Хранитель Мира

Глава 1: Слухи

Глава 1: Слухи

Спустя сотню лет после великой войны

С первым лучом солнца, озарившим небольшие улочки Альгорана, начался новый день. Пробиваясь чрез трущобы предместий и каменные дворцы, не испытывающий преград солнечный свет стремился проникнуть в каждый уголок великого града. Морозы, царившие в этих землях несколько месяцев, покорно отступали перед могучим светилом. Сегодня уже не ощущалось леденящего воздуха, при вдохе которого на одно мгновение стыла кровь в легких, а лицо, «обожженное» морозной струей съеживалось так, что теряло свои очертания. Сквозь белую пелену, рвущиеся к свету, появились первые цветы, ознаменовавшие приход долгожданной весны. Столица, погруженная в пучину предпраздничных хлопот, готовилась к священному Дню мира. Торговые лавки уже с раннего утра были переполнены людьми, стремившимися приобрести самые свежие угощения для своих близких. Сегодня в изобилии было все — рыба, мясо, морские деликатесы и фрукты. Дети, резвящиеся на улице, радостно встречали родителей, возвращавшихся домой с набитыми мешками продуктов. Их глаза, переполненные надеждой, заглядывали в этот мешок будто в поисках нового мира. Отодвигая еду друг от друга детское сердце билось все чаще, и наконец, обнаруженная долгожданная красно-зеленая бумажка заставляла их успокоиться и воскликнуть победное «Ура», подняв сжатые вверх кулаки. Колградский шоколад, завернутый в фирменную красно-зеленую обертку, был настоящим лакомством в королевстве. С трудом добываемы в южный чащах Колграда какао-бобы обрабатывались местными поварами и превращались в настоящий шедевр. В обычные дни люди из простых семей из-за высоких цен не всегда могли позволить себе такую роскошь и лишь сегодня, сниженная втрое цена по распоряжению короля давала им возможность побаловать своих детей. Быстрыми, но в то же время острожными движениями, дабы не уронить, маленькие ручки разрывали бумажку и вынимали долгожданный шоколад, сначала вкушая его аромат, а затем уже пробуя его на вкус. Медленно тая во рту, он вызывал состояние настоящего блаженства и умиротворения на душе каждого ребенка, заставляя забыть про все невзгоды и хлопоты.

На центральной площади города, у самого памятника великому королю Магнусу Тревору, разорвавшему кровавые цепи войны, местные жители участвовали в конкурсах на самую лучшую скульптуру медведя1 изо льда.

1 — Медведь — символ герба Магнуса. Тем самым люди отдавали дань памяти королю, принесшему в эти земли долгожданный мир

Ровно в полночь люди, державшие в руках зажженные свечи, выходили на улицу, чтобы почтить память солдат, заслонивших своей грудью орды неприятеля и не дрогнувших перед лицом врага. На расшитом огромном полотне можно было увидеть строки из стихотворения «Ушедшие в бессмертие» знатной столичной писательницы Элидии:

Мы вечно будем помнить лица ваши

Вступившие в кровавый бой

Вы от эльфийских орд закрыли земли наши

Своей железною рукой

И пусть на сердце вашем

Прибудет вечно радость и покой!

Днём, еще до начала празднований король Олаф, потомок династии великих Треворов, решил собрать очередной городской совет для обсуждения вопросов организации празднований и другой немаловажной темы — пресловутые пираты продолжали досаждать торговым кораблям близ портового города Прентиса, существенно подрывая экономику города. Каждый раз, слыша новость об очередном потопленном корабле, сорока правитель приходил в ярость от услышанного. Его неуравновешенный характер, который достался ему от отца, пугал до безумия все окружение. В порыве гнева он срывал шторы, разбрасывал предметы по комнате, пинал и ломал мебель. Такие вспышки к счастью длились не более минуты, затем к королю вновь возвращался рассудок и он был способен ясно мыслить. Небольшого роста, полноватый, розовощекий, восседая на своем троне Олаф возвышался над всеми остальными — золотые одеяния, украшения и посох, так же корона, каждый сантиметр который был усыпан драгоценными камнями. Личность правителя была весьма загадочна и противоречива — несмотря на выраженный нарциссизм и неуравновешенность характера, Олаф славился своей справедливостью и честностью к простым людям. Он никогда не обделял их продовольствием и не повышал налогов в королевстве. С пришедшими к нему с различными просьбами горожанами он был вежлив и приветлив. Если в зал входила женщина, он предлагал ей присесть, в случае отсутствия места он поднимался сам и разговаривал с ней стоя.

— Приветствую товарищи! Воскликнул Олаф с радостью в голосе, открыв городской совет. Он не любил такого рода сборища, считая их бессмысленными, но на носу был праздник, который диктовал необходимость обсудить все до мелочей, дабы не упасть в грязь лицом перед всем королевством.

Члены совета неспешно занимали свои места, лениво рассаживаясь за столом. Их выдернули из теплых постелей рано утром, нарушив их привычный распорядок. Лица многих из них от подушки был помяты настолько, что становились похожи на вялый вилок капусты, который вот-вот развалится и рухнет на стол.

— Ну давайте быстрее, если вы так и будете тележиться мы и до ночи не закончим! Пробормотал Олаф, высказывая свое недовольство, чуть повысив тон

Когда скрежет выдвигающихся стульев больше не нарушал тишину в зале, а все члены совета были в сборе, король принялся произнести речь. Но едва они успели занять свои места, как двери в зал распахнулись мощным порывом ветра, издав чудовищный грохот. В проходе появилась хрупкая женщина, убегающая от преследующей ее королевской стражи.