Хранители Сиреневого Водопада

Глава 8 ч.4

Я покосился на стоящих близнецов – вид у тех был, прямо скажем, глуповатый. Татьяна стояла так, чтобы держать потерявших штаны визави в поле зрения. Однако, на обнимающихся наставника и незнакомого мужчину успевала поглядывать с интересом. Я уже сообразил, что вот этот мужик, которого скоро наш Наставник превратит в колбасный фарш от избытка чувств, и есть наш куратор от Наблюдателей, а двоих близнецов нам подсунули просто так – для проверки. Ну-ну, проверяльщики, блин…

Спустя пятнадцать минут мы всей компанией, включая и близнецов, сидели в одном из многочисленных кафе и пили кто кофе с выпечкой, а кое-кто и чай с той же самой выпечкой.

- В общем так, молодые люди,- вещал Иван Леонидович, оказавшийся давним и хорошим знакомым наставника.- Принято решение дать вам поработать в свободном поиске, но под плотным контролем. Сами понимаете – пара с единственным на нынешний момент Изменяющим Реальность это слишком большая ценность, чтобы оставлять её, то есть вас, без присмотра.- Иван Леонидович замолчал, глотнул кофе и выжидающе посмотрел на нашего наставника и меня.

Такое его поведение понятно: ждёт, что я по молодости начну возмущаться, а наставник меня поддержит. А вот индейская народная изба тебе в шлюзы (фиг вам, кто не понял). Я, стараясь удерживать нейтральное выражение на лице, плавно кивнул в знак согласия и занялся очередным пирожным, ну очень они вкусные в этой кафешке – кондитеру респект. Моя рука схватила корзиночку с фруктами на мгновение раньше чем конечность одного из близнецов. С того самого момента как Иван Леонидович, не стесняясь в выражениях, разъяснил «двум остолопам», куда он их отправит учиться заново, раз уж они умудрились проморгать мою непосредственную  атаку, братья надулись на меня словно мышь на крупу. Вот и теперь, как только его ладонь, вместо заветной корзиночки из песочного теста, схватила пустоту – парень сдавлено что-то прошипел сквозь зубы, но поймав строгий взгляд старшего Наблюдателя, моментально сник. Ой, чувствую, что беды с этими двумя обидчивыми не будет, но горя хапнем! Ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения.

Тем временем двое старших товарищей: Наблюдатель и Хранитель обо всём, похоже, договорились и просто напросто выпнули меня с Таней, как они выразились «на практику». Практика заключалась в том, что мы должны шляться по Питеру и вмешиваться «при необходимости». В сопровождение нам выделили всё тех же близнецов. Ну а чтобы братья не вздумали учудить что-либо дурное, оба куратора продемонстрировали им здоровые волосатые начальственные кулаки. Не знаю кто как, а лично я от такого зрелища впечатлился.

Наша прогулка началась с Невского проспекта. Я с защитницей под руку шёл впереди, братья отстали шагов на пять. Татьяна постоянно крутила головой, рассматривая всё что попадалось на глаза. Уже зажглись уличные фонари и рекламные вывески, поэтому главная улица Северной Пальмиры сверкала всеми цветами радуги, а от обилия огней было видно лучше чем днём.

Смотря как озирается по сторонам моя спутница, близнецы вполголоса комментировали её поведение и смеялись. Надо отдать парням должное – шутки были не обидные, тем более когда я повернулся и посмотрел на близнецов,- они сразу же переключили своё внимание на прохожих.

Неспешным шагом мы прошли примерно половину Невского и почему-то меня просто как магнитом потянуло повернуть на Набережную реки Фонтанки, что сразу за Аничковым мостом.

- Мы куда?- только и спросила Таня, но, бросив всего один взгляд на моё лицо, тут же замолчала и собралась.

Сзади нас нагнали наши сопровождающие, которые увидев перемену в настроении девушки и моё серьёзное лицо, даже спрашивать ничего не стали, а начали настраиваться на работу. Хм, может и зря я так предвзято к ребятам отнёсся. Реакции по крайней мере у них правильные.

Прошли по Набережной мы всего метров двести, после чего я резко завернул в Графский переулок и пройдя несколько метров осознал, что вот это самое место, где нам и надлежит быть. Только вот зачем и почему – тайна сия великая есть. Но надо отдать должное ребятам, никто и слова не сказал. Раз ведущий остановился, значит так и надо.

Я внимательно осмотрелся: узенькая улочка, мне такие очень нравятся, есть в них что-то уютное. Усилием воли подавив в себе романтические мысли, осмотрелся. Вдоль тротуара припаркованы автомашины. Возле въезда во внутренний двор одного из домов, закрытый кованой решёткой, у белой «Рено» стоит компания из четырёх человек, двое парней и две девушки. Компания о чём-то спорит. Вернее спорят трое, а один из молодых людей поднял капот автомобиля и что-то там делает.

Едва увидев эту картину я вздрагиваю. Как в замедленной съёмке вижу, что парень, стоящий спереди автомобиля, просит товарища попробовать запустить двигатель. Его приятель, не прекращая спора с двумя девчонками, садится на место водителя и нажимает кнопку старта. Пространство, в моих глазах, будто подёргивается пеплом с оранжевыми искрами. Сразу же после этого в автомашине взрывается газовое оборудование – такое впечатление, что горит сам воздух. Салон «Рено» охватило пламя, девчонки закричали, отпрыгнув в сторону и закрывая головы и лица руками. Парень в салоне машины умирал молча – не получится кричать с обожжёнными лёгкими. Второй, который был возле двигателя в момент взрыва, изломанной куклой лежал на асфальте…