Хроники Белого рыцаря

Глава 11

В течение всего вечера мы оставались в своих камерах, окруженные гнетущей тишиной. Непривычно было не говорить и не обсуждать происходящее — мысли переполняли голову, но слова так и не находились. Как же сложно поверить в предательство Карасу. Неужели он раскрыл им все наши тайны? На сердце лишь глухая боль, разочарование и обида.

Перед тем как нас повели на допрос, стражи принесли немного еды. Скромная похлебка и кусок черного хлеба с трудом заглушили горечь во рту. Забрав нашу посуду и освободив ноги от кандалов для более удобного передвижения, охрана вновь увлекла нас по запутанным коридорам замка.

На стенах, словно в напоминании о вечности, висели великолепные гобелены и картины прошлых столетий, рассказывающие истории давно минувших времен. Наверняка, в королевских семьях всегда были любители искусства. Для них достаточно было нанять талантливого художника портретиста, чтобы запечатлеть царственную особу.

Нас привели на второй этаж, и я невольно вспомнила схемы и чертежи, которые когда-то изучала, в моменты ожидания перед залом суда. Тяжелые двери, наконец, распахнулись, открывая зал, который по своему величию едва отличался от королевских покоев и самого замка. Зал, в котором царила атмосфера величия и изысканности, был украшен в теплых оттенках, создавая уютное и в то же время торжественное пространство. Стены были обиты глубокими золотистыми и бордовыми тканями, на которых изящно переплетались орнаменты и роскошные узоры, отражая свет от массивных люстр с хрустальными подвесками. Эти люстры не только освещали зал, но и добавляли ему особого блеска, словно звезды зажигались в ясном небе.

Натана заперли в камере, расположенной прямо в центре комнаты, а меня повели к королю. Царь и его свита сидели за длинным столом, установленным вдоль окон, который был щедро уставлен разнообразными ароматными блюдами, искрящимися цветами и дорогой посудой. Похоже, допрос для них стал не чем иным, как увлекательным развлечением или настоящим театральным представлением.

Карасу также был здесь, и наши взгляды быстро пересеклись, но он тотчас отвел глаза в сторону. Его холодное и мрачное выражение лица оставляло ощущение полной безразличности, словно он был лишён эмоций. В отличие от него, моя душа бурлила. Я испытывал ненависть, непонимание и, что наиболее важно, страх — не за себя, а за друга. В этом королевстве может произойти всё, что угодно. Меня терзали сомнения относительно того, какую цену Карасу заплатил за свою верность. Что они сделали или предложили ему?

Король Мариорн поднялся и произнес с легким благоговением в голосе:

— Итак, объявляю заседание открытым.

Его парадное одеяние, переливавшееся яркими камнями, стразами и богатейшими нитями, подчеркивало не только величие, но и статус самого монарха. Ткани, выполненные в оттенках солнечного заката, гармонично сочетались с его темными волосами и бородой, где уже появлялись первые вкрапления седины. Шлейф его одежды придавал ему благородный и царственный вид, подчеркивая важность момента. Меня всегда интриговала повязка, закрывающая один его глаз. Шрам так и не удалось рассмотреть; возможно, он получил его в сражениях, о которых ходят легенды.

За длинными столами, размещались преимущественно придворные. Среди них я заметила Карасу, который, казалось, старался остаться незамеченным. Я решила больше не обращать на него внимания; человек, который предал меня, стал для меня пустым местом, чье присутствие больше не вызывало ни малейшего интереса. Как же справиться с этим новым правдой? Так же здесь находилась элита среднего возраста или под стать самому королю, но была и молодая особа, которая сидела возле царя. У нее были светлые белокурые волосы, аккуратно уложенные в элегантную прическу, а схожесть черт лица говорила о ее близости к императору. Возможно, она была его дочерью или другой родственницей. Кажется, в этом окружении она явно выделялась, придавая атмосфере особый контраст.

— Надеюсь, это не затянется, — произнесла она с безразличием, положив голову на

руку и закидывая в рот сочный виноград.

— Не волнуйся, Кириана, в этот раз мы не задержимся, — ответил император, усаживаясь на трон и облокачиваясь на его спинку. Его глаза сверкали от возбуждения, когда он продолжил: — Будет проще, если нам рыцарь всё расскажет сам, хотя пытать мне нравится больше. Это вызывает особое удовольствие, — он облизнул губы, и его лицо озарилось мрачным предвкушением. — Где меч душ? Говори! Где ты его спрятала?

Охранники впились в меня железной хваткой, но, к счастью, не швырнули на каменный пол. Даже сквозь плотную ткань костюма их пальцы впивались в кожу, словно клещи.

— Вы правда думаете, что я просто так вам всё расскажу? — зубы стиснуты, голос ровный. Слабость сейчас — смерть. Один предательский взгляд — и я проиграла.

Король наконец поднял глаза, и его взгляд вонзился в меня, холодный и оценивающий.

— Твоя способность… необычна. Но скучна.

По залу прокатился шепот, десятки глаз устремились на меня, пытаясь разглядеть то, что видел он.

— Не буду тянуть. — Король махнул рукой, и стражи мгновенно ринулись исполнять приказ. Двое солдат у дверей шагнули вперёд, сменив лёгкие наручники на массивные кандалы, отягощенные резными узорами. Металл холодно лёг на запястья, сдавив их с непривычной тяжестью.

— Не хочешь по-хорошему? Будет по-моему. — Его голос, ещё минуту назад насмешливый, стал низким и опасным, будто лезвие, проведенное по камню. Он наклонился вперед, уперся локтями в стол, и в его глазах вспыхнуло нетерпение.