Воин лежал прямо на дороге. Он определенно был мертв. Красно-бурое пятно крови растеклось под ним, впитываясь в землю. Удар клинка пришелся прямо в сердце. Эсторган обошел вокруг мертвеца, внимательно всматриваясь в его лицо. Что-то знакомое было в нем, но колдун пока не мог вспомнить, где он мог встречать этого воина. Что-то мешало Эсторгану признать его.
Наконец колдун склонился над телом и острым кинжалом срезал черные клочья бороды с подбородка воина. Несколько ошеломленный, Эсторган сделал шаг назад. Да, теперь он узнал убитого, невзирая на то обстоятельство, что в день, когда он впервые встретился с ним, этот воин был еще юн. Теперь же он с виду казался могучим мужем, закаленным в странствиях и боях. Только эта закалка не спасла его от смерти…
Некогда Эсторгану было поручено расправиться с ним — казнить вместе с двумя другими молодыми воителями, которые угрожали власти мастера Варфегула, прозванного Королем Мрака. Всех троих было велено утопить в озере Аймкалас. Хотя нет, только двоих! Третьего Варфегул хотел заполучить живым. Тогда Эсторгану не удалось выполнить поручение: волей случая в дело вмешались гурны Феодена, и все сорвалось, пленники бежали.
Что же не поделил он с тем разбойником, которого охраняют Хранители? Наверняка он мог бы поведать кое-что о нем. Но, к сожалению, он уже ничего не расскажет — он мертв… Хотя… Разве это когда-то было проблемой для темного колдуна?
Эсторган огляделся. Неподалеку на дороге лежала раненая белая лошадь. Дорога же была пуста как на юге, так и на севере. Колдун пробежал взглядам по мрачным заброшенным зданиям, выбирая среди них лучшее. Наконец он остановил взор на старой, почти неприметной хижине, что ютилась на перекрестке двух улиц в тени черных деревьев выжженного сада. То, что нужно!
Колдун взял окровавленного мертвеца за грудки и поднял с земли с такой легкостью, словно тот ничего не весил. Забросив его на плечо, он направился в сторону выбранной хижины.
Спустя некоторое время в очаге, выложенном посреди помещения, которое когда-то давно наверняка было уютным, а сейчас больше походило на мрачный склеп, заросший паутиной и покрытый слоями вековой пыли и копотью, разгорелось пламя. Эсторган уселся на пол среди осколков посуды и прочего мусора и закрыл глаза. Убитый лежал рядом на расстоянии вытянутой реки. Колдун долго сидел с закрытыми глазами. Он держал руки перед собой, над огнем, потирая сухие ладони.
Наконец он открыл глаза, положил руку на окровавленную грудь воина и произнес скрежещущие слова на Языке Мрака. В помещении на мгновение сгустился мрак, и мертвое тело вздрогнуло. Эсторган продолжал читать свое ужасное заклинание. Труп вздрогнул вновь. Колдун не замолкал.
Режущие слух любому нормальному человеку звуки продолжали извергаться из уст Эсторгана. Воин вздрогнул в третий раз. В тот же миг глаза его широко открылись, и из груди вырвался крик, исполненный боли и ужаса.
Колдун самодовольно усмехнулся и убрал руку с груди ожившего мертвеца. Гингатар смотрел в потолок. Ему явно было тяжело дышать, будто легкие отказывались подчиняться его воле. Через мгновение он перевел взгляд на сидящего рядом Эсторгана, и глаза его тут же вспыхнули ненавистью и одновременно страхом. Воин попытался вскочить, но это лишь вызвало у него приступ боли, от которого он вскрикнул.
Эсторган встал, и подошел к кадке со стоялой, вонючей водой, чтобы смыть кровь с рук.
— Колдун! — прохрипел Гингатар. — Откуда ты взялся? Почему я здесь?
Колдун вытер руки о полы грязного плаща и произнес:
— Ликтаро, сын Оросса, Меченосец, Последний Из Халов, Гингатар, Третий… Как только теперь тебя не называют! — Эсторган улыбнулся. — В своих странствиях ты снискал себе столь невероятную славу, какой не мог похвастаться даже легендарный эрварейн — король Эрдонир.
— Почему я здесь? — повторил вопрос Гингатар. — Я был… я был в другом месте. Светлом и безмятежном. Почему я здесь?
— Светлом и безмятежном? — усмехнулся Эсторган. — Речь о Поднебесье, не так ли?
Гингатар на миг замолчал, обдумывая его слова, и ответил:
— Да, я был там. Я умер… Но почему я снова здесь?
— Потому что я вернул тебя. С возвращением, Меченосец! И не надо благодарностей…
— Зачем?! — спросил Гингатар повышенным тоном, прикладывая все имеющиеся силы, чтобы подняться.
Наконец он сел и долго ощупывал свою пробитую кольчугу, липкую от крови.
— Я был мертв… — дрожащим голосом проговорил Гингатар. — А теперь жив…
Отредактировано: 29.07.2019