Хранители сказки: Дом Культуры

Глава 7.2

«С каждым днём вы всё больше действуете мне на нервы!»

– Именно эти слова услышал Ростислав, перед тем как постучаться и войти в кабинет своего хозяина.

– День или даже вечер добрый, Константин Викторович, – беспечно бросил Ростислав и встал рядом с двумя широкоплечими и высоченными по сравнению с ним амбалами вдоль стены.

– Олух, я же просил называть меня «господин Вечный!» – утробно зарычал на него Вечный. О, это был не просто бизнесмен! Комната была залита потусторонним красным сиянием, делающим тени глубже, а господина Вечного в его угольно-чёрном костюме незаметнее, но оттого его присутствие ощущалось ещё весомее. Мрачный взгляд с залёгшими тенями под глазами смотрел на подчинённых исподлобья. Казалось, даже воздух вокруг него сгустился, став тяжелым и давящим. Кожа Вечного была мертвенно-бледной, словно он никогда не видел солнца. Высокий лоб, изрезанный тонкими морщинами, свидетельствовал о постоянной напряженной работе мысли, хотя, но судя по атмосфере комнаты, его мысли были далеки от биржевых сводок и финансовых отчетов. Тонкие губы, обычно сложенные в презрительную усмешку, сейчас были плотно сжаты, выдавая скрытую ярость. На пальце его левой руки поблескивало массивное золотое кольцо с черным камнем, испускающим едва заметные искры. Кольцо казалось не просто украшением, а неким артефактом, хранящим в себе тёмную, непостижимую силу, и Ростислав не сомневался, что именно так оно и есть.

– Так точно, господин Вечный! – хором отозвались амбалы в мотоциклетной экипировке. Ростислав раздражённо фыркнул: именно из-за несдержанности одного из них у него не получилось добровольно-принудительно доставить Ладу к господину Вечному, а теперь же ситуацию осложняло то, что Лада знала о магии и почти круглосуточно находилась в окружении волшебной родни. По крайней мере, так он оправдывал свои действия (и бездействие), но Константину Вечному вряд ли понравится такое простое и наивное объяснение, и стоило придумать нечто пооригинальнее.

– Свободны! – рявкнул в сторону амбалов Вечный, и тех, как ветром сдуло. Ростислав хотел было юркнуть за ними, прекрасно ощутив всю «красоту» нынешнего настроения хозяина, но его магией притянуло к стулу, и кожаные ремни пристегнули его к нему намертво. Но далее случилось самое страшное: Константин Вечный заговорил, причём тем самым спокойным голосом, который обычно сравнивают с затишьем перед бурей или натянутой до предела струной: – Я дал тебе второй шанс, чтобы выполнить крайне простое задание – привести ко мне слабую бестолковую девчонку… Я даже отключил её сознание, чтобы тебе не пришлось марать свои ручонки и связывать её. Спрашиваю первый и последний раз, – он глубоко вздохнул и после взревел, как ураган: – Где девчонка?!

– К… Господин Вечный, я малость оказался туповат и недостаточно образован и, почему-то, решил, что она перестала дышать, – сделав самое тупое выражение лица, на которое был способен, затараторил Ростислав и криво улыбнулся, надеясь сойти за дурачка. Хозяин молчал, буравя его тяжёлым взглядом, и это подстегнуло его продолжить: – И в связи с тем, что девчонка нужна вам живой, я… – голос его осип и стал высоким и тонким, когда Вечный встал со своего кресла-трона и приблизил своё лицо к нему, гневно раздувая ноздри. – И я отнёс её в больницу.

– Вот как, – неожиданно спокойно выдохнул Вечный и вернулся на кресло, сложив пальцы домиком.

Минута. Две. Пять. Они бы просидели в молчании ещё долго, пока Вечный находился в раздумьях, и Ростислав, подумав, что смог избежать наказания, решился подать голос.

– Господин Вечный?

– Да? – с усталостью и раздражением спросил бизнесмен.

– Так я могу идти или?..

– Да, – и ремни расстегнулись, отпуская многострадальные запястья Ростислава на волю…

***

В больничной палате пахло лекарствами и какой-то невыносимой казенщиной. Лада лежала на койке, задумчиво глядя в потолок, а над ней, словно две встревоженные птицы, склонились бабушка и тетя Жива.

– Горячая голова! Беспечная! – отчитывала бабушка, грозно сверкая глазами. – Одна помчалась к Главе! Ты хоть подумала, что тебя там могли поджидать? Что всё это могло быть подстроено?!

Лада равнодушно кивнула, продолжая считать трещины на штукатурке.

– А за незнакомцем в лес зачем понеслась? Разве мало мы тебе в детстве рассказывали сказок о том, к чему это может привести?!

– Да ничего бы этого не случилось, если бы мне нормально объяснили, что происходит! – не выдержала и огрызнулась она. – Почему мы свой дом не защищаем, а собираемся бежать? Почему мы бросаем Дом Культуры и тех, кто в нём работает?!

Её голос дрожал от возмущения и обиды.

– Или ты знаешь, кто за всем этим стоит, и поэтому выбрала бежать, а не сражаться? – выпалила она, глядя прямо в глаза бабушке. – Что это за волшебник? И неужели он так силён, что способен одолеть нас всех вместе взятых?

Бабушка замерла, словно поражённая громом. В её глазах мелькнул страх и какое-то мучительное осознание. Осознание того, что слова Лады были чистейшей правдой. Этого было достаточно для Лады, чтобы понять, что Ростислав сказал правду, и родня действительно очень много скрывала от неё.

– Значит, догадались, – пробормотала Лада, чувствуя, как гнев и тревога переплетаются в ней. Они давно уже поняли, кто настиг их и пытается разрушить их жизни, отобрать самое дорогое – Дом Культуры, сердце их города, в которое её мама когда-то вложила собственную душу.