Хранители сказки: Дом Культуры

Глава 4.1

Вскоре они уже ехали в машине Лены и Лёши (которую те часто не могли поделить, и Марина ругалась на них, сетуя на то, что те решили купить не два авто, а одно, но, якобы, лучшего качества), направляясь к дому Виктора. Пожилой человек, встретивший их у двери, опирался на трость, похожую на ту, что сейчас использовал Лёша, но более массивную и из тёмного дерева, а тёмные очки скрывали его глаза. Виктор на первый взгляд производил впечатление беспомощного слепца, но с мрачной и мощной харизмой. К тому же Лада знала, что в случае опасности, он не испугается и пустит в ход трость. Лена оставила Милану и Ладу, доведя их до квартиры Виктора, точно детей, и пообещала вернуться через пару часов, когда занятие музыкой закончится.

Милана села за инструмент, дабы «разыграться», и начала с гамм. Звуки классического, но бессмертного в своей значимости фортепиано заполнили зал двушки Виктора. Лада наблюдала за ней, но мысли ее были заняты Виктором, бывшим ей некогда личным психологом.

– Сядь ровно, – отвернувшись в совершенно противоположную от Миланы сторону, приказал Виктор.

– Я и так нормально сижу, – упрямо буркнула Милана.

– Я прекрасно вижу, как ты сидишь, – непоколебимо продолжал настаивать на своём Виктор и даже грозно указал тростью в сторону девочки. – Вся в своего отца. Он в своё время мне столько крови попил…

Да, Виктор был не самым обычным психологом. Иногда Ладе казалось, что он вообще психологом не был, скорее просто человеком с огромным опытом, который всегда мог подсказать, что и как делать в любой ситуации и как объяснить свои эмоции и чувства. А ещё он умел слушать, а этого Ладе всегда не хватало. Зачастую сверстники не понимали её, а уж про свои удивительные в плохом смысле кошмары она и подавно не могла им рассказать, боясь быть признанной сумасшедшей. И теперь, когда правда открылась, она понимала, что со стороны бабушки было лучшим решением поручить быть её «психологом» именно тому, кто знал всю подноготную её жизни. Наверняка он знал даже то, чего самой Ладе было ещё неизвестно о её семье, но это её нисколько не волновало. Она доверяла Виктору что тогда, когда не знала о его сущности, что сейчас.

– Дядь Вить… можно вас спросить? Лена сказала, вы… волшебник? – робко спросила Лада, стараясь не отвлекать Милану от игры.

Виктор вздохнул и медленно снял очки. Лада ахнула. Вместо ожидаемого бельма или мутности зрачков, её взору открылись обвисшие, неестественно тёмно-зелёные веки, полностью закрывающие глазницы и даже больше. Они скрывали даже место, где должны были быть «мешки под глазами». Создавалось впечатление, что его веки кто-то растянул, и Лада вздрогнула всем телом, представив, какого это. Тем не менее, пока Виктор не вернул очки на место, она не могла отвести взгляда от его век, хоть те и выглядели ужасно болезненно.

– Моя… слепота, как вы могли заметить, имеет несколько иную природу, – прохрипел Виктор, скрывая глаза за очками. – Она не была со мной от рождения, это не следствие травмы или болезни. Обычной, я имею в виду. Да, я обладаю силой. Но, боюсь, обычным магом меня сложно назвать. То также и сложно сказать, что я этим горжусь.

– Но кто вы тогда? – Лада не могла подавить любопытство, хоть и чувствовала, как нарастает тревога.

Виктор помолчал, затем, с явным неудовольствием, произнес:

– Мою… сказочную ипостась зовут Вий.

Милана, услышав это имя, резко обернулась, её пальцы замерли над клавишами. Вместе с Ладой она молча смотрела на Виктора, поражённая услышанным. Не зная, смеяться ей или бежать, сверкая пятками, Лада издала что-то вроде фырканья и невольно начала вспоминать все странности, которые когда-либо выказывал Виктор в её присутствии. Главной особенностью его, конечно, было умение «видеть» вещи, которые любой другой слепой не смог бы почувствовать.

– Не стоит так пугаться, – отмахнулся Виктор. – Я не имею ничего общего с тем чудовищем, которое изобразил многоуважаемый Николай Васильевич Гоголь. Это всего лишь искаженный, недоброжелательный образ.

Лада невесело усмехнулась.

– Тогда, может, и Кощей Бессмертный на самом деле добряк и герой?

Виктор резко помрачнел. Он отрицательно покачал головой, и что-то зловещее промелькнуло в линзах его очков, но Лада списала это на игру света.

– Не стоит упоминать это имя в моем присутствии. Никогда.

– Он как-то причастен к вашему недугу, – не спрашивала, а утверждала Милана.

– Это меньшее из зол, что он мне причинил, – признал Виктор и притопнул тростью. – Но хватит разговоров. Продолжай играть, Милана. И локти к себе не прижимай, будь добра.

На этом разговор о Вие и его прошлом закончился, но о самой Ладе и её снах только начинался...