Хроника Лемэя. Город Хаоса.

Глава вторая "Трок-Ан и Уллис"

-Нам обязательно было тащиться пешком? - Уллис с громким чавкающим хлюпом вырвал ногу из прибрежной трясины.

Весеннее половодье схлынуло. Оно подзывало робко выглядывающее из-за контура, грядущей седьмицы, раннее лето. Грязи вдоль побережья было по колено. Сохнуть ей было ещё месяца полтора. Лигоанских месяца.

Уллис многословно и велеречиво выражал свои опасения тем, что в этой трясине застрянут сапоги и дальше он пойдёт в портянках. Хотя и их скорее всего засосёт...

Он тараторил без умолку, скрывая ощутимую нервозность. Архипелаг Кост несмотря на близость к Гоуну источал серую безнадёжность севера. Трок-Ан не без удовольствия слушал сочетания привычных слов, которые на квантуме, в исполнении Уллиса звучали словно выступление уличного скомороха-затейника.
С каждым биением сердца убеждался, что в этом месте отчетливо не хватало тепла человеческой речи.

- Да, друг мой, обязательно. Если мы влетим в разлом, он разрежет нас, вне зависимости от материалов брони и мощи силовых щитов. Идя пешком мы имеем все шансы заметить аномалию по реакции ландшафта на неё. Всё-таки это разлом пространства и времени. Нечто вне существующих во Вселенной законов. Убить нас ему как порвать картинку, с нарисованным на нём замком.

- Ага!,- улыбнулся Уллис,- хонты-начертатели любят проворачивать подобное.

- Это конечно похоже, но там работают совсем другие принципы,- Трок-Ан старался идти по-медленнее и как будто парил, не проваливаясь в жижу под ногами

Трок-Ан даже не помышлял о том, чтобы вставить хоть слово в постоянную трескотню Уллиса.
В живых из его отряда остался только этот прикомандированный охотник. Трок-Ан с удовольствием приобщался к чудесному переливу выраженных вслух мыслей.
Уллис был один из немногих людей кого он знал. В широкий круг друзей и врагов Трок-Ана входили Луаны, т'саоны, грайфархаро, множество хонтов, как диких так и Небесных. Даже один луир. Этого можно было считать за сотню, такой он навёл фурор, своим появлением в Лемэе.

Но вот людей, а особенно землян, оказавшихся в Лемэе, было довольно мало. Лично Трок Ан знал только Джо Дрэя, Тезея, Юэ Юня, Ричардсона и конечно Уллиса.

Уллис был необычным охотником Лемэя. Он принципиально не охотился на животных, любил их. Старался изучить понятный им язык. Заботился.
Из за этого, старейшины закрепили его за отрядом Трок-Ана, как великолепного мечника и талантливого телепата.

Костяк отряда Трок-Ана стремительно редел и вскоре остался только Уллис. Хранитель, будучи старше и по возрасту и по званию, не пытался командовать этим человеком. Для этого ему хватало и соплеменников, чьим предводителем он был многие десятилетия. Трок-Ан предпочитал дружить с Уллисом, чей потенциал оценивал как невероятный. А мечты охотника возглавить подразделение Бистмастеров, считал весьма осуществимыми.

Сам же Трок-Ан мечтал разгадать тайну своего Лабриса- огромного топора, с широкими лезвиями, по обеим сторонам от древка. В те весьма нечастые, короткие беседы, что иногда случались между ним и созданным из неизвестного металла, оружием ми'илсов, Хранитель узнал, что имя топора "Дотошный". Но почему он взял именно это имя, было не совсем понятно.

Намучившись со строптивым лабрисом, Трок-Ан был рад компании многословного Уллиса, человека уникальной для охотника доброты...

Трок-Ана восхищало разнообразие рас, населявших Лемэй и Гоун. Изучая соратников он лучше понимал свой собственный народ.

Трок-Ан непроизвольно улыбался, вспоминая, как повстречался с "Дотошным". В первое же мгновение, едва Трок-Ан очистил топор от ракушек наросших скользким шаром, за те тысячелетия, что Дотошный пролежал на дне Темного Моря, тот завопил: "В этом идиоте нет ни капли знаний". И замолк лет на пятнадцать. Лишь после эпичной битвы с королевским хранителем у корней Древа Жизни, когда Трок-Ан пытался спасти лидера техников Грон'эла, Топор тихонько назвал свое имя, прежде чем вновь погрузился в сон. Трок-Ан очень хотел заслужить доверие этого безумца. И за последние годы, по мнению Трок-Ана, они прошли довольно большую дистанцию друг к другу...

Уллис закрыл глаза, встал на одно колено и прижал тыльные стороны ладоней друг к другу. Пальцы левой руки к земле, пальцы правой к небесам.
Он прикрыл глаза и прочитал мантру. Катер повинуясь, взмыл в воздух на три метра и с его винтов, стилизованных под плавники химеровой акулы, хлынула морская вода. Загудев громче обычного, катер стал собираться, втягивая в себя элементы изображающие акулу, трансформируясь в синий, с серебром куб. Сработала автоматика и из просветов механизма, повалил пар. Резко запахло йодом и рыбой. Куб выпарил из себя остатки воды и занялся солью. Система выдула из щелей всю солевую пыль и спекшуюся серу. Камыши, не смотря на затяжную Кинавийскую весну, покрылись белой пудрой, будто снегом.

Куб, добавил в трансформационные узлы защищающей от корозии "голодяйки", с удовольствием пожирающей любые активные вещества, повреждающие металл. Чавкая и постанывая, голодяйка ворчала, видимо возмущенная затяжным периодом голода. Что тут скажешь? Катера давненько не использовались для столь долгих переходов. Куб окончательно просохнув, активировал светопоглощающий слой, покрывающий каждую деталь.

Став практически невидимым, под уже ленивое, чавканье "голодяйки", катер перешёл в режим ожидания и лишь поседевший частокол камыша, да красный огонёк активатора, оставались ориентиром.

Грязи действительно было много. Активность карста чувствовалась уже здесь. Волосы змеились словно наэлектризованные. В висках стучало, а во рту стало сухо. На навигаторе встроенном в "линзу скара", точка карста, точка нахождения катера и их две сиротливые точки слились в разноцветное пятно. С точки зрения спутника-зонда, зависшего на Гоуном, они уже пришли. Но на самом деле - топать было ещё долго.
- Ан? - Уллис сорвал стебель камыша и попытался счисть с сапога хоть немного грязи. Портить новые сапоги в агрессивном веществе не хотелось. Северный океан был перенасыщен не только солью, но и серой, из за подводного вулкана под названием "Тайник титана,"- как тебе удаётся почувствовать разлом раньше "дышалки" ?