Хранители. Дорогой Забытого

Глава 11

Как я и ожидал, городской архив оказался местом холодным и донельзя мрачным. Архивариус, невысокий сгорбленный старичок, встретил нас на входе. Было видно, что стоит он давно и ожидание порядком поднадоело, но воспитание не позволяло ему проявить перед нами свое недовольство.

Старик внешне выглядел настоящим аристократом. Если бы не возраст и сгорбленный вид, придающий ему неказистость и некоторую беззащитность. Острый прямой нос, очерченные скулы, мудрые и пронзительные глаза говорили о том, что в нашем будущем собеседнике переливается не один литр голубой крови и в предках как минимум пару графов и баронов. Единственное, что немного испортило впечатление, это прилипшая над левой бровью дохлая муха, о чем я сказал ему немедленно. Старик поблагодарил меня и вытер лоб, а гном, как обычно в случаях озарения посмотрел на меня многозначительно и цыкнул.

Мы прошли внутрь, в самое святое место архива – кабинет архивариуса. Было видно, нашего прихода ждали. Книги и свитки были убраны, наведен порядок. Мы расселись на стулья вокруг стола, а архивариус умостился на свое кресло.

– Рад вас видеть, дорогие гости. Чай не предлагаю, ибо не приучен, – на что гном опять многозначительно хмыкнул, а архивариус, не обращая внимания, продолжил, – могу предложить по бокалу нашего местного коньяка, так сказать для удобного и комфортного общения.

Мы согласились, старик очень шустро прошелся возле нас и налил нам прекрасно пахнущий коньяк.

Пока разливался напиток, гном глазами показал мне на трезубец, который так и лежал в одиночестве на пустом столе. Было похоже, что его даже не трогали. Усевшись обратно, старик пригубил свой бокал и продолжил:

– Меня зовут архивариус Марк. Уверен, ваш достопочтенный друг Гор, – клянусь, он так назвал гнома, – рассказал обо мне и моей работе, но повторюсь немного. Последние десятилетия я занимаюсь, архивом этого прекрасного города и веду, так сказать, городскую историческую запись. У вас оказались некие реликвии, которые очень важны для истории города и его жителей. Если честно, они бесценны и я бы хотел услышать цену, за которую вы готовы их отдать, точнее продать городу в лице муниципалитета.

За столом одновременно выдохнуло три существа. Мы с девушкой попробовав глоток, не побоюсь этого слова, бесподобного нектара и жадный вздох моего маленького зеленого партнера, отреагировавшего на денежное предложение.

Тишина длилась целую минуту.

– Уважаемый, Марк! – отдышавшись сказал я.

– Для меня и моих друзей честь общаться со столь уважаемым и заслуженным человеком, – гном хмыкнул, а я не обращая внимания продолжил, – и, исходя из реалий сегодняшнего дня и того, что данные реликвии попали к нам совершенно случайно, готов передать их городским властям безвозмездно, то есть даром, – тут гном поперхнулся, а я продолжил.

– Посему, примите их как наше расположение к столь чудесному городу и его жителям. Мы надеемся, что даже если мы не сможем найти преступника, власти города, благодаря нашему подарку, будут благосклонны к девушке Хельге, обвиненной в вампиризме и ведьмовстве.

Гном сделал большие глаза и мне показалось, что он вот-вот лопнет от переизбытка чувств. Но слово не воробей. Тогда после моста и встречи с троллем, он сказал мне, что добыча моя, а значит и распоряжаться ею я могу единолично.

По старику-архивариусу сидящему за столом было видно, что наш разговор с определенного момента стал ему приятен.

– Спасибо большое Константин. Мне очень приятно, что в столь молодом возрасте, вы так рассудительны и мудры. Уверен, что городские власти смогут прийти к компромиссу в вопросе касающемся вашей подруги,  – заверил он, и продолжил.

– Думаю, что ваши имена будут вписаны в историю города, как людей, которые бескорыстно вернули утраченные реликвии и этим прославили себя в веках…..

Внезапно гном поднял руку довольно бесцеремонно прервал старика.

– Уважаемый, Дор Маркус! – у архивариуса удивленно поднялись брови, а мой партнер продолжил, – мы пришли к вам еще по одному вопросу, который мучает меня уже несколько дней. Зачем нужно было трогать несчастную эльфийку?

В наступившей за столом тишине было слышно, как глубоко в подвале копошится мышка. Я даже уверен, что мышь была за три квартала от нас, настолько гробовая тишина наступила.

Гном продолжил:

– Хотя я догадываюсь, что за многие годы одиночества вы стали настоящим гурманом и пройти мимо такого раритета не смогли. Не так ли?

Мы с Хельгой недоуменно уставились на гнома.

Архивариус напрягся и даже немного увеличился в размерах, но совершенно спокойно ответил:

– Уважаемый Гор, мне очень интересны ваши умозаключения и вдвойне интересно каким путем вы пришли к ним, обещаю, что выслушав вас, я дам развернутый ответ на все интересующие вопросы.

Тогда гном, повторив для вступления историю о гоблинской теории супа, стал рассказывать:

– Первое, что вызвало у меня сомнения – это постоянный холод, мрачность и полусвет в архиве, но я готов был это списать на особенность данного здания и самой архивной работы. Ваши холодные руки, тоже могут быть связанны со спецификой работы архивариуса, ведь здание холодное. В конце концов может свойственно вашему организму. Но, не заметить и ходить пару дней с раздавленной и прилипшей ко лбу мухой?! Это может только человек который вообще днями не смотрит в зеркало! Или может, просто в нем не отражается? А архивные записи событий города произошедших более ста лет назад записаны тем же почерком что и вчерашние. И я уверен, что если копнуть глубже на лет двести почерк будет тот же. Можно еще продолжить, про бесценный коньяк возрастом полтораста лет или старше и ценой по золотому за каплю. Но последним доказательством для меня стало ваше нежелание не то, что бы заниматься трезубцем, а вообще к нему прикасаться. Может потому, что он серебряный? Вот сейчас, я более чем уверен, что сказанного мной предостаточно, не так ли уважаемый Дор Маркус?