Хранители. Ушедший бог

Глава 18. Испытание для достойного

– И мы сюда поднимались ради этого?

Астрид непередаваемо играла голосом, каждому слову придавая особый оттенок. Не понять ее сомнения было трудно: когда девушки преодолели бессчетное количество ступеней, и поднялись на самую вершину, храм перед ними оказался пустым. Это было высокое квадратное здание на последнем ярусе с наклонной передней стеной. Внутрь вел всего один арочный проход, но даже в окружающей их темноте было видно, что внутри ничего нет.

– Проклятье! – злобно прошипела Церера.

Казалось, у нее сейчас снесет голову от гнева. Она стремительно схватила свою подвеску, и вдруг шумно выдохнула.

– Да, мы поднимались ради этого! – уже другим тоном произнесла она.

Темная подошла ко входу, присела на корточки, прикоснулась к стене, настороженно прислушалась к звукам внутри. Казалось, этот храм давным-давно заброшен, но на то и был расчет: зиккурат вытягивает энергию из нежданных посетителей, а потом сбивает с толку уставших путешественников обманчивой пустотой.

– Астрид, неужели ты не чувствуешь исходящую оттуда силу?

– Нет, я чувствую, что мое тело сейчас развалится.

– Какая хитрая задумка! Но он там, артефакт в этом храме. Мы не видим, потому что мы по эту сторону.

– То есть эта дверь... своего рода портал?

– Скорее барьер. Он скрывает могущество, сокрытое внутри, и служит гарантией сохранности артефакта.

Хранительница тяжело вздохнула.

– Он не выпустит нас, верно?

– Все может быть, – Церера пожала плечами. – Артефакт хранится с незапамятных времен, за это время наверняка были авантюристы, вроде нас, но источник силы по-прежнему здесь. Понимаешь?

– Так зачем его выносить отсюда, если можно задать вопрос прямо в храме? – резонно возразила Астрид.

Церера прикусила язык, вспомнив, что наврала своей спутнице о природе артефакта.

– Жадность и жажда власти не имеют границ, – выкрутилась она. – А с таким источником силы, полагаю, тяжело расстаться. Выбора у нас нет: либо вперед, либо назад.

Девушки синхронно повернулись к лестнице, вновь осмотрели пройденный путь, и дружно содрогнулись.

– Только вперед! – за обеих высказалась Астрид.

Не позволяя страху одержать верх, девушки переступили порог, вновь почувствовав могущественную энергию, вытягивающую из них силу. Хранительница только и успела в очередной раз подумать, что зря последовала за Церерой. Но продолжалось это недолго: несколько мгновений нечто постороннее изучало их, а потом храм на вершине зиккурата предстал перед ними в первозданном виде.

***

Это было помещение невиданных размеров, с одним входом и круглым окном на крыше. Стены были облицованы пихтой, медью, эмалированными кирпичами. На них было много изображений: как священных текстов на древнем языке человечества, так и искусных рисунков. Первым девушки увидели сам зиккурат, первый ярус которого был выкрашен черной краской, второй был белым-белым, как снег на недоступных горных вершинах. Третий ярус был пурпурным, четвертый – синим, пятый – красным. Шестой украсили серебром, а последний седьмой ярус – золотом. Такое многообразие цветов было потрясающим, и хранительницам стало жаль, что в настоящее время былое великолепие облупилось, оставив лишь мощный кирпичный костяк.

Дальше следовало стилизованное изображение бледнокожего мужчины исполинского роста, вокруг которого на серебряных крыльях летали изящные воины. Внизу в почтительном поклоне сгорбились маленькие фигурки – люди.

– Это он, – едва слышно прошептала Астрид, – Отец!

– Син, Хонсу, Лунар. Отец, – тяжело вздохнула Церера.

Серебряные крылья потеплели. Темная снова сжала подвеску рукой, ощущая исходящую от нее энергию. Эти крылья обладали своей памятью, и их чувства невероятным образом передавались Церере. Тот монстр в развалинах предупреждал, что шутить с этим предметом опасно, но украшение само выбрало новую владелицу, оно выбрало ее.

Темная подняла взгляд выше, охватывая все новые и новые рисунки.

Вот таинственная надпись «‏מְנֵא מְנֵא תְּקֵל וּפַרְסִין‏‎»[22], появившаяся на стенах Вавилона перед его завоеванием персидским царем Киром. Тал рассказывал, что Набонид – отец последнего правителя Вавилона Валтасара – передал власть сыну, чтобы посвятить свою жизнь служению богу луны Сину[23]. Луноликому. Но Лунар не защитил землю, бывшую когда-то колыбелью человеческой цивилизации, вверенной ему Творцом. Не пришел он на помощь и после.

Сбоку изображалось сражение, и, разобрав лишь одно слово (название города) из описания на вавилонском языке, она сделала вывод, что это битва при Каркемише[24]. Интересно, принимал ли в ней участие Рамсес? После проигрыша египтян былое могущество их некогда несокрушимого государства в восточном Средиземноморье было утрачено, а Рамсес всегда с большим жаром относился к своей родине, ее победы и поражения глубоко волновали его.

Взгляд скользнул выше, и выцепил из массы изображений рыцарей, над которыми был высечен черный крест. Надпись под ними гласила: «Helfen – Wehren – Heilen».

– Помогать – Защищать – Исцелять, – перевела Церера, и уже громче заметила, – это же Ordo Teutonicus! Астрид, смотри, там Тевтонский орден[25]! Но какое отношение он имеет к зиккурату и Вавилону?! Как он сюда попал?