Хранительница Лунного Камня

Глава 3: Часовой из иного мира

Дорога к сторожке была долгой и ухабистой. Телега, запряжённая старой клячей, подпрыгивала на кочках, и Элиана то и дело хваталась за деревянный борт, чтобы не упасть. Она сидела на мешке с мукой и припасами, озираясь по сторонам. Каждый шорох в осенней листве, каждый крик птицы заставлял её вздрагивать.

Гаррет правил молча, его спина была напряжённой, а взгляд беспрестанно бегал по опушке леса. Он был вооружен своим кузнечным молотом, лежавшим на сиденье рядом. Смешное оружие против теней из ночного кошмара.

Они уже миновали знакомые тропы и углубились в старый, почти нехоженый лес. Воздух стал гуще, холоднее. Солнце едва пробивалось сквозь сплетение голых ветвей.

— Скоро будем, — пробормотал Гаррет, больше для себя, чем для неё. — Ещё пара поворотов.

Элиана снова сунула руку в карман, нащупав шероховатую поверхность камня. Он был холодным. Безмолвным. Она пыталась мысленно обратиться к нему, как обращалась к цветам, прося хоть какого-нибудь знака, ответа. Но камень молчал.

Внезапно лошадь зафыркала и встала как вкопанная, закатив глаза и нервно забив копытом. Телега дёрнулась и остановилась.

— Но, милая, спокойно! — Гаррет натянул вожжи, пытаясь успокоить животное.

Элиана почувствовала это первой. Резкий, колющий холод, ударивший в виски. Воздух вокруг сгустился, запах прелой листвы и хвои сменился тем же сладковато-гнилостным смрадом, что витал прошлой ночью у их порога.

— Отец, — испуганно прошептала она.

Из чащи, медленно, словно из самой тени стволов, выползла мгла. Она стелилась по земле, густела, принимая формы. Не одна. Три. Четыре. Те же искажённые, волкоподобные твари с пустотою вместо глаз. Они двигались бесшумно, окружая телегу.

Гаррет выругался, хватая свой молот. Его лицо побелело, но в глазах горела ярость отца, защищающего дитя. — Элиана, беги! — крикнул он, спрыгивая с телеги и становясь между ней и надвигающимися тварями. — Беги по тропе! Сторожка близко!

Она не могла пошевелиться, парализованная страхом. Она видела, как первая тень ринулась на отца. Он с рёвом размахнулся и ударил её молотом с такой силой, что слышен был хруст. Но тварь лишь отлетела, встряхнулась и снова поползла вперёд, будто удар пришёлся не по ней. Физическое оружие было почти бесполезно.

— Беги! — закричал он снова, отступая под натиском уже двух существ.

Крик отца вырвал её из ступора. Со слезами на глазах она спрыгнула с телеги и бросилась вперёд, по едва заметной тропинке. За спиной она слышала яростные крики Гаррета, фырканье лошади и тихий, шелестящий звук движения теней.

Она бежала, не разбирая дороги, ветки хлестали её по лицу. Сердце колотилось где-то в горле. Холод в кармане вдруг сменился резким, обжигающим теплом. Камень словно проснулся.

«Нет, нет, нет, — молилась она про себя. — Только не сейчас. Я не могу это контролировать!»

Внезапно тропа перед ней почернела. Из-за ствола выплыла ещё одна тварь, перекрывая путь. Элиана вскрикнула и отпрянула, чувствуя, как ледяной ужас сковывает её. Тварь медленно поползла на неё, безглазая морда ощущала её присутствие, втягивая воздух.

Она зажмурилась, судорожно сжимая камень в кармане. Она чувствовала, как сила снова поднимается в ней, отвечая на её панику. Дикая, неукротимая. Она боялась её почти так же, как и этих тварей.

И в этот миг мир вспыхнул.

Но не синим светом её неконтролируемой мощи.

Ярким, ослепительно-белым сиянием, что ударил сверху, с крон деревьев, точно падающая звезда. Он обрушился между ней и тварью с оглушительным грохотом, заставив землю содрогнуться.

Элиана отшатнулась, падая на колени. Когда её глаза немного привыкли к свету, она увидела фигуру.

Человек? Нет. Не человек.

Он был высоким, в латах из призрачного, мерцающего серебра, что казались отлитыми из лунного света. За его спиной развевался плащ, сотканный из ночного неба. В руке он сжимал клинок из чистого сияния, гудящий от мощности. Его лицо было прекрасным и безжалостным, как у резной статуи, а глаза… глаза горели холодным зелёным пламенем, в котором читались века бесконечной войны.

Тварь отпрянула с шипением, но было поздно. Незнакомец двинулся с невозможной скоростью. Его клинок рассек тень пополам без единого звука. Существо не испарилось, не рассыпалось. Оно просто… перестало существовать, поглощённое яркостью лезвия.

Он повернулся к ней. Его взгляд был бездушен, как у хищной птицы. Он смерил её с ног до головы, и его глаза остановились на её кармане, где камень теперь пылал словно уголь, прожигая ткань.

— Итак, — его голос был низким, металлическим и полным безразличной власти. — Нашёл тебя.

Он сделал шаг в её сторону. Элиана попыталась отползти.

— Не бойся, дитя смертных, — в его голосе не было и тени успокоения, лишь ледяная констатация факта. — Я пришёл не за твоей жизнью. Пока что. Я пришёл за тем, что ты украла.

Он протянул руку в идеальной латной перчатке. — Отдай мне Осколок. И клянусь, твоя смерть будет быстрой.