Хроника Богов: Мертвое Царство

XXVI Эксод

После краха асуров в глубинах земли,

Как герои разруху врагам принесли,

В Поднебесном Дворце оказался народ,

Черных звезд переживший кровавый восход.

Встретил старец людей, что давно им знаком,

С белой книгой в руке, в одеяньи златом.

А в той книге записан уж каждый из них,

Хорошо знал старик всех собратьев своих.

Лайонель поклонился страдальцам из врат,

Он и сам в адской бездне был болью богат,

Но спастись он сумел и взошел к небесам,

Где возвышен героям поверженным храм.

Там он встретил Камиру, умерших судью,

Что падение Лимба видала в бою,

Рассказал Лайонель, как живется в Аду:

Сатана собирает асуров орду.

Но Камира, все веру на сердце храня,

Верит в силу богов, что сильнее огня.

Провела Лайонеля к пророку она,

Что скрывает загадки его пелена.

Молвил Генос, что души от Ада бегут,

Нужен людям умершим извечный приют.

В небесах им помогут покой обрести,

Но учет душ людских очень важно вести.

«Ты - святее святых и прошел через Ад,

Повидать я таких средь людей очень рад;

Но назвать человеком тебя не могу,

Не походишь совсем на богов ты слугу.

Дух в тебе описать не по силам словам,

Ты подобен сильнее к великим богам.

И на то есть ответ в неземном хрустале,

Неспроста, Лайонель, ты рожден на земле.

От рожденья до самого жизни конца

Своего ты не видел родного отца.

И не ведал, что Он - сын бессмертных богов,

Давний воин, ушедший в небесный покров.

Нет причин у меня уж всю правду таить,

Время сущность твою всему миру открыть.

Как то сделал однажды Коэлуса брат,

Мира Мертвых владыка, что духом богат,

Я возвышу тебя к божьей силе навек,

Полубог Лайонель, не простой человек».

Генос силой своей божью мощь пробудил,

Что дремала сто лет в глубине его жил,

Просвещенным проснулся от сна новый бог,

Серпантины познавший усопших дорог,

Обратились лохмотья одеждой златой,

И на ноги поднялся тот старец седой.

Новой силы поток в его теле возник,

Лайонеля светлее стал праведный лик.

Старика луч бессмертного света пронзил,

Он от Геноса в дар Книгу Душ получил.

Так и стал новым богом святой человек,

Что отшельником жил на земле целый век,

А теперь он у врат с белой книгой в руке

И зажатым пером золотым в кулаке.

Пишет душ имена, что идут в высь небес,

Пишет всех, кто из мертвых душою воскрес,

А средь душ, что из Ада столицы пришли, -

Светлый дух и наследник богини Земли.

Дочь Декара, что пленницей стала в Аду,

Пережившая боли и скорби чреду,

Но, любовь и надежду в душе не забыв,

Она выжила в бездне, где жизни обрыв.

В Адской Башне томилась она много лет,

Только грел ее сердце любовный обет,

Все ждала Лапиона, что жизнь ей спасет,

Ее с крепости мрака на свет заберет.

Как повергли тирана и пал его трон

От героя руки, что безмерно силен,

Стала рушиться башня, Мифаи тюрьма,

Прорывалась на волю та дева сама.

Там бессмертная сила избрала ее,

Передала Мифае наследье свое.

Мощь Земли, что хранилась в душе Сатаны,

Обрела новый свет из другой стороны.

Сила, тело покинув, искала покой,

На пути развевая пылающий зной,

И нашла средь разрухи асурских чертог

Миротворную деву, что падала с ног.

Истощал ее душу асурский кристалл,

Что Мифае король Мидиана создал.

Но бессмертья душа, что Землей рождена,

В сердце девы проникла и встала она.

Нет усталости, снова полна новых сил,

Дух мятежный кристалла проклятье сразил.

Он избрал ее душу, ведь чист ее взгляд,

Доброте ее сердца не встретить преград.

Вместе с людом из Адской ушла глубины,

Но Мифаи глаза теперь скорби полны.

Вновь далек Лапион от любимой своей,

Не найтись двум возлюбленным разных кровей.

В Поднебесье взойдя, шла Мифая в тот Сад,

Где Гортор ее встретить безмерно был рад.

Он провел ее душу в великий тот храм,

Что покоилось тело нетленное там.

Наконец свое тело душа обрела

И с возлюбленным встречи Мифая ждала,

Но поведал Гортор: «Не свершиться тому.

Жизнь прожить средь людей приказали ему».

Рассказал старый друг, как ушел Лапион,

Как Мифаю вернуть всей душой жаждал он,

Но судьба приказала иначе свершить,

В смертном теле до собственной смерти пробыть.

Стала истинно дева бессмертной навек,

Только смертный теперь Лапион человек.

В разных снова мирах, хоть едины душой

Непорочная дева и грешный герой.

Запретил царь Коэлус небесным богам

В жизнь людскую встревать, развернулась что там.

Лапион должен сам доказать, что он бог,

И пройти для того сотни смертных дорог.

Только может беспомощно дева смотреть,

Как возлюбленный мог в любой миг умереть.

В зеркала среди Сада глядела она,

Как хранит Лапиона небес пелена.

Свято верит Мифая: вернется герой,

Всем докажет, что бог он, не смертный простой,

И, вернув свои силы, взойдет к небесам,

Где воздвигнут поверженным воинам храм.

Всех убитых в сражении с Адом не счесть,

Обошлась нелегко та асурская месть,

Но победы цену уплатить им пришлось

И асуров повергнуть богам удалось.