Хранительница природы

Глава 1.

В далёкой деревушке, затерянной среди бескрайних просторов нашей необъятной родины, жила бабушка. Её дом, построенный из добротного дерева, стоял на опушке хвойного леса. Вокруг простирались бескрайние поляны, покрытые земляникой и разноцветными цветами, которые купались в утренней росе, наполняя воздух пьянящим ароматом.
Если бы у меня была вторая жизнь, я бы хотела прожить её в деревне, как в «Простоквашино». Но, к сожалению, в этой деревне не было нужды в стоматологе. Почти все жители были беззубыми, и платить стоматологу было нечем. У них была только пенсия, на которую можно было купить разве что кружку парного молока.
Мысли текли неспешно, и время замедляло свой ход. Ритм жизни в деревне отличался от ритма жизни в городе. Здесь все знали своё предназначение и с важностью его выполняли. Улыбка появилась на моём лице сама собой, когда я вспомнила приятные моменты из детства.
В бабушкином доме обитали различные существа, которые порой доставляли мне некоторые неудобства. Среди них был петух, который будил меня своим криком каждое утро. Он был моим главным врагом, поскольку своим криком он не давал мне спать. Однако, если я кричала на него, он убегал в сад, довольный тем, что выполнил свою задачу.
Собака, которая жила в доме, была очень старательной, но знала всех соседей в лицо. Она лаяла на прохожих, пытаясь их отпугнуть. Однако, несмотря на свою старательность, она не могла справиться со своей задачей.
Самым хитрым обитателем дома был кот. Он умел выпрашивать лакомые кусочки, используя свою хитрость и показную любовь. Как только он получал желаемое, он сразу же убегал, подняв свой рыжий хвост.
Поезд замедлил свой ход, и я спрыгнула на платформу. Свежий весенний воздух, наполненный запахом сосен, проникал в мои лёгкие. Я почувствовала головокружение от счастья и тепла. Птицы щебетали от радости. Я закрыла глаза и пошла по просёлочной дороге, наслаждаясь ощущением правильности происходящего.

Природа умытая весенними дождями, еще хранила сочные, изумрудные тона. Лето пока несмело вступало в свои права. Соцветия диких яблонь хранили свою белизну, не успев отгореть от палящих лучей солнца.

Извилистая дорога, подобно змее, петляла, проходя через хвойный лес. В тени лесной чащи набирали силу подснежники, мои любимые цветы.
Спустя десять минут неспешной прогулки я заметил серые крыши деревенских домов, проступавшие сквозь качающиеся ветви деревьев. Собаки деревни, увидев незнакомца, залились радостным лаем, который больше напоминал перезвон колокольчиков, нестройный и весёлый. Каждая собака старалась перекричать другую, словно участвуя в своеобразном соревновании.
Жители деревни, не отличавшиеся многочисленностью, занимались своими огородами, высаживая картофель и рассаду. Собаки бежали за мной, радостно оповещая всех о моём появлении в деревне. Улыбка не сходила с моего лица при виде этой беззаботной деревенской картины.
Моя бабушка, безусловно, не отставала от всего остального народа и, что-то бормоча себе под нос, закапывала в свежую землю неизвестные мне семена. Она была настолько поглощена этим занятием, что, казалось, не слышала лая собак, который раздавался совсем рядом. Я подкралась к ней незаметно и закрыла ладонями её морщинистое лицо.
Мокрые дорожки слёз и всхлипывания напугали меня не на шутку.

— Внученька моя родная, я всё же дождалась тебя.
— Бабушка, что же ты плачешь?
— От радости, родная, от радости!
— Кто же плачет от радости?
— Да старые и плачут, кто ж ещё.
Бабушка прижала меня к своей груди и продолжала плакать. Я убрала седую прядку её волос под цветной платочек и, целуя в щёки, успокаивала свою плаксу.
— Бабуля, я же на всё лето приехала, не плачь, ещё надоем, и ты меня выгонишь.
— Да что ты такое говоришь, родная, никогда такого не будет, никогда, — и, опомнившись, начала причитать себе под нос.
— Да что же я стою, ты, поди, голодная с дороги, пойдём скорее, там топлёное молочко в печи, блинчики с малиновым вареньем, творожок, — бабушка начала перечислять продовольственный запас на случай ядерной войны, подготовилась к моему приезду, ничего не скажешь.

Старый дом встретил меня знакомыми ароматами детства. Если бы меня попросили описать запах и ауру дома, я бы не смогла найти подходящих слов. Дом хранил память о людях, словно застывшую во времени. Это странное явление, которое ощущали почти все, но которое нельзя объяснить с точки зрения физических законов.
Скрип деревянных половиц, тёмное дерево старой мебели и пожелтевшие от времени фотографии переносили меня в иной мир. Не было шума машин, царили тишина и покой. Ещё один аспект деревенской жизни — можно было не слишком стараться в выборе одежды, простой сарафанчик из хлопка делал меня почти царевной.
Бабушка хлопотала на кухне, кот, проскользнув в комнату, подглядывал, как я переодеваюсь, за что получил нагоняй. День, начавшийся прекрасной погодой, приносил лёгкую радость в душу.
И вдруг я услышала приятный мелодичный звон. Я повертела головой, звон повторился. Что за странные шутки?
Блины с топлёным молоком были встречены на ура. Бабушка Даша с умилением наблюдала за моим разыгравшимся аппетитом. Я с воодушевлением рассказывала о своих достижениях в институте, как вдруг снова услышала мелодию.
Прервав свой рассказ на полуслове, я замерла, словно египетская мумия, и, поперхнувшись блином, произнесла: «Что это?»

— Бабушка, кажется, я схожу с ума!
— Саша, только не говори, что ты слышишь звуки природы. Я так надеялась, что этого не произойдёт!
— Бабуля, о чём ты?
— Да что толку вести этот разговор. Пойдём, сама всё увидишь...
Скрип чердачной лестницы под тяжестью наших шагов. Удобная лестница, построенная дедушкой на холодной веранде, вела сразу на чердак, где бабушка хранила все свои вещи, которые не помещались в доме. Тихо скрипнув и осыпав нас пылью, люк чердака всё же пропустил нас наверх. Любопытство переполняло меня. Никогда раньше, даже в детстве, меня не пускали на чердак. Все мои попытки и ухищрения строго пресекались. Со временем потеряв интерес, я оставила свои безуспешные попытки и успокоилась. И вот теперь чердак открывал передо мной свои тайны.
Тусклый свет, проникающий сквозь чердачное окно, едва освещал это старинное помещение. Вещи, сложенные в беспорядке, возвышались кучками, украшенными паутиной и пылью многих лет.
Осознание того, что здесь давно не ступала нога человека, заставило сердце биться в предчувствии чуда, о котором мечтаешь в детстве и в которое искренне веришь. С годами суета и повседневные заботы стирают это ощущение детской веры в сказку. Но есть люди, которые остаются в душе вечными детьми, и блеск в их глазах выдаёт их с головой.
Именно такой огонёк разгорался всё сильнее в глазах бабушки, и её лицо освещалось внутренним светом и волнением.