Хранительница Души

Глава 22

/Дракон/

— А что мне оставалось делать?! — магистр вскинул руки, глядя упрямо в глаза Дайроса. — Она хотела уйти.

— Это её право, — кулак Дайроса с грохотом опустился на стол, отчего старик подпрыгнул на стуле. — Хранители всегда сами избирали свой путь.

— Александра — наследница Белой Иглы! Причём прямая!

— И дочь династии Ринделла, — включился в разговор Аркарион, встав по правую руку. — Аластриэль вам этого не простит.

— Как и Драко, — с угрозой проговорил Дайрос.

Он потребует у сестры выступить против магистра.

— Александра росла не в Силмане. Она не осознаёт в полной мере опасности, которой может подвергнуть мир своими необдуманными поступками.

— Лекс добралась до Храма. Практически сама. Это о многом говорит, — Аркарион прожигал магистра взбешённым взглядом, глаза сияли опасным жёлтым светом.

— Она могла уйти, но осталась. Доверилась вам, а вы обманули её, — пророкотал Дайрос.

— Немедленно освободите её, — потребовал Арк.

— Освобожу, как только прибудут все члены Совета, — прищурился магистр. — За вами установят наблюдение. Даже не рассчитывайте, что поможете ей сбежать.

— Совет вас не поддержит, — холодно произнёс Дайрос, с трудом сдерживая ярость.

Магистр в своём праве на территории Храма. Если Дайрос сорвётся, то дни до прибытия Совета они проведут в заточении, как и Лекс. Так они ей не помогут.

— Посмотрим, — ровно произнёс магистр.

***

Они были вынуждены уйти. Аркарион ругался, Дайрос бесился. Только они ничего не могли сделать. За ними действительно закрепили с десяток монахов, тенями следующими по пятам. В бежевых мантиях, с собранными в косы волосами, они все казались на одно лицо. Послушники Храма — воины, охраняющие Источник, глупо выступать против них. Особенно в свете того, что оружие забрали.

Пять дней они не знали, куда себя деть от беспокойства за Лекс и безделья. Магистр отказывался общаться с ними. Прибытие членов Совета могло растянуться на долгие недели, учитывая удалённость Митрила и Серебряной Луны. Никогда Дайрос не ощущал себя таким беспомощным. Подруга в беде, в этом же здании, но недоступна. Как она там, запертая и одинокая? Наверняка уверена, что её принудят к браку.

— Ему это с рук не сойдёт, — наверное, в сотый раз за эти дни пообещал Аркарион, бросив яростный взгляд в сторону башни, где держали Лекс.

На втором уровне дежурило двое монахов, и они сейчас внимательно следили за Дайросом и Аркарионом. Друзья отправились к основанию башни, всматриваясь в открытые настежь окна. Лекс за эти дни ни разу не показалась на балконе.

— Что это? — Дайрос первым заметил кружащих над кустами воронов.

При ближайшем рассмотрении стала понятна причина оживления. Вороны клевали тряпку, в которую оказалась завёрнута порядком подгнившая еда.

— Лекс выбросила из башни? — предположил Дайрос, подняв взгляд к балкону.

— Она отказывается есть, а магистр ничего не делает! — в момент взорвался Аркарион.

Они понеслись в Храм, намеренные добиться разговора с магистром, но и на этот раз их игнорировали. Аркарион не выдержал первым, рванул на ближайшего монаха сопровождения, сразу нанося удар кулаком в челюсть. Дайрос хмыкнул про себя, улыбнувшись как-то отчаянно и горько. Пожалуй, так они только сбросят злость и проверят, сколько монахов нужно, чтобы их скрутить.

Он толкнул ближайшего служителя Храма, скользнул ко второму. Кулак просвистел возле уха, после чего Дайрос нанёс свой удар, перехватил руку противника и перекинул того через бедро.

— Что здесь происходит?! — магистр вылетел из своих покоев, когда друзья общими усилиями убрали половину своей охраны. — Прекратите сейчас же!

Потасовка действительно остановилась при его появлении.

— Вы понимаете, что произойдёт, когда членам Совета станет известно о том, что вы морите голодом хранительницу? — с трудом удавалось заставлять себя говорить ровно, не вплетая в слова бурлящую в груди ярость.

— Что значит, морю голодом? Ей приносят еду пять раз в день.

— А вы уверены, что она всё съедает? — Аркарион обеспокоенно взглянул на Дайроса.

В голову пришла та же мысль, учитывая, насколько изумили магистра их слова.

— Я проверю, — заверил старик. — А вас проводят в покои.

Магистр отправился в башню к Лекс, а их охрана возросла ещё на пять человек.

Надежда на то, что выброшенная еда — единичный акт протеста, не оправдалась. Через час магистр вызвал их сам. После утреннего открытия и разговора с Лекс со старика будто сошла вся самоуверенность.

— Александра не ест, — сразу признал он. — Не понимаю. Это не протест, иначе бы она не скрывала.

— И что же ваш великий дар не позволяет предсказать даже голодовку пленницы? — язвительным голосом спросил Аркарион.

— Её будущее расплывчато, — на морщинистом лице магистра проступило раздражение. Он глубоко вздохнул, смиряя эмоции, и ровно произнёс: — Я пропущу вас к ней. Уговорите её начать есть.

— Просто выпустите её.

Впервые за последние дни их посетило воодушевление. Они, наконец, увидят Лекс, смогут поговорить с ней, успокоить.

— Исключено. Совет решит её дальнейшую судьбу, — магистр оставался непреклонен в своём решении.

***

Подъём в башню почти не запомнился из-за волнения. Лекс была зла, а сейчас её гнев только усилилась. Она могла отказаться разговаривать с ними, но Дайрос намеревался убедить её выслушать их. Его решимость не знала пределов. Только уверенность в том, что он готов ко всему, рассеялась, как только он увидел её...

Александра нашлась в спальне. Она лежала по центру широкой кровати с балдахином. Волосы разметались по золотистого цвета покрывалу. Потухший взгляд синих глаз смотрел в пустоту. Наготу скрывала лишь белоснежная шелковая сорочка, подчёркивающая изгибы женского тела. Лицо Лекс осунулось, под глазами пролегли тёмные круги. Кости ярче обозначились сквозь кожу, настолько она похудела.