Хранительница Души

Глава 48

/Хранительница/

— Так и будешь молчать?! — зло рыкнул Дайроса, заставляя меня задрожать всем телом.

Он двинулся было ко мне, но Аркарион выступил перед ним, положил ладонь на плечо друга, не пуская его.

— Лекс?! — вновь позвал Дайрос.

С тяжёлым вздохом я поднялась с кровати и, наконец, взглянула на друзей. Тени скрывали от меня взгляд Дайроса, но по напряжённой позе и так было понятно, что он в бешенстве. Глаза Аркариона светились жёлтым. Он смотрел с неверием и хмурился.

Как же объясниться? Самой бы понять, каким образом я сблизилась с врагом. Сблизилась настолько, что позволила себя поцеловать. О чём вообще думала? Об отце, о Мирианне, явно не о том, что передо мной наглый наёмник. И в итоге попала так, что не знаю, как вырулить ситуацию без ссоры. Думаю, если напомню Аркариону про наш относительно свободный статус, взорвётся и он.

— Я пыталась воспользоваться знакомством, — произнесла ровно.

— Мы слышали.

— Что вы вообще забыли ночью в моих покоях? — устало вздохнула, мысленно желая уменьшиться и испариться, пока мужчины хоть немного не успокоятся.

— Поднялась тревога, — начал объяснять Аркарион. — Мы переживали за тебя и отправились проверить, всё ли в порядке.

— Где ты была? — потребовал ответа Дайрос. — Почему ты так одета?

— В северной башне собрались члены Совета. Я подслушивала.

— Зачем? Члены Совета не будут скрывать от тебя решение.

— Потому что это моя жизнь, и меня не устраивает...

— От твоей жизни зависит судьба мира, а в тебе говорит эгоизм, — перебил меня Дайрос, взмахнув рукой.

— Будто члены Совета не преследуют собственную выгоду.

— Проклятье, Лекс, — Дайрос резко отвернулся, заметался по комнате. — У меня ощущение, что я тебя вообще не знаю. Пустила к себе ночью мужчину. Наёмника, который на тебя охотится. А когда он сказал, что убил Мирианну, беззащитную девушку, что ты сделала? Поцеловала его! Вместо того чтобы вогнать кинжал в его сердце!

— Я надеялась, что он выдаст заказчика.

— Мы все слышали, на каких условиях он готов был это сделать!

Крик Дайроса вынудил невольно отступить. Никогда не видела его таким злым. И наверное, я заслужила осуждение, но уж точно не крики.

— Дэй, остынь, — попросил Аркарион, останавливая метания друга. — Позволишь мне поговорить с невестой наедине?

Дайрос не ответил. Коротко выдохнув, он широкими шагами направился на выход и покинул комнату, даже не взглянув на меня. Аркарион запер за ним дверь, потом прошёл к окну и закрыл створки на щеколду. Его напускное спокойствие вызывало во мне всё большее напряжение. В том, что жених внутренне кипит, я не сомневалась. Завершив с окном, Аркарион приблизился ко мне. Замер, нависая с высоты своего роста.

— Расскажешь всё по порядку.

Прозвучало как-то неопределённо. Мне оставалось только гадать про себя: вопрос это, требование или просьба.

— Арк, я не думала, что он меня поцелует.

— По-моему, ты вообще не думала. Дайрос прав. Пустила к себе наёмника.

— Меня припирают к стенке, приходится рисковать.

— Не настолько же, Александра, — процедил он. — Если бы он дал согласие, ты бы отправилась с ним?

— Если бы он произнёс клятву.

— Запрещённую. Ты хоть знаешь, почему они запрещены?

— Потому что могут обернуться против заклинателя, — пожала плечами, не придав значения этому факту.

Укрепившаяся связь с Исаазом открывала мне некоторые знания, но не все. Он точно не хочет, чтобы мне стало известно заклинание, его устроят варианты и с моей смертью, и с моей беременностью. А вот как это объяснить Совету, не выдавая пробуждение Исааза, я не знала. Они могут решить, что это враньё. Либо вообще предположить порабощение моего сознания.

— Я борюсь за свою жизнь. Приходится рисковать и идти на крайние меры.

— Крайние меры, — Аркарион коротко выругался под нос, но я не расслышала слов. — Ты бы переспала с ним?

— Что?! Конечно, нет.

— Нет, — повторил он, словно не поверив. — Лекс, а ты не думала, что он мог не спросить твоего разрешения? — произнёс вкрадчиво.

Аркарион вдруг двинулся на меня, оттесняя назад. Толчок, и я упала на кровать. Он перехватил мои руки за запястья, отвёл их в стороны, вжимая в мягкую перину. Коленом легко вклинился между моих ног и навалился сверху, выбивая воздух из моих лёгких.

— Что бы ты делала в такой ситуации?

Я завозилась под Аркарионом, пусть и понимала, что из такого положения не вырваться, учитывая вес его тела.

— При нём могли быть и блокирующие магию браслеты, — он сильнее сжал мои запястья.

Его губы коснулись шеи. Короткий поцелуй сменился лёгким укусом. Я вскрикнула от неожиданности.

— Молчишь?

— Отпусти! — зло дёрнула руками.

В таком положении, почти обездвиженная, ощущала себя слабой и беспомощной. Естественно, при разговоре с Ишаре я не задумывалась о таких последствиях. При подобном раскладе мне бы оставалось только попытаться позвать на помощь. Только в списке приоритетов сохранность чести стояла намного ниже спасения жизни. Разговор с Ишари мог избавить меня от сильного врага, кроме того, открыл несколько тайн. А поцелуй… Буду считать это побочным эффектом. Хотя и в нём есть прок, провела небольшое исследование.

— Пожалуйста, Аркарион, отпусти. Я тебя поняла.

Начинала паниковать, ведь поцелуи не прекращались. Они обжигали кожу шеи, перемежаясь покусываниями. Я не знаток, но мне казалось, он возбуждён и распаляется всё сильнее.

Аркарион относительно прислушался, отпустил руки, но только чтобы крепко обнять. Сжать в объятиях, на краткие мгновения не давая набрать в лёгкие воздуха.

— Меня бесит, что другой мужчина к тебе прикасался, — прошептал он, припадая губами к моей щеке.

От его горячего дыхания по коже побежали мурашки.

Всё-таки поцелуи не совсем одинаковые. Этот меня пугал.

/Лучница/

Лалиэн сидела на скамье, наблюдая, как, играясь и смешно чирикая, возятся птицы в пруду. Даже особо не прислушиваясь, она улавливала их эмоции. Счастливые, не то что она. Тоска въелась в замёрзшее сердце острым шипом и не собиралась исчезать. Принцесса ощущала себя глупой, наивной, даже использованной. По её вине Орден узнал о маршруте Александры. Из-за неё погибли члены отряда. Лучше бы она осталась дома и дальше находилась в неведении. Дальше бы тайно любила своего серьёзного телохранителя, пока однажды её не увёз бы из Ринделла муж.