Хранительница Кощеевой Смерти

Глава 1

Марина

Марина бежала сквозь лес. Если, конечно, можно назвать бегом попытки продраться через туго сплетённые ветки кустов и не оступиться на скользких поваленных стволах. На самом деле получалось очень медленно. Чувствовала себя Марина, как столетняя бабка, а не девица чуть за девятнадцать. Одышка, еле двигающиеся ноги, боли в спине.

Погоня была уже буквально за спиной, преследователи перемещались по зарослям гораздо ловчее и быстрее.

Сверток в руках девушки жёг кожу сквозь грубую тряпицу. Марина не помнила, что там, кто ей дал эту штуку и почему её нельзя разворачивать. Просто знала это так же точно, как и то, что нужно спрятать, унести драгоценную ношу прочь от преследователей. Скорее! Ещё скорее! Лес словно бы начал редеть, и Марина из последних сил прибавила ходу, подобрав подол длинной юбки одной рукой, а под мышкой второй накрепко зажав горячий сверток.

Шаг, ещё один. Ну же! Вот и полянка, правда, тоже изрядно заросшая, но это хотя бы просто высокая трава, а не корявые ветки, цепляющиеся за одежду и волосы. Да, волосы у Марины тоже не прибраны, совсем не для ночных лесных прогулок. Хрипло втянув воздух и закашлявшись, девушка теперь побежала по-настоящему. В центре небольшой прогалины темнел какой-то… заборчик? Ящик? Домик? Да что же это такое?

В паре метров от цели (почему-то Марина понимала, что ей нужно добраться именно к этому еле видному в темноте сооружению) под больную ногу попался очередной подлый пенёк. Вскрикнув в голос, девушка упала на колени, в мокрую от росы траву, и выронила то, что так бережно сжимала всю дорогу. Тряпица соскользнула с округлого бока, и лес заполнило мягкое золотистое сияние. Золотое яичко, как в сказке про Курочку-Рябу, светилось посреди травы галогеновой лампочкой.

- Отдай! - крик позади, как ни странно, звучал совсем по-человечески. Не звериный рык и не потусторонний вопль монстра из ночного кошмара. – Отдай, я сказал!

- Вот уж нет.

В отличие от невидимого врага Марина не стала тратить силы на крик, с губ сорвался только еле слышный шёпот. По-прежнему уверенная, что делает всё правильно, она подхватила яйцо, зашипев от боли – яичко словно только что из кипятка достали – и метнулась к колодцу. Теперь, подобравшись вплотную, увидела, что это не домик и не заборчик, а старый колодезный сруб. Из почти чёрных, покрытых мхом и какой-то слизью бревён. Покосившаяся крыша должна прикрывать воду от падающих с деревьев листьев и прочего сора. Треснувшая бадья прикручена толстой цепью, прислонена тут же.

Марина заглянула в колодец и невольно брезгливо задержала дыхание. Разило из источника питьевой воды, словно из могильника.

- Стой! Отдай!

На одно лишь мгновение девушка оглянулась, чтобы оценить, насколько далеко от неё преследователь, не смогла удержаться. Судя по окрику, совсем рядом, и не следует терять время. И буквально нос к носу столкнулась с невысоким коренастым юношей, который тянул к ней руки, как клешни. Чтобы схватить, остановить, отобрать.

Голова пошла кругом, ветки деревьев придвинулись вплотную, заухал филин, а сзади, со стороны колодца, кто-то дернул её за плечо. Ахнув, Марина невольно сделала шаг назад, запнулась о невысокий сруб и полетела вниз, в смрадную бездну.

- А-а-а-а-а!!!!

Марина подскочила на кровати, замахала руками, пытаясь зацепиться за что-нибудь, и рухнула с постели на пол, запутавшись в простыне. Больно, обидно, глупо. Но так хорошо, что это был всего лишь сон. Хотя запашок неприятный как будто остался.

- Фенечка, ты снова?

Девушка встала на ноги и, подняв простыню, закономерно обнаружила на полу пахучую лужу. Вообще кота, который жил с ней сколько Марина себя помнила, звали Фенек – за ярко-рыжий окрас и непомерно большие уши. Сколько лет этой бестии, Марина не представляла, если посчитать, то не меньше восемнадцати. Несмотря на весьма преклонный возраст, котяра вёл себя бодро и нагло, ничем сроду не болел, зато пакостил регулярно.

Закатив глаза, Марина потащилась в ванну – отправить подмоченную простыню в стирку и взять всё для уборки очередного Фенькового подарочка. Одно хорошо, за привычными бытовыми хлопотами события ночного кошмара поблекли и, надраивая полы, девушка и думать забыла про вонючий колодец и испытанный страх. Не успела она навести порядок, как оглушительно затренькал телефон.

- Марусь! Ты спишь, что ли?! – высокий и традиционно наполненный претензией голос владелицы салона, где Марина работала маникюршей, ввинтился в ухо. Девушка раздраженно поморщилась. Ее раздражало в Людмиле всё: и голос, и вечные наезды, и это ужасное обращение «Маруся». – Срочно собирайся! У тебя клиент через час!

- Тётя Люда, вы путаете, - елейным голоском ответила Марина, прекрасно зная, что на «тётю Люду» начальница реагирует так же, как она сама на «Марусю». – У меня первая запись после обеда. И нет, я не сплю, если это обязательное уточнение.

- Коне-е-е-ечно, а сообщения мои читать не нужно, да? Я тебе ещё утром написала, что срочный запрос именно на твои услуги. Не представляю уж, кому именно ты, Маруся-криворучка, понадобилась, но будь добра, яви своё прекрасное лицо вовремя. Иначе ты здесь больше не работаешь! И кто тебя ещё возьмет вообще работать, неумеху…

Люда верещала ещё что-то, но Марина уже отложила телефон, зная, что ответа та не ждёт и может продолжать монолог в одиночестве. Если сбросить, то перезвонит и отчитает, а так… пусть наслаждается, слушать необязательно. Девушка могла бы легко рассказать всё, что начальница (по совместительству какая-то давняя мамина знакомая) может поведать об отсутствии у Марины таланта, ума, красоты и прочих положительных качеств. Плевать, а вот клиент через час – это хорошо (что он есть) и плохо (потому что только на метро добираться с полчаса). Мешкать некогда совсем, и Марина электровеником заметалась по квартире, собираясь.