищу. — Ты в свое время, как и они, любила усаживаться ко мне на колени и слушать о тех приключениях, на которые меня отправляла жизнь.

— О, я помню, как любила те вечера! — оживилась внучка, радуясь тому, что дедушка решил поддержать разговор. — Хотя, к сожалению, после переезда многое уже стерлось из моей памяти.

— Ты была совсем малышкой, и удивительно уже то, что ты хоть что-то можешь вспомнить, — добродушно усмехнулся мужчина. — Тебе было всего пять, гораздо младше тех ребятишек, которые навещают меня в холодные вечера.