Хранительница лавки снов

Глава 7.2

Похоже, продавщица все же ухитрилась нажать тревожную кнопку. Но что мне теперь делать?

В полнейшей прострации закрываю книжку. На обложке нарисован уже знакомый символ – птица со сломанным крылом. Машинально прикасаюсь к ней пальцем (на миг мне кажется, будто птица ожила и пытается расправить крылья) и... зажимаю себе рот рукой, чтобы сдержать рвущийся наружу крик.

Черт возьми, я исчезаю! Говорила мне Нира, что ведьмин знак добра не приносит… Ну почему, почему я всегда все делаю себе во вред?

Сначала ноги, потом нижняя часть туловища. Перед тем, как окончательно исчезнуть, я успеваю увидеть трех бравых полицейских, врывающихся в магазин.

Мне показалось, что я просто на мгновенье закрыла глаза. А когда вновь открыла их, обнаружила, что стою на крыльце детского сада в паре кварталов отсюда. По-прежнему в перемазанной вареньем пижаме. Что ж, Фрея, спасибо и на том, что не оставила в магазине. Хороша бы я была, попавшись на месте преступления, да еще и в пижаме. Хотя, в магазине наверняка полно камер. Так что, чую, от большой славы мне не уйти. Короткими перебежками добираюсь до дома. На счастье, прохожих в это время не так много, улицы почти безлюдны.

А возле квартиры меня поджидал еще один сюрприз. Восхитительная банкетка. Явно со свалки. Ее бархатная, когда-то темно-розовая обивка была разодрана в клочья ( неизвестный мне кот долгие годы использовал ее в качестве тренажера), а аромат она издавала такой ядреный, что слезы на глаза наворачивались.

Сначала я решила, что красотищу подсунул кто-то из соседей по площадке, поленившихся выкинуть хлам самостоятельно. Потом испугалась, что это дело рук дворовых алкашей, принявших по причине непогоды стратегическое решение, устроить распивочную на моей лестничной клетке. Надев перчатки, я подняла банкетку, намереваясь оттащить ее к лифту, и обнаружила на полу клочок бумаги.

«Моей королеве» - нацарапал на нем кто-то карандашом.

-Ядрен-батон! – кажется так выражалась моя бабушка в подобных случаях. (Подобных случаев, к слову, в ее жизни было предостаточно. Чего только стоит история с дедушкиной вставной челюстью, застрявшей как-то ночью в палке сырокопченой колбасы, припрятанной рачительной супругой по случаю грядущего юбилея. «Ах, сердешная моя голуба,» - шамкал тогда дед в извинение под аккомпанемент бабушкиного крика и хохота остальных членов семьи).

Что делать? Выкидывать подарок на свалку было неудобно и… страшновато. Я всегда с опаской относилась к людям со странностями. Кто знает, что им еще может прийти в голову?

Зайдя в квартиру, я взяла перчатки, листок бумаги, ручку и скотч.

Немного подумав, написала:

Дорогой Виктор!

Нет, так не годится, еще не так поймет. Зачеркнула «дорогой». Скомкала лист, сходила за чистым.

«Уважаемый Виктор! Чрезвычайно признательна за банкетку, однако мне придется ее Вам вернуть. Принять от Вас столь дорого подарок мне мешает мое воспитание, а также мой парень-мастер спорта по боксу. Надеюсь, мы поняли друг друга. Всего наилучшего!» Полина

Прикрутила записку скотчем к банкетке, кое-как втащила рухлядь в лифт. Проклиная ведьму, водрузила презент на обшарпанный коврик у квартиры горе-кавалера, прислушалась и, услыхав шорохи одновременно доносившиеся из недр банкетки и квартиры, стремглав ринулась наверх по лестнице. Дома закрылась сразу на все замки, для верности придвинула тумбу из прихожей, и только тогда позволила себе отдышаться.

Чуть позже, напившись кофе, завернувшись в старый плед, твердо решив не ходить сегодня на работу (могу же я, в конце—концов, немного прихворнуть), включила городские новости. И, конечно-же сразу увидела магазин. Тот самый, в который я, вероятно, уже никогда больше не сунусь. Прибавила громкости.

-... приехавший на вызов наряд полиции обнаружил, что магазине отсутствуют как покупатели, так и персонал, - вещала с экрана миловидная блондинка, - сейчас мы дадим слово младшему лейтенанту, Михаилу Спичкину.

На экране возникло длинное рыбье лицо с глазами навыкате.

-Михаил! – бодро зачирикала ведущая, - расскажите нам, как все было.

Младший лейтенант Спичкин пару секунд беззвучно шевелил ртом, отчего сходство с рыбой усилилось еще больше.

-Ну эээ.. мы…э…, - вяло начал он, странно глядя куда-то в сторону, в одну точку , - поступил сигнал… эээ… приехали мы, значит, а там… эээ… - он замолк.

-Михаил! Наши зрители сгорают от нетерпения, - блондинка улыбалась, но в ее голосе чувствовался металл.

-Там была женщина эээ…

-Что за женщина? Как она выглядела? – лицо у ведущей было в этот момент такое, что я искренне испугалась за лейтенанта Спичкина.

-Обычная эээ… в пижаме… - нехотя объяснил Спичкин, по-прежнему не глядя на собеседницу.

-Вы ее задержали? Допросили? – покрываясь красными пятнами продолжала допытываться девушка.

-Нет.. она… эээ… исчезла.

-То есть как?

-А вот… эээ… так! Растворилась… - и лейтенант для убедительности помахал руками. Движения у него были под стать речи, нечеткими и замедленными.

-Хорошо. И что же было дальше?

-А дальше… эээ… дальше стали появляться чудовища…

-Откуда же? – ласково спросила ведущая.

-Из воздуха, откуда же… эээ… еще… - речь Спичкина стала еще медленнее, а взгляд еще менее осмысленным.

-Допустим. А дальше? – блондинка была настойчивее избалованного ребенка, требующего продолжения сказки.

-А дальше… я… эээ….ничего не пом… - тут Спичкин свесил голову на грудь и захрапел. Храпел он красиво: тонко, с переливами.