Хранительница угасшего света

Глава 9. Изоляция

Я сидела в кресле ректора, чувствуя, как холодный деревянный подлокотник впивается в ладонь. За окном медленно гасла луна, её бледный свет уже смешивался с робкими предрассветными лучами. В кабинете царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием присутствующих. Воздух уже сгустился от напряжения: каждый здесь переживал, каждый боролся со своими эмоциями.

Все стояли, глядя на меня. Мне казалось, я слышу, как звучат их мысли: каждая по‑своему, но в унисон. В воздухе между нами сгущалось напряжение, а в молчании была единая тревожная нота.

Сейран в это время замер у меня за спиной: молчаливый, неумолимый страж. Чуть в стороне, у окна, сбились в кучку Лэлит, Адем и Милен. Их шёпот то и дело прерывался. Я чувствовала, как они замирают, едва я поворачивалась к ним, словно опасались, что их услышат.

Я мысленно вернулась к тому, что привело нас сюда…

…Мы продвигались по извилистым улицам города, и каждый шаг отдавался острой болью в ноге. Рана кровоточила: сквозь ткань проступали багровые пятна, оставляя на камнях едва заметные следы. Я споткнулась в очередной раз, едва не упав, но устояла лишь потому, что Лира вовремя подхватила меня под локоть.

— Ты в порядке? — её голос звучал резко, но в нём чувствовалась искренняя забота. Она нахмурилась, внимательно вглядываясь в моё лицо. — Если ты ещё хоть раз грохнешься, я тебя сама прикончу!

Я попыталась улыбнуться, но вышло криво.

— Нормально, — процедила я сквозь зубы. — Просто… немного кружится голова.

Мы обсуждали, что произошло: как я случайно вызвала ударную волну, как я смогла удержать нити магии. Ливай пытался объяснить это с точки зрения теории, но его слова звучали вяло, было видно что он еле держится на ногах. Он провёл рукой по взъерошенным волосам, попытался пошутить:

— Слушай, если бы я знал, как это работает, я бы уже получил медаль за гениальность. — Его губы дрогнули в улыбке, но она тут же угасла. — А пока… давай просто думать, что так всё и задумано.

Адем, молчавший до этого, резко шагнул вперёд. Его голос звучал твёрдо, даже командно:

— Хватит болтать. Нужно двигаться. Если враги где‑то рядом, мы не можем торчать на одном месте.

В словах была только холодная решимость. Он уже вёл себя как будущий военачальник: без лишних эмоций и действий.

А Сейран шёл следом. Всё это время. Не вмешивался, не задавал вопросов — просто следовал по пятам, будто тень. Его молчание давило, но тогда я старалась не обращать на это внимания.

И вот очередное спотыкание. Я едва не рухнула на пол, но он мгновенно оказался рядом.

— Достаточно, — его голос прозвучал резко, почти грубо.

Не успела я и слова сказать, как мир со свистом размылся, закружился в пёстром вихре. В ушах зазвенело, а в следующий миг мы уже стояли в кабинете ректора. Я огляделась, пытаясь осознать, что произошло. Но все вопросы замерли на губах: сейчас было не до них.

Когда в кабинет ворвались остальные, их лица были искажены тревогой и гневом. Они думали, что меня похитили. Снова.

Теперь я сидела в этом кресле, а Сейран стоял за моей спиной, его ладонь время от времени опускалась на моё плечо, пресекая любые попытки встать. Это прикосновение, обычно успокаивающее, теперь вызывало лишь раздражение.

«Хватит», — решила я.

Тихо, почти незаметно, я начала тянуть нити магии прямо как в прошлый раз. Они скользили под его рукой, сплетаясь в невидимую сеть. Я чувствовала, как они натягиваются, дрожат от напряжения. И когда они достигли предела, я резко отпустила их.

Лёгкий электрический разряд пробежал по руке Сейрана. Он вздрогнул всего на мгновение, но этого хватило.

Я вскочила, развернулась к нему. В груди бушевала буря самых разнообразных чувств. Но голос прозвучал ровно:

— Что ты себе позволяешь?! Почему ты просто взял и перенёс меня сюда? Без объяснений, без… вообще ничего!

Мои слова повисли в воздухе. Он даже не моргнул. Ни тени смущения, ни попытки оправдаться — только спокойная уверенность, будто он заранее знал все мои упрёки.

— Я не нуждаюсь в телохранителе! — мой голос звучал с надрывом, будто я пробивалась сквозь стену, которую он возвёл. — Я могу сама о себе позаботиться!

Но он лишь слегка приподнял бровь, словно мои протесты были детской выходкой.

В этот момент иллюзии рассыпались. Розовые очки, сквозь которые я смотрела на Сейрана, разбились: его диктаторское поведение, его отчуждённость — всё это лишило меня последних надежд. Теперь я видела его иначе. Кто он на самом деле? Тёмная лошадка, чьи мотивы скрыты за маской холодного спокойствия. Его беспокойство, вероятно, могло быть всего лишь притворством, умело разыгранной пьесой, цель которой мне пока недоступна.

Тут Лира не выдержала. Черты её лица заострились, а кулаки сжались ещё сильнее.

— Ты хоть понимаешь, что мы переживали?! — её голос сорвался на крик, — Мы думали, тебя снова украли! А ты… ты просто исчезаешь с этим… этим…

Я увидел, как она метнула в Сейрана взгляд, полный ярости, но не договорила. По тому, как она замерла, как сжались её плечи, я понял: внутри неё — обида, страх и полное непонимание ситуации.

— А ты, Ливай, — она повернулась к нему, — вместо того чтобы хоть как‑то помочь, стоял и рассуждал о теории магии! Будто это сейчас самое важное!

Ливай вздрогнул и в нём явно мелькнула искра обиды, но он тут же попытался отшутиться:

— Ну, знаешь… теория — это единственное, что у меня осталось после того, как меня чуть не размазали по стене. Но ты права — надо было действовать.

Его улыбка вышла вымученной. Веки отяжелели, словно в них насыпали песка, а красноватые прожилки на белках выдавали бессонную ночь. Осанка напоминала надломленную ветку — он выглядел измученным, но всё ещё старался держаться.

— Вы трое! — я резко развернулась к Лэлит, Алану и Милен. — Что это за представление? Стоите в уголке, перешёптываетесь, смотрите на меня так, будто это не тот странный человек чуть всех не поубивал, а я только что собственноручно кого‑то прикончила! Если есть что сказать то говорите прямо.