Хроники Альмира. Рабыня королевской крови

Глава 2

— А вы не думали, зачем ей всё это? — шепотом поинтересовалась я.

Проснувшись утром в теплой, мягкой постели, я ещё долго лежала, не решаясь открыть глаза. Не верилось, что вчерашние приключения не развеялись, оставив после себя горькое послевкусие разочарования. Я свободна, у меня своя комната и есть все шансы завести новых друзей. Только один вопрос не давал мне покоя: зачем это гордой богатой аристократке?

Если ты богат и влиятелен, тебе открыты все возможности мира, даже при правлении нынешнего короля. В том, что эта женщина имела влияние, я не сомневалась. А как ещё ей удавалось сохранить в своем доме частичку магии, пусть даже всего лишь в скульптурах и книгах?

— Зачем ты забиваешь свою голову всякими глупостями? — в ответ на мучивший меня с пробуждения вопрос, вырвавшийся наружу, Рейн пожала плечами.

За тринадцать лет взрослые так и не добились от меня скромности и покорности, а природное любопытство брало верх, стоило мне расслабиться и потерять бдительность. А бдительность я потеряла, стоило мягкой перине окутать уставшее за длительное путешествие тело.

— Это не глупости, — попыталась поспорить с девушкой я, но неожиданно в наш разговор влез рыжеволосый парень, сидящий напротив меня. Мы уже спустились к завтраку в небольшую столовую и заняли места, предписанные нам старостой.

— Если ты хочешь долго жить, научись не вылезать, — дал он мне совет, с аппетитом запихивая в рот кусок вареного яйца. В карих глазах парня гуляла смешинка. Неужели я кажусь ему такой смешной? — Ширианна делает так, как считает нужным, даря нам свободу. Почему именно мы, зачем всё это и какая ей с того выгода - не знает никто. Ходят слухи, что она против короля, и ведёт с ним тайную борьбу ещё со времен упадка. Возможно, мы должны будем стать её армией. Но это только слухи.

— Не дури новенькой голову, — влезла в разговор ещё одна девочка, — Ты, Кейли, грубиян. И смутьян, знаешь об этом? И ещё, сначала стоит представиться, а потом влезать в чужие разговоры. Я Вилена, а этот рыжий болтун и оболтус — Кейли.

Девочка протянула ладошку мне через стол и лучезарно улыбнулась.

— Лира, — представилась я новым знакомым. Они такие счастливые, смеются, что-то обсуждают. Неужели я стану такой же, не думая о скорой смерти? За своё детство я точно уяснила одно: больше знаешь – раньше спрячешься. Не раз меня ещё в приюте спасали подслушанные разговоры нянек о предстоящей порке.

Вилена весело щебетала, тряся великолепной белоснежной гривой волос, а её щеки заливал легкий румянец. Они с Кейли шутили, подначивали серьезную Рейн и смеялись.

Со временем я втянулась в эти непринужденные разговоры, начиная осваиваться в особняке. Все жители дома за делами весело болтали, шутили и дурачились. Они были свободны - не просто на словах, а душой. Дни полетели стремительно, наполненные событиями и эмоциями.

Каждый день мне приходилось делать такое, о существовании чего даже не подозревала! В деревне всё было проще: встал утром, скот покормил, в огороде покопался да в избе полы помыл. Здесь же полы натирали воском, выбивали ковры и каким-то волшебным порошком натирали до блеска ванные, после чего они становились белоснежными. После обеда к нам приходил пожилой профессор, который рассказывал о буквах и цифрах, а леди Ширианна сама лично вечерами преподавала этикет. Я пребывала в состояние эйфории, как губка впитывая новые знания.

Вся прислуга в доме были дети. Самой старшей, Мирке, было шестнадцать, и Рейна рассказала, что через полгода хозяйка начнёт подбирать ей жениха. Девушки не задерживались дольше, чем до семнадцати лет, всех выдавали замуж и снабжали неплохим приданым. Мальчишек не трогали до двадцати, если сами не приведут невесту. Я сначала испугалась, но меня успокоили, что насильно никто заставлять не будет.

С Кейли и Виленой, оказавшимися моими ровесниками, мы крепко сдружились. Рейн же, которая была на год меня старше, стала для меня не просто подругой, а примером для подражания и наставницей. В первый же мой вечер в доме она где-то достала чашки, и после работы мы вчетвером устраивали посиделки в моей комнате. Друзья рассказывали о своей жизни в доме и приключениях по выходным, а я смеялась и старалась сторониться тем о моём довольно печальном прошлом.

— Лир, а Лир, ну давай, расскажи нам, как ты тут очутилась, интересно же, — в один из вечеров взмолилась Ви, которой так и не удалось разговорить меня.

— Да, о нас-то ты уже всё знаешь, — заметила Рейн, сидевшая прямо на полу, высоко задрав подол платья, оголив колени. В деревне за такое и выпороть могли, а она и не думала стесняться - видимо, сказывалось воспитание, которое даже уроки этикета Ширианны не смогли исправить.

«Маман говорила, что чем ты скромнее и стеснительнее, там желаннее для мужчин» - сказала подруга, когда я впервые с любопытством рассматривала оголенные лодыжки девушки. Идею, правда, ни я, ни Вилена не оценили, и задирать юбки перед Кейли не спешили. Всё же он был мальчиком, хоть и другом. Рейн, правда, обещала исправить эти издержки воспитания, заверив нас, что женщины в бордели, из которого она родом, знали, о чем говорят. В борделе девушка прожила до одиннадцати лет, а после трагической гибели её матери хозяйка заведения, недолго думая, выручила за сироту несколько золотых монет.

— Вы не понимаете! Девушки, живущие в этом не очень пристойном заведении - самые воспитанные на свете. Они раскованные, свободные, и ни от кого не зависят, — мечтательно закатила глаза подруга, — приходится иногда поработать, но неоднократно мы с мамой гуляли на свадьбах клиентов с одной из девочек.

— Фу, Рейн, спать с мужчинами, да ещё и за деньги, — морщились мы с Ви, а Кейли молча закатывал глаза, видимо, не раз уже слушая эти дебаты.

— Как хорошо живется шлюхам мы слышали уже миллион раз, — протянул парень, — мне интереснее узнать историю Лиры.

Парень подмигнул мне, расплывшись в милейшей улыбке. Не знай я, что он сын рабыни - ни в жизнь бы не поверила, что он не какой-нибудь высокородный лорд. Камзол одень и граф графом выйдет.