Хранительница Окра

Глава 3

Босые ноги мягко ступали по мху, острым камням и валунам, выступающим из-под земли, покрытой осенней листвой. Лёгкие медленно вдыхали прохладный и сладкий утренний воздух, внутрь и наружу. Это была приятная прогулка всё глубже и глубже в лес после короткой ночной медитации на вершине Холма. Окра не часто поднималась на самую вершину, поэтому, когда она достигла её вчера на закате, она обернулась, чтобы бросить последний взгляд на свой Край, к которому так привыкла: пологий склон, почти плоский у подножия холма, который заканчивается крутым обрывом и руслом, по которому Андуна несла свои воды от восхода к закату, поворачивая дальше по течению в сторону солнца. Вниз по склону лежало опустошённое место, где случился большой пожар. Его тишина и безмолвие казались зловещими, хотя в глубине души Окра знала, что Край в безопасности до её возвращения, так что с лёгким сердцем она отвела взгляд и устроилась на ночь.

Ночи становились холоднее – Окра видела пар, выходящий из её рта, и иней на желтеющей траве, когда она вышла из медитации этим утром. Это были единственные средства почувствовать перемену в воздухе, поскольку Хранители не чувствовали холода или жары, как и острых камней и шипов - их ноги не ранились от отсутствия обуви, даже зимой. Медитации, которым учила её Они, чтобы поддерживать внутреннее пламя сильным и отрешаться от тела, также помогали.

Когда Окра спускалась по другой стороне Холма в направлении льда, она вступила в соседний Край, на землю которого никогда раньше не ступала. Долина между Холмом и далёкими горами была покрыта утренним туманом, но она всё же могла разглядеть великолепное большое озеро посредине и несколько деревень с дымящимися трубами вокруг него. Чем ближе она подходила к деревням, тем явственнее чувствовала присутствие другого Хранителя. Андуна здесь не пела, и ветер нашёптывал другую мелодию. Здесь всё было благополучно, глашатаи грядущей эпохи сюда ещё не добрались, но Окра слышала встревоженный шелест осенних листьев и чувствовала беспокойство в жизненном потоке птиц и зверей.

На расстоянии полёта стрелы от ближайшей деревни она ожидала встретить Хранителя с минуты на минуту. Первого Хранителя в жизни, помимо Они. Окра с удивлением обнаружила, что немного нервничает и взволнована – эмоции, которые она почти никогда не ощущала. Она шла некоторое время вдоль берега озера, пока не увидела, что берег слегка поднимается, а наверху пригорка – словно корона на голове гиганта - гнездо. Окра видела лишь край, но было ясно, что оно принадлежало гигантской птице. Поднявшись на склон, она вскоре поняла, что там в медитации лежал Хранитель. Его тело было расслаблено, ладони раскрыты к небу, глаза полуприкрыты, а лицо источало спокойствие.

Это был он. Окра, казалось, не ожидала этого, хотя и понимала, что они должны существовать, она никогда не думала о встрече с ними, поэтому никогда не представляла их и не спрашивала Они, как выглядят другие Хранители. Теперь, когда она об этом подумала, они вообще никогда не обсуждали других Хранителей. Не было нужды, и это не имело отношения к обязанностям Окры. Любопытство было ей несвойственно, поскольку она была счастлива и удовлетворена своей внутренней и внешней жизнью.

Это определённо был он, потому что она видела человеческих мужчин, и он выглядел как один из них. Только на пять голов выше, стройнее, с более длинными конечностями и пальцами, более утончёнными чертами лица и... очень похожий на неё саму. Его длинные каштановые волосы были спутаны и закручены в узел, два простых льняных куска ткани были обёрнуты вокруг бёдер и груди, а свободный конец был закинут на одно плечо. Она видела половину его серых радужек из-под век, и всё тело, казалось, излучало в утреннем воздухе мягкое свечение.

Как только она подошла к нему, он открыл глаза и поднялся. Его взгляд был твёрдым, мощным и невинным одновременно, сканирующим, видящим её насквозь.
«Я ждал тебя», – услышала она внутри своего разума. Это были не совсем слова, но знание, идущее изнутри. Посылать сообщения прямо в разум – вот как Хранители передавали друг другу детальные чувства, атмосферу, энергию и образы, и, что важнее, информацию о высших сферах, невозможную для передачи человеческим языком. Они использовали человеческую речь только для передачи важных посланий обитателям своего Края.

«Я знаю», – подумала Окра, – «Я чувствовала твоё присутствие с тех пор, как начала спускаться с холма, твоя жизненная сила пронизывает здесь всё». Окра осознала, что её собственная жизненная сила медленно растекается по окружающей местности, и все её вопросы ощутимо висели в воздухе.
«Ты никогда не видела Хранителя-мужчину», – констатировал он, – «Меня воспитывала Хранительница, я могу рассказать тебе, что знаю. Люди зовут меня Килан». Он сложил руки перед грудью и слегка поклонился в знак уважения. Окра заметила, как этот жест усилил свечение вокруг него. То же самое происходило с Они, но Окра никогда не задумывалась о своём собственном теле и о том, как оно выглядит снаружи, она, должно быть, тоже излучала такое же свечение. Она ответила на поклон.

Наслаждаясь незнакомым чувством волнения, она получила серию образов, чувств и ощущений вместе со знанием, окутанным определённой атмосферой. Знанием, о необходимости которого она даже не задумывалась. Но теперь, когда оно у неё было, оно казалось крайне важным для неё.

Хранители, в отличие от людей, не нуждаются в физическом соитии, чтобы производить потомство. Вместо этого они сочетают свою ментальную силу, жизненную силу и сердечное желание определённых черт в ребёнке. Тем не менее, тела Хранителей всё же имеют гендерные различия, что является воплощением двух изначальных сил, поддерживающих всё творение.

Окра села на валун, который источал прохладную и слабую, но приветливую жизненную силу. Ей нужно было время, чтобы вместить весь новый опыт и рассортировать и структурировать информацию. Так вот как она была призвана в это тело – кто-то запланировал, чтобы это произошло именно так.

Когда Хранители мужского и женского пола договариваются о будущем ребёнке – чертах характера, склонностях и талантах, миссии в жизни – они садятся медитировать, обращаясь ко всем Дэвам, Страшим и Изначальному Существу, выражая свою благодарность, признавая изначальный источник жизненной силы и прося их помощи в этом деянии.

Затем Хранитель-мужчина направляет своё ментальное намерение на жизненную силу женщины, и, сливаясь вместе, они создают сосуд, который может принять душу из другого царства существования. Хранители в основном приходят из высших сфер, где они уже преуспели в знании и мудрости.

Как только душа входит, сосуд уплотняется и становится младенцем на коленях Хранительницы. Хранители растут сравнительно быстро, и через пару месяцев младенец превращается в ребёнка, которого один из родителей затем забирает в свой Край, чтобы воспитать и передать ему обязанности Хранителя, когда родитель уйдёт.

Окра почувствовала, как это обычно бывает, когда открывается истинное знание – облегчение и вдохновение, словно она всегда это знала, и что Килан просто подтвердил её собственные взгляды на этот счёт. Планировала ли Они эту встречу и откровение знания? Или Окру вело Изначальное Существо или Старшие изнутри? Она чувствовала, что в конечном счёте получит ответы на все свои вопросы. Но сейчас у неё было более насущное дело.

Окра послала Килану эмоцию благодарности, за которой последовал вопрос о великой перемене. Килан тоже сел на другой валун напротив неё, скрестив ноги и положив одну лодыжку на другую. Он ответил чувством беспокойства и передал свою недавнюю беседу с озером, чьё имя было Онл, и с Холмом, тем же Холмом, но с другой его стороны. Окра проявила некоторое любопытство относительно процесса слушания, которому следовал Килан. Полученные ею образы показали, как он прижимает ладони и ухо к определённому плоскому камню у подножия Холма, врезанному в вертикальную каменную стену. Чувство полного погружения в вибрации и отдачи всего своего существа слушанию переполнило её. Затем пришло абсолютное спокойствие, когда она наблюдала, как он плавает на поверхности Онла.

Хранитель услышал очень похожую песню, давшую ему наставление ждать Окру и вместе идти в направлении льда. Следующий шаг был теперь ясен, а дальше они выяснят, когда придёт время. Такова жизнь на земле, и Хранители полностью принимают это. Они провели некоторое время, обмениваясь другой необходимой информацией, чтобы их знание и опыт стали равноценны. Жители Края Озера уже услышали песни и подготовились к временному отсутствию своего Хранителя, так что Килану нужно было только забрать своё официальное шафрановое одеяние и оленью шкуру из гнезда, прежде чем они отправятся на в направлении льда.

Путь лежал через деревни Края Озера, а затем между двумя другими холмами. Вещи Килана были упакованы в сумку, держащуюся на двух лямках, накинутых на плечи. Оба Хранителя разделяли лёгкое волнение и радость от перспективы познакомиться с новыми Дэвами, у каждого из которых были уникальные личности и особая атмосфера. Они впитывали жизненную силу всех существ на своём пути и узнавали всё больше и больше о тревожных временах впереди. Деревня между холмами была затоплена, так что её жителям пришлось уйти в другое место. За холмами лежала долина, которая также пострадала от лесного пожара. Баланс постепенно смещался в сторону неблагоприятного.

Хранители тех Краёв и тех, что были за ними постепенно присоединялись к группе, направляющейся к льдам. Погода быстро становилась холоднее, дожди сменялись лёгким снегом. Окра чувствовала нежное прикосновение снежинок к своему лицу и поражалась тому, как противоположные переживания сосуществуют и приносят радость одновременно – её ступни наслаждались надёжной опорой твёрдых камней и холодной землёй под ними. Они шли молча, время от времени посылая в пространство тревоги, радости или переживания, впитывая вибрации друг друга, чувствуя, как становятся единым целым. Они питались обильной жизненной силой окрестностей и проводили ночи на мягком мху, слушая вибрации Матери Бхараты. Она тоже была недовольна грядущей переменой, но круг жизни должен быть завершён, чтобы начаться вновь.

Постепенно их группа выросла до примерно пятидесяти Хранителей. Общество стольких её сородичей было весьма плодотворным для Окры: она узнала об обычаях других Краёв, способах общения с Дэвами, передачи знаний людям. Не все Хранители сочиняли песни, форма зависела от индивидуальности Хранителя. Некоторые рассказывали притчи, другие рисовали картины или показывали ритуалы благодарности Дэвам, целебные свойства трав и минералов, техники плетения или работы по дереву. Всё это приходило к Хранителям через Дэвов, а Дэвы, в свою очередь, вдохновлялись Изначальным Существом изнутри. Такова была иерархия заботы. Окра чувствовала, как углубляется её разум, расширяется картина мира, включая всё больше компонентов и взаимосвязей. Она всегда чувствовала вселенную как один большой живой организм, но теперь каждая маленькая точка на осеннем листе имела причину и цель.

По мере того, как группа приближалась к Ледяному Океану, все излучали наслаждение в хрустальный воздух. Масштаб спокойствия, исходящий от холодных вод этого обширного Дэвы, был неведом большинству Хранителей. Океан передавал состояние глубокой медитации, так что все они достали свои оленьи шкуры и сели на землю со скрещенными ногами. Направляя ладони к густому потоку жизненной силы, несущему послание от этого гиганта, Окра впитывала образы, звуки, ощущения и настроение. Картина творения Матери Бхараты предстала перед её глазами, как она когда-то потерялась в водах Причинного Океана и как сияющее существо, которого она никогда раньше не видела, вновь подняло её, коснувшись её лишь своим носом. Это прикосновение, подобно молнии, поразило её всепоглощающим счастьем, так что она до сих пор помнит место его прикосновения – оно находится неподалёку, в десяти днях ходьбы к льду и закату.

Оживлённая переживанием, Окра оказалась на ногах среди сородичей, всё ещё погружённых в слушание. Она решила исследовать местность, пока ждёт. Они теперь находились в низкорослых лесах Ледяного Края, примерно в двух днях ходьбы от побережья. Осень пришла сюда раньше, несмотря на казалось бы солнечную погоду, и большинство окружающих берёз были голыми, сухие и почти серые листья хрустели под ногами, пока она шла, высматривая, или, вернее, чувствуя сосновую рощу. Окра всегда наслаждалась обществом сосен больше за их свежую жизненную силу, Они тоже любила их, и они проводили много времени в сосновых рощах вместе – учась, играя, упражняясь в игре на арфе.

Вскоре она увидела знакомые тёмно-зелёные верхушки и погрузилась в успокаивающую энергию сосен. Сосновый бор обычно просторен, без подлеска, поэтому Окра легко заметила вдали поляну, усеянную большими валунами, которые, казалось, были намеренно разложены кем-то в определённом порядке. Когда Окра приблизилась к этому месту, солнце вышло из-за тучи и послало яркий луч на эту идеально круглую поляну. Мох, покрывающий массивные валуны, красиво поблёскивал на солнце, пылинки танцевали в луче. Эта картина внушала спокойствие и надежду. Окра почувствовала, что пришла именно туда, куда должна была. И, как и полагалось, другая жизненная сила вошла в круг валунов. Сначала Окра почувствовала его – могущественного Хранителя, не похожего ни на кого, кого она когда-либо встречала – и затем увидела возвышающуюся фигуру. «Имил», – излучил он, складывая ладони и кланяясь ей.