Хранители Мироздания. Падшие.

Глава 5. Смерть и перерождение.

Эйн.

Мы оказались в ловушке, окруженные мертвецами. Но откуда они здесь? Триада призвала? Нет, это вряд ли. Чтобы Старейшины ада не задумали – они бы не стали призывать Драуг.

И пока я раздумывала над этим, вперёд вышла Ирэн. Дилион ринулся к ней, но Арестас остановил его.

- Не знаю, что она задумала, но позволь ей это сделать. Просто верь в неё. –  Арестас с особой нежностью посмотрел ей вслед. О таком взгляде многие девушки мечтают, но только не Ирэн. Она не то, чтобы игнорирует влюблённость Арестаса, а принимает её за простую заботу из-за его чувства вины. И я думаю, это так. Ведь именно он и Дилион, сопровождали Аврору на её последнее задание Высшего Совета.

Чуть погодя ангел задумчиво протянул.

- Вы когда-нибудь смотрели на одного человека, но видели в нём совершенно другого?!

- А ведь, что-то такое я испытала, когда увидела её в первый раз... – в тон ему тихо промолвила Викария. Она мельком взглянула на Ахиона и переглянулась с Арестасом.

Они ещё о чём-то начали переговариваться, но я уже не слышала. Маленький паучок снова заплёл свою паутинку страха и тревог. Это мешало сосредоточиться и понять, что за мысль не даёт мне покоя с той секунды, когда я вошла в зал собрания. Что-то мельком пронеслось в памяти и тут же забылось.  

«Вы когда-нибудь смотрели на одного человека, но видели в нём совершенно другого?!»

Смотришь на одно – видишь другое.

Или вовсе не видишь, но чувствуешь, что там, что-то есть. И я почти поймала ускользающую мысль за хвост, почти вспомнила, как чей-то крик отчаяния выдернул меня из чертогов разума.

И этот крик принадлежал Ирэн. Опустив голову, валькирия стояла на коленях перед Драугом, что-то держа в руках перед собой. Мертвецы стояли в завесе тумана и не шевелились.

Я осторожно подошла и присела рядом с ней, положив на плечо свою ладонь. К груди она прижимала эфес разрушенного меча. Одинокая слеза скатилась по её щеке по следу предыдущей, а взгляд … пустой, безжизненный взгляд устремлён прямо перед собой.

Вдруг, кулон Ирен засветился мягким светом и черный камень, вставленный в навершие, отозвался и засиял ещё ярче. Я убрала руку и слегка отодвинулась назад. Осколки превратились в клубящийся черный дым.
Я смотрела, как тьма окутывает её и не знала, нужно ли что-то сделать. И могу ли вообще? Затаив дыхание, наблюдала, позабыв о том, что происходит вокруг меня. Всё внимание приковано только к клубящемуся сгустку тьмы.
В мгновенье ока темнота вокруг Ирэн рассеялась: она сидела в том же положении, но в руках держала меч… он снов стал целым!

Одежда Ирэн изменилась: на ней был темно-синий костюм, обтягивающий, как вторая кожа, широкий серебряный пояс, с прикреплёнными к нему двумя острыми кольцами – шакрам, а на голове появилась серебряная тиара. В центре тиары – дархарат, восьмиконечная звезда.

- Мать моя демоница... – шёпотом произнесла я.

- Вот так фокус, - пробубнила Ирэн, приходя в себя. Она подняла меч, разглядывая так, будто видит впервые. – Ух, ты ж… Оу. Я, кажется, кое-что поняла.  

- Вы так и будете стоять, как истуканы или мы должны все делать? – двойным голосом произнесла Ипостась, её голос напомнил где мы. Она стояла к нам вполоборота, а перед ней лежал Драуг.

Я успела заметить, как другой Драуг замахнулся. Не думая, я переместилась и закрыла собой Ипостась: копьё мертвеца пробило мой щит и пронзило меня в грудь.

- Что за хрень? – но вместо слов вырвался стон.

Ипостась подхватила меня, коснулась пальцем лба и быстрым движением вытянула копьё. Белоснежная рубашка в мгновенье стала алой. И это последнее, что я увидела…

- Дальше мы сами. – Тихо и как-то отстранённо, словно из далека, прозвучал голос огнедемона.

В голове завертелся хаос мыслей. Воспоминания прошлого и настоящего сплелись, голоса смешались. Хотелось кричать, но не от боли. И почему так жарко, что со мной происходит?

- Тише девочка моя, тише, - шептал огнедемон. – К сожалению, времени слишком мало, ты нужна своим друзьям. Мы всё объясним позже. А сейчас сосредоточься на моём голосе: освободи непокорный огонь, заточённый в твоём сердце. Ты – страж огня…

Что? Меня ли они назвали стражем огня? Нет… это явно предсмертный бред. Я не достаточно сильна для этого. Я всегда пряталась за спиной брата. И мне не хватит сил...

Я не смогу… так страшно…

- Эйн! Взгляни страху в лицо! И прими огонь, что в сердце горит. Сними с себя оковы и воспылай ярче солнца. Пора пробудиться – Феникс.

Что это? В моих ладонях загорелся маленький огонёк. И он становился всё больше и больше, пока не превратился в огненный кокон, окутавший меня.

Так странно, я больше не чувствую ни боли ни страха, только тепло и безмятежное спокойствие бушующего пламени. Я прижала руки в груди, чувствуя, как огненный поток растекается по моим венам, сжигая паутину страха, опутавшую мою душу и, так мешающую моему пробуждению.

Оковы спали, и пламя ринулось во все стороны, сметая все на своём пути. И это пламя – я. Меня больше ничего не сдерживало. И я стала огненной бурей, что развернулась на улицах брошенного города. Я – то, что заполняет собой каждую улочку, уничтожая то, чего здесь быть не должно.
 

- Если нельзя убить то, что уже мертво – не значит того, что нельзя сжечь! – голос мой звучал иначе: как треск поленьев в кострище.

Я чувствовала, что от Драуга не осталось и следа. И видела, как небо затянуло густым дымом, все дороги покрылись пеплом, а внутри деревьев ещё тлел жар. Я испугалась, но не того, что сделала с городом или чем стала, а того, что невольно могла сделать с друзьями.
В центре моего огненного урагана находилась абсолютно чёрная непроницаемая сфера. Я легонько провела ладонью по черному куполу, оставляя огненный след.