Хранитель моей жизни

11

«…нужно не бояться рисковать …»

Я вышла из кабинета на негнущихся ногах. Кровь схлынула с лица, а тело покрылось липкой неприятной испариной. Казалось, что от переизбытка чувств я вот-вот потеряю сознание. Шагнув к столу, качнулась и выставила руку, чтоб ухватиться за что-нибудь и не упасть, но внезапно почувствовала, как горячие мужские ладони скользнули по талии, перехватили, развернули и прижали к такой же горячей груди.

Лука мгновенно окружил меня своей энергией и теплом. Не знаю почему, но мне вдруг захотелось прижаться к нему еще сильнее, пробраться за грудину, спрятаться за ребрами и остаться у быстро бьющегося сердца. На глаза набежали слезы, и я тихо всхлипнула.

— Тише, тише… — он уткнулся губами в макушку. — Все будет хорошо.

— Не говори так, — странно, но слезы так и не сорвались с ресниц, замерли внутри. Вместо этого я втянула носом мужской запах и доверху наполнила им легкие.

— Буду говорить. Потому что знаю это наверняка.

Внезапно вся злость на Вольского, что бурлила в грудине и переворачивала внутренности, схлынула и перескочила на моего Хранителя. Я отпрянула, запрокинула голову и нахмурилась.

— Ты… — острая, как лезвие мысль разрезала мысли. — Ты специально это сделал, да?

Он сразу понял, о чем я. Вздохнул и смело заглянул в глаза. Все еще удерживая меня в своих руках, медленно пропуская волосы через пальцы, Лука ответил.

— Я не лгу, помнишь?

Значит, я не ошиблась.

— Только иногда не договариваешь, — усмехнулась грустно. — Даже сейчас, глядя на то как рушится моя жизнь, ты не отвечаешь на вопросы. Задаешь свои.

Лука покачал головой, сместил ладони на бледное лицо и, сканируя взглядом, нежно провел большими пальцами по щекам. Уголки его губ слегка приподнялись.

— Всему свое время, Нала. И твоя жизнь не рушится. Просто выходит на новый виток, — он поцеловал меня в лоб и отстранился. — Правильный виток.

*

— И что это значит?

Чтобы пообедать, мы спустились на первый этаж издательства, обошли угол здания и, минуя два квартала, сели за свободный столик на уличной террасе в моем любимом кафе.

— О чем ты? — Лука сделал крохотный глоток обжигающего кофе.

— Ты говорил о витках. О том, что они бывают правильными и не очень.

Хранитель улыбнулся, откинулся на спинку плетеного кресла и оглянулся.

— Этого я не говорил. Вернее, не упоминал, что есть что-то неправильное.

— Если думаешь, что я что-то поняла, то ты очень сильно преувеличиваешь мои умственные способности, — большой кусок яблочного пирога, который лежал передо мной на тарелке, был настолько привлекательным, а я голодной, что даже обижаться на Хранителя не было сил. Я взяла вилку и отломила небольшой кусочек.

Лука снова поднес к губам чашку и спрятал за ней улыбку.

— Ты слышала что-нибудь о выборе? О том, что безвыходных ситуаций не бывает? Что всегда есть другой путь, другой виток?

— Конечно. Но я не фаталистка, если ты об этом, уж прости.

Хранитель поставил локоть на ручку кресла и, рассматривая меня, провел костяшками по подбородку. Указательным пальцем коснулся губ. Он задумался на мгновение, помолчал недолго, а затем словно набрался смелости и прыгнул в бурлящее холодное море с головой.

Вздохнул и качнулся вперед.

— Я не лю… кхм, довольно ровно отношусь к фаталистам.

А вот это уже интересно. Мои широкие брови медленно приподнялись.

— Но они ведь верят в судьбу. Они буквально верят в тебя.

— Да, но… — Лука снова пробежал взглядом по сторонам и спустя десяток секунд вернулся ко мне. — Их главный минус в том, что фаталисты плывут по течению, понимаешь? Они не борются, не сомневаются, делая выбор. Они отдают себя на волю случая, отказываясь брать ответственность. Но… кто сказал, что за борьбой не скрывается та самая судьба?

— Ты хочешь сказать, что наша, вернее моя жизнь и жизни еще десятка миллиардов людей, не предрешены тобой? Что у нас всех есть выбор, делая который мы можем изменить дарованную Богами жизнь?

— Я хочу сказать, Нала, что не стоит принимать новое событие, как должное. Возможно, настоящая судьба спрятана где-то глубже. Не нужно бояться делать шаг. Вот и все.

Он сказал это так просто, что кружащие в голове вопросы смыло волной мужской уверенности. И я, кажется, все поняла. Но это было не точно.

— Ты в замешательстве, я понимаю. Позволь пояснить?

Я еще не встречала настолько проницательного и тонко чувствующего мужчину. Да что уж там. И женщину такую я раньше не встречала. Лука мгновенно считывал мое настроение и эмоции, даже если находился на расстоянии закрытой двери.

— Я вся внимание, мой Бог, — он тихо рассмеялся, а я отправила в рот новый кусочек пирога.

— Почему ты работаешь у Вольского? — пронзительный взгляд проник в душу.

— Ты уже спрашивал. Мне нравится эта работа.