Хранительница Окра

Глава 2

Окре пришлось остановиться, не закончив песню, не дойдя до самой важной части послания. Из деревни пришла женщина с тревожной вестью – на восточной окраине леса начался пожар, большой пожар. Когда Окра была маленькой, они с Они справлялись с парой лесных пожаров, но те были всего в 20-30 огородов. Тогда Они предупредила её, что огонь – это гнев Матери и означает, что что-то идёт не по плану Дэвов. Нынешний пожар, судя по количеству дыма и числу животных, бегущих на запад, был, по словам женщины, как минимум в 150 огородов. Окра сразу поняла, что песня связана с пожаром. Что-то было не так. Переодевшись в своё обычное платье, она, тем не менее, решила провести вечерний круг общения, так как людям было жизненно важно услышать песню. Но сейчас требовалось заняться другими делами.

Деревенские жители уже начали бороться с огнём, нося воду из Андуны, песок и землю, чтобы сдержать его, и моля реку и холм о защите. Они также послали гонца в ближайшие деревни за Андуной и за холмом за помощью. Вместе у них был шанс укротить дикий огонь, прежде чем он уничтожит весь склон холма. Окра чувствовала глубокое сострадание к страданиям всех живых существ и сопереживала их страху и опустошению, пытаясь помочь своими способами. Но внутри она понимала, что рождение и смерть – неотъемлемые части жизни, что есть время для разрушения, так же как время для создания. Есть времена, когда живым существам приходится бороться за свою жизнь и процветание, и времена, когда им приходится покоряться высшей силе и принимать свою судьбу. Они всегда говорила, что мы должны делать всё, что в наших силах, как будто всё зависит от нас, но понимать, что в конечном счёте мы зависим от Изначального Существа, у которого всегда есть план для нас.

Хранитель никогда не принимает прямого участия в жизни обитателей своего края – таково правило, так что задачей Окры было медитировать, слушать холм и облака и передавать людям послание о плане на сегодняшнее событие: согласен ли холм принять помощь облаков и готовы ли облака помочь. В восточной части леса была пещера, которая вела к корням холма, хотя, чтобы добраться до входа, нужно было подняться на полпути вверх по холму. Сюда Окра приходила, чтобы слушать его песни. Конец пещеры был очень близок к сердцу холма, и Окра могла видеть биение его сердца, словно концентрические круги, перед своими глазами, когда закрывала их. Она называла это «сердцем», но на самом деле это была вибрация, исходящая от каждого живого существа – вибрация холма была слишком низкой и тонкой, чтобы человек мог её услышать или почувствовать. Время от времени появлялись необычайно восприимчивые люди, которые почти чувствовали что-то, но, в целом, люди не предназначены для того, чтобы слышать песни, у этой формы жизни иное предназначение. Всё это знание передавалось из поколения в поколение Хранителей с начала времён.

Итак, Окра забралась в пещеру и последовала по её изгибам к сердцу холма. С каждым шагом биение сердца становилось сильнее. Она чувствовала тревожное настроение и спешила услышать остальное. Достав оленью шкуру и усевшись, Хранительница взяла под контроль свои эмоции и дыхание и погрузилась внутрь своего сознания. Она сосредоточилась исключительно на песне, позволяя ей полностью заполнить свой разум. Она чувствовала себя сосудом звука и образов. Внутренним взором она видела форму и цвет звука, всей песни. Она выглядела как знаки, буквы какого-то неведомого алфавита, вибрирующие звуком песни, содержащие в себе всю историю. Позже Окра начнёт записывать эти буквы из своих многочисленных медитаций и составлять «изначальную» систему письма, как она её называла. Она передаст её людям, чтобы те сохранили её и жили по ней, вместе с записями всех песен, что она когда-либо слышала. Это будет началом «Писаний Хранителей».

В своём сердце она слышала эти знаки как звуки незнакомого языка, напевы, перезвон судьбы Края Холма и земель далеко за его пределами. Она знала, о чём это, потому что звуки превращались в образы и знание, которые оседали в её уме напрямую, без слов. Окра просто знала, что ей сообщают и что нужно сделать. Объём знания был теперь гораздо больше, и стало ясно, как оно связано с песней умирающих листьев. Хотя она не удивилась, она чувствовала, будто всегда это знала. Она медленно возвращалась к поверхности своего сознания, и теперь её задачей было тщательно подобрать подходящие слова для этого знания. Хранительница медленно выбралась из горы и направилась к своему дому, идя и напевая по пути:

Всё Время в миг поглотит без следа,
Его безжалостная пасть жизнь сокрушит...

Войдя в дом, она бросила взгляд на шафрановую ткань, лежавшую на крышке сундука. Это заставило её вспомнить Они в этом одеянии во время торжественного пения: солнце, пробивающееся сквозь листву деревьев, порхающее по ткани, словно маленькие огненные птицы. Это всегда казалось одновременно таинственным и уютным, словно старцы из тонких миров одобряли и нежно, с любовью гладили её. Это были её счастливые детские воспоминания. Сначала было странно носить это после ухода Они, словно она просто заменяла её, потребовалось время, чтобы привыкнуть быть Хранительницей. Хотя Окра не оплакивала Они, как это делают люди, ей было грустно, что она была лишена её общества. Но она была уверена, что кто-то другой теперь наслаждался этим общением, поскольку Они, несомненно, поднялась по иерархии и помогала другим живым существам в тонких мирах.

Теперь пришло время сосредоточиться на задаче, и Окра обернула ткань вокруг себя, надела ожерелье, взяла арфу и вышла наружу. Хранительница быстро прошла по лугу, села под исполинским дубом, росшим прямо посреди луга, скрестила ноги и положила арфу на колени. Затем она закрыла глаза, начала дышать и медленно синхронизировать дыхание с окружающими живыми существами и потоком жизненной силы. Вдох – жизненная сила входит, выдох – она выходит, пройдя через её тело. Так Окра утвердила себя как сосуд, наполненный мудростью, предназначенной для сегодняшнего пения, надежное хранилище, готовое излить её на слушателей.

Она уже предупредила деревенских жителей о торжественном пении сегодня вечером, так что лужайка перед домом уже заполнялась. Окра всё ещё сидела с закрытыми глазами. Позже она посмотрит каждому в глаза, приветствуя их и расспрашивая о пожаре, предлагая утешение и совет, после того как ритуальное пение закончится. Но сейчас был момент делиться мудростью, сердцем к сердцу. Согласно традиции, Хранительница и слушатели начали с одновременного повторения односложной мантры, которая очищала разум и воссоединяла душу с источником жизни, превращая слушателей в слышащих, давая им способность воспринимать мудрость: глубокий вдох, из глубины живота исходит звук «а», поток воздуха концентрируется и превращается в «о», вибрирующее в груди, звук уплотняется, становясь «у» в горле, и завершается долгим «м», звенящим во лбу. Они повторили её несколько раз, пока не воцарилась кристально чистая атмосфера, и они могли слышать эхо мантры в своих умах. Они были готовы.

Открыв затворы и оставив слова и музыку где-то на внешней грани своего сознания, Окра почувствовала, как мощное послание изливается через неё:

Жизнь утекает, смерть ступает по пятам,
Истлела плоть, иссохши под луной.
Мы слышали предсмертный стон не раз,
И страх иных, покинувших наш мир.
Но нам не жаль ни жизни, ни утрат —
Лишь внешняя покинет нас одежда.
Ведь гибнет форма, тлен ей сужденый удел,
Но дух живет, и радость в нем поет.
И вновь мы обернемся плотью смертной,
Восславим красоту и вечность, братья -
Как в бесконечной череде прошедших раз —
Неугасимое сиянье Высшей Правды.
Но час настанет — и оно погаснет,
И тьма накроет бедственный наш мир.
Уж слышим мы её дыханье в вышине,
И безысходность гложет сердце мне.

Окра закончила Осеннюю Песню, и над лугом повисла глухая, но полная чувств тишина. Люди зашевелились, зашептались, обменивались встревоженными взглядами. Времена менялись, и они требовали иных действий – это понимали все. Но они знали, что их Хранительница также получила ответ от Холма, так что они всё ещё надеялись и были готовы слушать вторую песню. Окра открыла глаза и бросила многозначительный взгляд на деревенских жителей. В её глазах была глубина, которая и завораживала, и пугала их. Она хотела успокоить их и разделить свою уверенность в конечном благе всех происходящих событий. Снова закрыв глаза, погружаясь в глубины своего сознания, она открыла им песню Холма:

Всё Время в миг поглотит без следа,
Его безжалостная пасть жизнь сокрушит.
Но на краю, теряя навсегда,
Дух познаёт, что вечно он хранит.
Наш мир вступает так в эпоху тьмы,
Что на века простёрла свой покров.
Хранителям дано беречь умы
От мрака, что сомкнётся вновь.
Но лишь предвестием бедствий тьма грозит,
Потом — их море хлынет через край:
Святого, мудреца мир не почтит,
И знанье, и рассудок презирай.
Добро со злом подменятся местами,
Слепые поведут других слепцов,
Низвегрнув добродетель, себя сами
Поставят на алтарь своих творцов.
Так пусть Хранители сплотятся в бой,
Всем сердцем, силой, знанием своим
Пробиться к сердцу каждого сквозь мрак людской,
Чтоб свет надежды был навеки зрим.
Хоть разум меркнет, память в полумраке,
Слагайте книги — вечности оплот.
Путь осветите и несите факел,
Что от погибели весь мир спасёт.
И вы должны нести везде посланье,
Петь песни Старших, книги разъяснять -
Готовить к переходу в мир иной
В обитель счастья, вечности и знанья!

Деревенские жители, которые ахали и тихо плакали в середине песни, теперь перешёптывались и беседовали, полные надежды и вдохновения. Гордость, которую они испытывали за свою Хранительницу, также укрепила их. Окре предстояло отправиться в далёкие земли с важной целью, и, как бы они ни не желали оставаться без защиты Хранительницы, грандиозная картина будущего, нарисованная словами Холма, внушала им чувство безопасности и спокойствия.

Затем их лидер, крепкий мужчина по имени Фолл, поднялся и озвучил вопрос, который был у многих: «Уважаемая Окра-Хранительница, мы знаем, что вы также спрашивали совета у других духов (люди не знали о старцах или Изначальном Существе, Они запрещала говорить об этом, ибо это было за пределом их понимания и не приносило им пользы, но они знали, что есть другие духи, к которым Окра иногда обращалась). Мы хотели бы знать, что они ответили». Все деревенские жители начали кивать головами в знак согласия, даже маленькие дети, хотя все они знали, что не должны задавать этот вопрос, они надеялись, что на этот раз всё иначе.

Так и было. Окра почувствовала сердцем, что делиться этим знанием будет безопасно и на благо всем слушателям. Она глубоко вдохнула, сосредоточилась на том, чтобы передать послание точно так, как оно было дано ей, и начала говорить. Каждый мог почувствовать силу этих слов. Хранители накапливают несравненную силу через контакт с Дэвами и Старшими, храня молчание, медитируя, служа людям, и они тратят ее, только когда говорят. Когда Окра открывала рот, чтобы говорить или петь, окружающий мир мерк, и человек чувствовал себя будто в туннеле, на конце которого была она, окружённая сиянием, единственный ясный объект в данный момент, и слова входили в сердце и не оставляли места сомнениям, словно глубоко внутри человек всегда это знал.

Окра произнесла: «Через сто лет начнётся эпоха тьмы и иллюзии, она продлится сотни тысячелетий. Хранители могут замедлить её, распространяя знание через написание книг и строительство особых мест для почитания Дэвов, иначе люди всё забудут. Несмотря на наши усилия, эпоха тьмы и иллюзии продлится пятнадцать тысяч лет. Затем её сменит новый золотой век, и так этот цикл будет продолжаться вечно. Я должна пойти и найти других Хранителей, создать союз и помочь им выполнить эту задачу. Вы должны следовать указаниям из песен Дэвов и жить в мире, пока я не вернусь. Уважаемый Фолл, прошу вас, проследите, чтобы за книгами ухаживали».

Затем Окра и жители деревни обсудили последствия пожара, который удалось потушить. Хотя многие животные и растения погибли, деревня не была затронута в этот раз, однако жители были взволнованы. Утешая их мудростью песен Дэвов, Окра объяснила, что не стоит бояться за внешнее тело, ведь главное - душа - останется нетронутой, а бедствия будут пока редкими, и им не стоит беспокоиться в ближайшее время. Сказав это, Окра поднялась с места под деревом с безмятежным, но решительным выражением лица, на пять голов выше всех остальных, сложила свои длинные ладони перед грудью и поклонилась всем им. Они ответили на её поклон, наблюдая, как она убирает одеяние в сумку с оленьей шкурой и покидает Край Холма.