Хранители сказки: Дом Культуры

Глава 11.2

Тьма кошмара снова давила со всех сторон, на этот раз грозно нависая острыми корягами веток деревьев, которые сложно было увидеть без света луны, но зато вполне можно было ощутить и остаться без глаз. Если это не было тем самым Дремучим лесом из сказок, то Лада боялась представить, что же скрывается за настоящим. Тем не менее Лада не противилась правилам очередного вещего сна и брела сквозь черноту своего сознания, спотыкаясь о коряги и проваливаясь в сухой мох.

– Дайте хоть немного света…

Она усердно кряхтела и шла вперёд, и её упорство было вознаграждено.

Впереди, как маяк надежды в этом чернильном мареве, мерцал красный огонёк. Страх гнал Ладу вперёд, к этому единственному источнику света, который одновременно пугал и манил.

Подойдя ближе, Лада увидела девушку в длинном сарафане и рубахе, тускло освещённым багровым светом лампы в её руках. Лада пригляделась и судорожно вздохнула, когда поняла, что лампа имела форму черепа. Девушка настороженно смотрела на Ладу, выставив вперёд свою пугающую ношу. В её лице отражалось удивление, такое же, какое сейчас терзало саму Ладу.

– Кто ты?

Надеяться на ответ не стоило. Никто и никогда не отвечал ей в этих снах, но ей вдруг очень захотелось разрядить мёртвую тишину, которой не должно было быть в нормальном лесу. Даже ночью природа жила, но явно не здесь.

Лада пристально посмотрела на светлые волосы и покрытое алой пеленой от света лампы лицо девушки, и оно показалось ей знакомым. Скоро или нет – время там было вещью весьма относительной – но её осенило. Это было её собственное лицо. Как она могла не узнать себя раньше? Эта девушка была её мутным отражением.

С неуверенностью Лада протянула руку, ожидая наткнуться на холодную гладь зеркала. Но пальцы коснулись чего-то еле теплого, но всё ещё живого. Она коснулась руки девушки – руки самой себя.

Оцепенение сменилось паникой. Лада отдёрнула руку, отступая назад. Когда она снова осмелилась поднять взгляд, перед ней стояла вновь она сама, но уже в той самой одежде, в которой её поглотил кошмар. Однако… кое-что ещё изменилось. Волосы были взлохмачены, что неудивительно, ведь Ростислав нёсся в отель на всех парах с ней на руках, что-то не так было с глазами! Они горели зловещим красным огнём, и огромные провалы залегли под ними, словно глаза были обведены чернилами. И всё это очень сильно напоминало облик черепа Костяного царя из её прошлых кошмаров.

Инстинктивно Лада вновь потянулась к своему отражению, но на этот раз ради оказания поддержки заблудшей душе, но красноглазая тварь перехватила её руку, царапнув острыми, словно когти, ногтями. Боль пронзила её не сразу, и Лада ещё долго завороженно наблюдала, как из раны сочится кровь. Густая, темная кровь, которая с громким хлюпаньем падала и впитывалась в чёрную землю, бесследно исчезая в бездонной пропасти её персонального кошмара.

***

– Ну, вот и всё!

– Что «ну, вот и всё»?! Что?! – рявкнул Лель и швырнул трость на пол, после чего яростно отодвинул стул, со скрежетом полоснув ножками по плитке, и так же яростно на него сел, заскрежетав зубами.

– Надо варить зелье и искать кого-нибудь, кому Лада могла бы нравиться, – срывающимся голосом пояснила свои причитания Жива.

– Для чего?! – грозно зыркнув на неё, воскликнул Лель.

– Ты же помнишь, что он сделал с Василисушкой…

– Помню! Но ещё ничего не произошло! Не надо делать из Лады труп до того, как мы нашли бездыханное тело!

Леля поражённо охнула и хлопнула его по колену больной ноги. Лель болезненно сморщился, но ни звука не сорвалось с его губ.

– Но подготовиться к снятию сонного проклятия или окаменения стоит. Жаль только, что Лада о имеющихся или не имеющихся у неё ухажёрах ничего не говорила… – взволнованно защебетала Леля, но была перебита братом.

– Потому что у неё никого и нет на примете.

– Значит своими силами управимся, – хрипло промолвила Морана, серая как туча и белая как снег. Сёстры всё порывались уложить её на диван, но она не двинулась с места с тех пор, как Вий позвонил и сообщил об их утреннем разговоре с Ладой. Она словно всё это время ждала оглашения приговора и последующего расстрела. Даже когда над ними нависла угроза в виде изгнания из страны большевиками (с которыми они впоследствии нашли общий язык и взаимопонимание) или вообще казни, она так не боялась ни за себя, ни за семью, как сейчас за Ладу. Её такая ещё юная и несмышлёная девочка, обиженная на весь мир и, в особенности, на тех, кто должен был служить ей опорой, попала в лапы жестокого и коварного врага! Тогда, сто лет назад, они хотя бы были всей тогдашней семьёй вместе, а теперь… Разговор Вия с Ладой был настолько коротким, что он не успел распознать, где хотя бы примерно она находится, но разумно было предположить, что Лада вряд ли покинула территорию столицы и области. Кощей же наверняка повёл её в своё логово – офис в Москве, но Морана спешила срываться с места и брат крепость штурмом. Нет, она ждала его следующего хода, ведь знала, что стоит ей приблизиться, и костлявая рука смерти в его лице свернёт её внучке шею, и бровью не поведя.