Хранительница Лунного Камня

Глава 6: Убежище в камнях

Тишина в пещере была абсолютной, нарушаемой лишь тяжёлым, хриплым дыханием Гаррета и ровным, но напряжённым гулом, исходящим от клинка Каэлана. Стражник стоял, откинув голову назад, с закрытыми глазами, восстанавливая силы. Его лицо при тусклом свете, падающем сверху, казалось высеченным из бледного мрамора — прекрасным и безжизненным.

Элиана отползла от него, прижимаясь спиной к холодной, влажной стене пещеры. Одной рукой она всё ещё сжимала камень, другой — обнимала отца, проверяя его дыхание. Оно было ровным, но слабым. Рана на его плече выглядела ужасно — вокруг рваных краёв ткани кожа почернела, будто обуглилась, и от неё исходил тот же сладковато-гнилостный запах, что и от теней.

— Отец? — прошептала она, слегка потряхивая его. — Отец, очнись!

Гаррет лишь слабо застонал, но не пришёл в сознание.

— Его не убьёт рана, — раздался усталый голос Каэлана. Элиана вздрогнула. Он не двигался, глаза его были по-прежнему закрыты. — Его убьёт яд Тьмы. Он разъедает душу. Обычное лечение здесь бессильно.

Она посмотрела на него, и новая волна страха смешалась с ненавистью.

— Это из-за тебя! — вырвалось у неё, и её голос эхом отозвался в маленькой пещере. — Если бы не ты, мы были бы уже в безопасности!

Каэлан медленно открыл глаза. Их зелёное сияние в полумраке казалось приглушённым.

— Без меня вы оба были бы уже мёртвы. И ваши души стали бы пищей для тех, кто охотится за тобой. Не обвиняй меня в своей невежественной храбрости.

— Что мы здесь делаем? Где это? — спросила она, стараясь звучать твёрже, чем была на самом деле.

— Это место силы, — он выпрямился и воткнул клинок в каменный пол. Свет от лезвия осветил пещеру лучше, показав, что стены были испещрены странными, похожими на руны письменами, которые слабо светились в ответ. — Один из немногих оставшихся узлов, где линии мира ещё не испорчены. Здесь твой свет… приглушён. И их Тьма не может нас найти. Пока что.

Он наконец повернулся к ней, и его взгляд упал на рану Гаррета.

— Его нужно обработать. Иначе яд дойдёт до сердца.

— Ты сказал, лечение бессильно! — в голосе Элианы снова зазвучала паника.

— Обычное — да. Но ты ведь не обычная, не так ли? — он сделал шаг вперёд, и Элиана невольно отпрянула. — Осколок может сжечь яд. Но для этого нужна точность. Та точность, которой у тебя нет.

— Я… я попробую.

— Нет, — он резко оборвал её. — Ты спалишь ему плоть до кости. Дай мне камень.

Она судорожно сжала его в ладони.

— Нет. Ты хочешь его забрать.

Каэлан издал короткий, раздражённый звук, похожий на рычание.

— Если бы я хотел его забрать, я бы сделал это, пока ты ползала в истерике по полу. Твоя жизнь и жизнь этого смертного ничего не значат для меня. Но его смерть привлечёт внимание, которого я бы предпочёл избежать. Теперь Осколок или дай мне сделать то, что необходимо.

Он протянул руку. Его лицо было невозмутимым, но в глазах читалось холодное нетерпение.

Элиана посмотрела на бледное лицо отца, на чёрную рану, медленно расползающуюся по его коже. Выбора у неё не было. С дрожащими руками она протянула ему камень.

Его пальцы в перчатке коснулись её ладони, и она снова почувствовал леденящий холод. Он взял Осколок легко, почти небрежно, словно это был и вправду простой булыжник. Но как только камень оказался в его руке, он изменился. Его тусклое свечение вспыхнуло ровным, уверенным сиянием, освещая суровые черты лица Каэлана изнутри.

Он опустился на колени рядом с Гарретом, его движения были точными и экономичными. Он положил одну руку на лоб кузнеца, держа Осколок в другой.

— Не мешай мне, — бросил он ей через плечо.

Затем он закрыл глаза. Его губы зашевелились, произнося беззвучные слова на том же древнем языке. Свет от камня перестал быть хаотичным. Он сконцентрировался в тонкий, игольчатый луч и устремился к ране на плече Гаррета.

Раздалось тихое шипение. От раны повалил чёрный дымок, пахнущий серой и гнилью. Гаррет застонал в полубессознательном состоянии, его тело напряглось от боли. Элиана вскрикнула и сделала шаг вперёд, но Каэлан жестом остановил её, не прерывая ритуала.

Она видела, чёрнота отступает, кожа под ней бледнеет, а сама рана начинает выглядеть… нормально. Просто как рваная рана, страшная, но уже не сверхъестественная.

Через несколько мгновений Каэлан убрал руку. Свет камня померк. Он тяжело вздохнул, и на его лбу выступила испарина. Он выглядел так, будто только что провёл часы в тяжелейшем бою.

— Готово. Яд уничтожен. Тело будет заживать само.

Он поднялся и бросил камень обратно Элиане. Она поймала его на лету. Он снова был просто тёплым.

— Почему… почему ты это сделал? — прошептала она, глядя на него с новым, смешанным чувством страха и непонимания.

Каэлан уже отошёл к дальней стене пещеры и slid вниз, устроившись на корточках, словно хищная птица на насесте.

— Я сказал почему. Мне не нужен лишний шум. Теперь молчи. Ему нужен покой. И мне тоже.

Он закрыл глаза, и его фигура слилась с тенями пещеры, словно он стал её частью. Наступила тишина, нарушаемая лишь каплями воды, падающими с потолка где-то в темноте.

Элиана сидела на холодном камне, держа руку отца в своей и сжимая в другой тот самый камень, который снова перевернул её жизнь. Она была в ловушке. В плену у того, кто называл её воркой и угрожал смертью. Но он же только что спас жизнь её отцу.

Кто он был на самом деле? Монстр? Или… стражник?

И что он собирался с ними делать, когда проснётся?